Чтение онлайн

Ланни не стал разубеждать. До вечера они не перемолвились ни словом. Но Уле было не до разговоров: снова поднялась температура.

Сквозь бред она почувствовала, как закончилась тряска, как кто-то несет её на руках, слышала яростный крик Ланни. Цилинь ругался, не выбирая слов. А потом во рту стало так горько, что свело челюсти. И сразу за этим пришла благословенная темнота.

Проснулась отдохнувшей, даже голова не болела. Рядом, полуобняв, дремал Ланни. Почувствовав, как Ульяна зашевелилась, шепнул, не открывая глаз:

– Притворись! Так надо!

Уля послушно застонала и упала обратно на подстилку.

Почти сразу послышался скрежет открываемого замка. Ланни поднялся навстречу вошедшему:

– Ей совсем плохо. Не довезете!

– И что ты предлагаешь?

Ульяна приоткрыла глаза. Ланни стоял напротив стражника. Кулаки обоих были сжаты, а на мешке с зерном притулился поднос с едой - две дымящиеся миски.

– Позови командира.

Стражник с сомнением оглянулся. Уля тут же снова застонала и забормотала что-то, стараясь, чтобы в наборе звуков не было ни одного понятного слова. Это помогло.

– Потерпишь?
– кивнул Ланни на еду.
– Сейчас нельзя, нужно, чтобы они думали ,что умираешь.

– Так и есть. Если не доконают видения, то Аиджи точно в живых не оставит!

– Не смей так говорить!
– в голосе Ланни задрожал от ярости.
– Я не позволю ей убить тебя!

Ульяна очень в этом сомневалась. И дело было не в браслетах, которые сковывали силу Цилиня. Сливаясь в единое существо с Лишаной, Ульяна узнала, что запечатать Врата можно одним способом. Ланни о нем не упоминал. Но прекрасно знал весь ритуал, который не являлся секретом в том, древнем мире.

А еще был Шон.

Сомневаясь в Принцессе, Ульяна не сомневалась в Тигре. Тот сумел пронести свою любовь сквозь века. И сделает все, чтобы вернуть Лишану. А значит, придется умереть.

Вслух говорить не стала. Только улыбнулась успокаивающе:

– Выдержу. Не беспокойся.

Она замолчать: явился командир.

– Ты хотел меня видеть?

– Она умирает!
– заявил Ланни вместо ответа.

– Я знаю. Но помочь не могу.

– Мы же сейчас во Дворце принцессы!
– голос Цилиня дрожал от злости.
– А эта девушка - её реинкарнация! Позвольте помолиться в этом новом храме, не может быть, чтобы дочь Небесного Владыки осталась глуха к просьбам.

Стражник задумался. А потом кивнул:

– Я поговорю со служителями. Но если ты попробуешь улизнуть или выкинешь что-то подозрительное...

– Обещаю, я открою рот только для молитвы!

– Мы точно во Дворце? Как ты определил?
– накинулась Ульяна с вопросами, как только они остались одни.

– Разве сама не видишь?
– Ланни обвел рукой комнату. А потом, поняв, поднял светильник повыше.

Знакомая роспись. Потрескавшаяся штукатурка. Потемневшее от старости дерево нехитрой мебели. Они явно были под землей, во Дворце Лишаны.

– Надеюсь, он услышал меня. Если тебя выпустят, смотри в оба! Примечай все! Возможно, нам удастся выбраться.

– Ты говорил, что знаешь здесь каждый закоулок!
– вспомнила Уля старую беседу.

– Это знание бесполезно, пока на мне вот это!
– цепочка браслета тихо звякнула, когда Ланни дернул звенья.
– Но, кажется, шанс у нас все-таки есть.

О чем он, Уля поняла, когда Цилинь нес её на руках к главному залу. Рядом шагал один из служителей - еще не жрец, но уже полноправный обитатель будущего храма. На его поясе в такт шагам болталась подвеска, в центре которой вырисовывался очень знакомый завиток. Ульяна долго не могла припомнить, где его видела, а вспомнив, поспешно закрыла глаза, чтобы даже взглядом не выдать свой интерес.

Точно такую же подвеску показывал ей Ланни. Она принадлежала дознавателю и отмечала членов его рода.

Цилинь был прав - у них появился шанс на свободу.

Это подтверждали и взгляды, которыми служитель обменивался с Лани. А потом Уля услышала:

– Нужны судороги!

Изобразить их оказалось непросто. Но у неё получилось. Ланни остановился, опустился на колени, не в силах удержать бьющуюся в конвульсиях девушку, служитель кинулся на помощь... И письмо перешло из одних рук в другие, прикрытое полой длинной юбки.

«Успокоилась» Ульяна только перед статуей Принцессы.

На первый взгляд, она осталась прежней. Все так же вился легкий шарфик, и юбки взметнулись от резкого движения. Тигр жался к ногам.

Но взор каменной Принцессы изменился. Стал более пронзительным. Заглядывал прямо в душу и будил то, что хотелось забыть.

Дыхание припавшего на колени Ланни стало прерывистым, постепенно переходя в смертный хрип. Статуя закружилась, и вместо шарфа в руке оказался зажат меч. Он уже даже не сверкал в алых отблесках пламени - кровь скрывала малейшее напоминание о чистом свете. Взмах, удар... и Уля кружится вместе с Лишаной, на её месте. Она сама и есть - Лишана. Драконы извиваются справа и слева, но их движения уже не те, что прежде.

Сил не осталось.

И в неистовстве боя все застыло, словно окутанное прозрачным янтарем. Две девушки, неуловимо похожие, замерли одна напротив другой. Они молчали. Вместо них говорили взгляды.

– Останови беду!
– сильно подведенные веки чуть дернулись, но не моргнули.

– Я не смогу!
– уставшие глаза распахиваются еще шире, чтобы не пропустить момент, не проснуться.

– Сможешь! Ты - не одна!

Все отмирает. Безумная карусель подхватывает, кружит и выкидывает на холодный каменный пол.

44

Пришла в себя быстро. Поднялась, опираясь на руку Ланни. И заковыляла к выходу.

В повозке Цилинь долго молчал, и только, когда скрип колес заглушил остальные звуки, поинтересовался:

– Ты заметила?

Ульяна кивнула. Картины больше не было. Её не сменили, а просто убрали, и в кабинет теперь мог заглянуть любой желающий. Книг на полках тоже уменьшилось. Ульяна пожалела, что не смогла забрать все дневники, в них были очень дорогие для Лишаны воспоминания. От мысли, что их читают чужие, озлобленные люди, становилось горько.

– А что заметил ты?

– Работа идет полным ходом. Очень скоро Дворец целиком очистят от земли и превратят в Храм.

– Очистят, - Ульяна посмотрела на затянутое плотной тканью окно. Захотелось отодвинуть занавеску, вдохнуть полной грудью свежего воздуха...
– Все разыграно, как по нотам!

– Ты о чем?

Объяснять не хотелось, но взгляд прояснившихся зеленых глаз не оставлял в покое.

– Я все про зеркала. Тот, кто их установил, знал, что Дворец окажется под землей. И что явится одна дура из другого мира и найдет этот чертов кабинет, и...