Чтение онлайн

Выспаться нормально не удалось, потому что дали всего четыре часа, поэтому я вышел из ТРЦ не очень довольным.

Маршрут исследования местности дали предельно простой — надо походить в радиусе пятисот метров вокруг «Выходного» и поискать признаки недавней активности.

Иду на запад, чтобы посмотреть на жилые дома. Сейчас, как раз, упала температура, потому что ночь, а это значит, что обитаемые дома будут ярче фонить теплопотерями.

Перелезаю через забор, прохожу через территорию какого-то предприятия, прохожу через калитку и оказываюсь во дворе пожарной части.

Тут всё давно мертво. Даже пожарных машин нет — наверное, выехали на вызовы в первые дни и не смогли вернуться. Или их направили куда-то в другое место, где они так и остались.

Постояв так пару минут, прохожу через двор и двигаюсь к кирпичной пятиэтажке. Встаю перед ней и осматриваю окна.

Почти у крыши написано «Слава военным строителям! 1989».

Многие окна выбиты, поэтому пялиться на них нет никакого смысла, ну и вообще, как оказалось, смотреть на здание было бессмысленно, потому что никакого тепла я не обнаружил.

У меня двойственное ощущение — мне сегодня не хочется никого находить, но я должен искать.

Следующими на осмотр были дохренаэтажные новостройки.

«Пять, шесть, семь…» — начал я считать этажи, попутно ища тепловые пятна. — «… двадцать пять. Да, дохрена».

Дворик тут говённый — маленький какой-то, заставлен машинами, которые никуда не уехали, ещё и с микроскопической детской площадкой. Человейник какой-то.

Я рос в нормальном дворе, построенном ещё в СССР, с нормальными условиями — я знал многих пацанов и девчонок, живущих по соседству, в раннем детстве мы часто играли вместе, а потом это всё прекратилось. Постепенно, как-то само…

Тут же складывается впечатление, что во двор особо не выйдешь, с людьми не пообщаешься — будто сам дом предполагает, что ты всё своё свободное время проведёшь в этой бетонной конструкции, в одиночестве или в кругу немногочисленной семьи. Я бы не хотел здесь жить, и пофиг, что Москва.

«Ещё и сраные заборы…» — подумал я, перелезая через ограду.

Обзор, из-за деревьев, не до конца лишившихся листвы, маленький. Тут мне в голову приходит отличный план, надёжный, как китайские часы — нужно забраться на эту дохренаэтажку и посмотреть на окрестности с неё. Это же логично — Таблеткин говорил, что в неизвестной местности надо стараться предварительно проводить рекогчтототакое с господствующей высоты.

«Реконкистадоровку…» — попытался я вспомнить. — «Реканистировку… А, в жопу — разведку».

Захожу в 1-й подъезд и начинаю томительный подъём по лестнице.

«Таблеткин говорил, что рекончтототам — это не совсем разведка», — вспомнил я. — «Разведка — это общее понятие, а вот эта штука — это конкретный вид деятельности, чтобы уточнить детали с карты. Короче, прикинуть расклады и потом думать, как действовать. Это, как раз, про нас».

Двадцать пять этажей спустя, нахожу вход на крышу. Дверь уже раздолбана кем-то решительным — выстрелом из дробовика в область замка, поэтому я беспрепятственно вышел наружу.

Здесь кто-то жил, судя по всему. Стоят палатки, есть кострище, пакеты с мусором, кастрюли и вёдра, посуда, стол и стулья.

Вёдра и кастрюли, как я понимаю, нужны были для сбора воды. И они полны дождевой воды, которая больше никому не нужна.

Подхожу к западному краю крыши и рассматриваю местность.

Но тут чисто, сколько ни пялься. Серые дома, серые улицы и серые машины.

Перехожу на восточный край — тоже глухо. Иду на юг — аналогично. Этот город мёртв…

А вот когда я перешёл на северную сторону, то охренел.

Между гаражами, которые я прошёл сравнительно недавно, движутся семь тепловых пятен, причём очень больших, но очень странных.

Это не сплошное тепло, как бывает в случае броников или иных крупных тварей, а что-то прерывистое и нестабильное, будто излучение.

Переключаюсь на обычное зрение, но не вижу в той стороне ничего. Вновь переключаюсь на ИК и снова вижу эти пятна.

Это меня пугает, поэтому я отступаю к центру крыши.

— Проф, вызывает Студик… — тихо проговариваю в баофенг.

Примечания:

1 — Почиллить — от англ. chill — «прохлада», «охлаждение» — это англицизм, нашедший себе место в новопидорском наречии, и означает он «отдохнуть», «расслабиться», «хорошо провести время» или «ничего не делать». В английском языке «chill» имеет значение в контексте «остыть», «расслабиться» или «успокоиться» — то есть, перестать гневаться или напрягаться. Есть ещё выражение «Netflix and chill» — пригласить кого-нибудь посмотреть сериал и расслабиться, но постепенно это стало намёком на половую ёблю, потому что обычно американцы звали друг друга на Нетфликс и чилл с целью потрахаться в лазерном дыму. В наших палестинах выражение не прижилось, поэтому Нетфликс и чилл никто не говорит, ну, кроме совсем там продвинутых москвичей и питерцев, которые типа как в Омэрике.

Глава девятая

Лютый движ

*Российская Федерация, город Москва, район Люберцы, больше не жилая высотка, 23 октября 2026 года*

— Что у тебя? — спросил Проф.

— Я на крыше высотки и вижу очень странные тепловые пятна, семь штук, — тихим голосом сообщил я. — Движутся практически по моим следам, через гаражи, что к западу от ТРЦ.

— Что значит странные? — уточнил Ронин.

— Ну, какие-то неплотные, как облака тепла или что-то такое, — попытался я объяснить. — Не понимаю, что это такое.

— Как они двигаются? — спросил Ронин. — Одновременно и равномерно или дёргаются иногда?

— Ну, почти одновременно, — ответил я. — И иногда дёргаются из стороны в сторону.

— Я понял, что это, — сказал Ронин. — Те пятна тепла — это не совсем то, чем кажется. Это работа ИК-излучателей от приборов ночного видения.

— А-а-а, понял… — озарило меня. — Да-да, что-то такое я видел раньше…

— Аккуратно посмотри, что они делают, — приказал Проф. — Если они идут за тобой, проследи, в какой подъезд они заходят, и спустись через другой. Но держи «Витязь» наготове.

— Принял, — ответил я.

А неизвестные достигли высотки, и подошли к первому подъезду. Внутрь вошли трое, а остальные разделились по двое и пошли в соседние подъезды.

Начинаю лихорадочно метаться — нужно что-то делать, потому что эти сволочи точно пришли за мной. Они вооружены, я рассмотрел калаши, а у одного на спине висит одноразовый гранатомёт.