Чтение онлайн

Квартира на четвёртом этаже, где погиб гранатомётчик и команда, тоже была разграблена, причём очень давно. Метод аналогичный — грубое вскрытие и тотальный бардак. Даже мебель переворачивалась и распарывалась, будто кому-то пришла в голову идея, что кто-то станет прятать в ней еду.

Съедаю примерно полкило мяса, всю пачку чипсов и выпиваю литровую бутылку тёплой «Фанты». Теперь можно посидеть в кресле и подумать, куда вкладывать очки характеристик.

Мне отсыпало за этот бой 9607 очков опыта, что очень много, но, как и в предыдущие разы, когда мне щедро отсыпало опыта, я не хочу повторять такой капец снова. Я ведь думал, что умру сегодня, потому что сразу после взрыва мне казалось, что всё, докатались.

Я взял сразу два уровня и поднялся с 40-го по 42-й. Развитие медленное, потому что интервалы между уровнями идут на тысячи очков опыта.

Два очка характеристик решаю вложить в «Термоконтроль», потому что зима близко — во-первых, а во-вторых — лучше приготовиться к следующему повышению «Энергетического уровня» заранее. Но я больше исхожу из резона зимы.

Теплых мест для зимовки никто не гарантирует, может быть, нам придётся часто морозить задницы за городом — кто знает, как всё сложится? Вот и я не знаю, поэтому подстраховываюсь.

Да и вообще, всё уже, исходя из сегодняшнего опыта, складывается, мягко говоря, не очень.

Смотрю на итоговую статистику:

— Иди на крышу, — попросил Проф. — Посмотри, что творится вокруг.

— Окей, — кивнул я и поднялся с кресла.

Поднимаюсь на пятый этаж хрущёвки и взбираюсь по стремянке, поставленной под люком на крышу.

Наверху уже сидят Фура и Ронин.

— Как рука? — спросил я у последнего.

— Приемлемо, — ответил он. — Но стрелок из меня теперь неважный.

— М-хм… — хмыкнул я. — Ничего страшного. Если что, прикроем.

Подхожу к ограждению крыши и рассматриваю улицы.

На противоположной стороне холодно, из домов тепло никуда не просачивается, что означает лишь то, что там его нет — в Новокузнецке мне нравилось определять, живёт ли в доме кто-нибудь — по теплопотерям, хорошо видимым через ИК-зрение.

Это очень надёжный способ выявления постоянного обитания людей, даже если нет отопления — когда в квартире кто-то просто находится больше суток, начинается нагрев и идут теплопотери в области швов и окон. В случае старых домов, работает безотказно, а вот всякие новостройки, со стеклопакетами и современной теплоизоляцией, конечно, всё портят.

В брошенных машинах тоже холодно. Уже темнеет, поэтому я активирую УФ-зрение, чтобы посмотреть на наличие следов поблизости. Видны следы засадников, которые активно шастали тут около трёх-четырёх часов назад, плюясь и сморкаясь, бросая бычки и прочий мусор.

Вряд ли они пришли конкретно за нами — когда они уже были здесь, мы ещё не прилетели.

— Что всё это может значить, Ронин? — спросила Фура, прислушивающаяся к окружающему пространству.

— Не знаю, — пожал он плечами. — Но, похоже, что здесь всё хуже, чем я думал.

— Куда мы дальше? — спросила она.

— Нам нужно на Лубянку, — ответил Ронин. — И вообще, в центр — если где-то и сохранилась власть, то там. Хотя… Я не знаю, что делать дальше. Эта группа — непонятно, кто они. Возможно, лучше будет залечь на дно, до выяснения.

Ни один из заваленных нами уродов не был из КДшников — это были обычные люди, причём очень тощие. Наверное, питались очень плохо, причём уже давно.

— А где? — спросил я.

— Да где-нибудь, — пожал плечами Ронин. — Мне не нравится эта ситуация — всё выглядит так, будто план по восстановлению порядка был провален и город мёртв.

— Эх, надо было взять кого-нибудь живьём… — произнёс я.

Остро не хватает информации. У убитых были телефоны, но там никакой полезной информации, кроме офлайн-карт с непонятными метками.

— Будь благодарен судьбе, что мы выпутались из этой истории живыми, — улыбнулся Ронин, а затем посмотрел на свою перебинтованную руку. — Даже почти целыми. Надо было купить себе противоосколочный костюм…

— Да, надо было, — согласился я с ним.

Но в Новокузнецке их днём с огнём не сыщешь, потому что всё уже на руках у заинтересованных лиц или стоит столько, что почти невозможно купить. У Джобса, например, в прайс-листе был один крутой противоосколочный костюм, раньше стоивший около 150 тысяч рублей, но он зарядил за него цену в 3000 банок тушёнки и 20 мешков сахара. С таким богатством никакой костюм не нужен, поэтому Джобс, насколько мне известно, так его и не продал.

— Проф, тут чисто, — сообщил я через баофенг. — Продолжать наблюдение?

— Нет, можешь спускаться, — ответил Проф. — Фура — слушай.

— Поняла, — ответила ему Фура.

Спускаюсь по лестнице и возвращаюсь в квартиру.

— Как ты? — заглядываю я в спальню.

Лапша до сих пор отлёживается после ранения — ей прилетело в правый бок, 5,45 миллиметров, что было бы очень серьёзным ранением, если бы не форсреген. Ей должно остаться ещё пару десятков минут до завершения процесса.

— Бывало и получше, — вздохнула она. — Куда мы дальше?

— Ронин ещё не определился, — ответил я ей. — Он хочет на Лубянку, но говорит, что это рискованно, пока мы не знаем, что тут творится.

— А что Проф говорит? — спросила она.

— Ничего, — сказал я. — Будем думать — время, пока что, есть.

Иду на кухню и вижу там Галю, зашивающую свою горку.

— Как себя чувствуешь? — спросил я.

— Нормально, — ответила она. — Форсреген творит чудеса. Правда, шрам на груди остался…

— Рассосётся, — улыбнулся я и показал на лицо. — Помнишь, как на меня насела долбанутая белка?

— Я была на этаж ниже, — улыбнулась Галя в ответ. — Но слышала, как ты визжал.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся я. — Да, было такое. Только я о том, что были глубокие шрамы, а сейчас посмотри — почти ничего.

Шрамы постепенно устраняются, поэтому на лице почти ничего, а вот на шее до сих пор виднеется след от давнего пореза.

— Ты хорошо сработал с гранатомётчиком, — похвалила она меня. — Если бы он выстрелил второй раз, мы бы точно кого-нибудь потеряли.

— Не растерялся, — улыбнулся я. — Хотя гранаты жаль.

Очень жаль — РГН уже не найти, как и Ф-1, а две РГД-5 не видятся мне достойной заменой.

— Ну, ты как, в целом? — спросил я. — Имею в виду, вообще?

— Я в порядке, — кивнула Галя. — Спасибо, что спросил.

— Держи, — вытащил я из подсумка предпоследний «Сникерс».

— Тебе нужнее, — покачала она головой.

— Бери-бери, — настоял я. — Мне не жалко. Ну и, если повезёт, новые найду.

— Хорошо, — вздохнула она. — Спасибо.