Чтение онлайн

– Испугался? Ты мне поверил? Ты поверил? Отвечай! – почти кричала она.

 «Этого мне только не хватало, - подумал он, - прости, милая, но у меня другие планы». Девушка продолжала то ли смеяться, то ли рыдать. Тогда он не выдержал, подошёл к ней и, тряхнув за плечи, спросил:

– Так кто же у нас Афродита?

Верка тут же перестала смеяться и, гневно сверкнув глазами, ответила:

– Не торопись, - потом, снова засмеявшись, уже спокойно спросила: - Испугался? Я вижу, что испугался. Не бойся, мне хватит и пяти тысяч.

Максим облегчённо вздохнул. «Однако, ты рано радуешься», - подумала она.

– Ну? – вновь повторил он.

– Не нукай, не запряг, - ответила она, вставая с кровати, и, вспомнив Сашку, добавила: - Сначала деньги, потом стулья.

– Какие стулья? – не понял Максим.

– Не знаю, - честно сказала она, - только так говорил один человек.

Максим пожал плечами:

– У меня с собой столько нет.

– Так принеси, - Верка недовольно дернула плечами.

Но Максиму вовсе не хотелось расставаться даже с такой незначительной суммой, потому что, кроме себя самого, в этом мире он любил ещё деньги. Слишком больших усилий стоило ему его сегодняшнее положение, чтобы легко разбазаривать честно заработанные кровные монеты на каких-то проституток. И он решил схитрить: подавив свое отвращение, подошёл к ней и, повалив на кровать, начал грубо, как она любила, ласкать её.

Верка застонала от удовольствия и прошептала:

– Максим, любимый, я всё сделаю для тебя, только не бросай меня.

– Верочка, девочка моя, как же я брошу тебя, когда нам так хорошо вместе, - покривил он душой…

– Это что за дом? – удивленно спросила Женька, осматривая странное строение, стоящее на краю глухой маленькой деревушки.

– Моё наследство, - ответила подруга и пояснила: - Здесь жила моя бабуля.

Женька испуганно оглянулась по сторонам и шёпотом спросила:

– Та самая? Колдунья?

Ляля весело рассмеялась и совершенно серьезно ответила:

– Да. Моя бабуля и в самом деле была колдунья. Во всяком случае, так её все называли в деревне. Я же принадлежу к старинному цыганскому роду. Отец бабушки, мой прадед, был самым настоящим цыганом.

– Да ну, - Женька даже присвистнула.

Ляля открыла дверь нараспашку и пригласила Женьку:

– Прошу.

Но Женька, с опаской заглядывая в дверь, остановилась на пороге, не решаясь идти дальше. Ляля снова засмеялась:

– Да не бойся ты! Мы своих не обижаем. Не волнуйся, я не буду на тебе пробовать свои чары.

– Ух, ты! – Женька смело шагнула через порог.

Лялино наследство – деревянный дом был старым, с покосившимися ставнями и дверями, но еще крепким. В нём пахло и плесенью, и какими-то травами, и почему-то яблоками. Этот смешанный запах был настолько резким, что Женька чихнула.

– Будь здорова, - отозвалась Ляля из глубины дома.

– Ага, - ответила Женька, с удивлением рассматривая стены. На них висели фотографии, обрамлённые полотенцами, вышитыми причудливыми узорами, и пучки каких-то трав.

– Иди сюда! – позвала Ляля.

– Как интересно. Такой необычный дом, - призналась Женька подруге и спросила: - А для чего твоя бабушка травы за ниточки подвешивала?

– Они так хранятся. А вот, смотри, - Ляля подала ей обычную литровую банку, в которой хранились какие-то засохшие веревочки.

– Что это? – скривив нос, спросила Женька.

– Пиявки, только засохшие, - совершенно спокойно ответила Ляля. – Бабушка использовала их для лечения.

– Фи, какая гадость, - Женька передернула плечами.

– Это ещё что! Моя бабушка славилась по всей округе, к ней даже из Москвы приезжали лечиться. Бабуля использовала для лечения не только пиявок. Да ладно, не буду тебе рассказывать, а то ещё в обморок брякнешься, - ответила Ляля и снова засмеялась.

 Потом, грустно вздохнув, обвела взглядом комнату и сказала:

– Бабушка заменила мне мать. Я всё детство здесь прожила. Моей мамочке, да ты знаешь, не до меня было. Бабушка могла её вылечить, но почему-то не хотела, я злилась на неё за это, - Ляля усмехнулась, вспоминая, - чего только не устраивала я бабуле, потому что знала: она могла всё, даже порой с того света возвращала, а вот маме не помогла, не хотела. Бабуля только перед смертью призналась, что отец мой, её сын, погиб из-за матери, и бабушка не простила ей. Я даже подозреваю, что болезнь эту – недержание перед спиртными напитками она сама мамочке и наслала. Вот так. Да ладно! Чего вспоминать.

Ляля махнула рукой и вышла из комнаты.

– Женька, иди сюда! – вскоре позвала она. – Покажу тебе что-то.

Женька пошла на зов подруги. Ляля была в чулане и сдувала пыль с огромной книги. Рядом стоял раскрытый сундук, в нем лежали какие-то странные вещи.

– Вот. Сохранилось всё бабулино наследство.

– Что это? – Женька удивленно вскинула брови.

Ляля, удовлетворенно поглаживая книгу, ответила:

– Это то, что поможет мне навсегда распрощаться с публичным домом. Уже пора. Бабушка передала мне кое-какое знание. Открою свой магический салон и буду возвращать неверных мужей в лоно семьи. Классно звучит: магический салон Любомиры. Это имя моё, настоящее.

– Здорово! – сказала Женька и тихонько добавила: – Может, ты и мне поможешь отворотить Сергея от Афродиты?

– Зачем? – спросила Ляля. – Неужели ты хочешь отворотить его от самой себя? Нет, моя дорогая, я этого делать не буду. Вы с Сергеем предназначены друг для друга, и я не стану вмешиваться в ход судьбы.

Женька горько усмехнулась в ответ, а Ляля, покачав головой, добавила:

– Напрасно не веришь. Вот помяни моё слово: тебе не уйти от судьбы, то есть от него, от Сергея. Вам суждено быть вместе. Я это знаю, поверь мне.

Женька отвернулась, подавив вздох, и попросила:

– Давай не будем, ладно?

Ляля пожала плечами:

– Как хочешь.

Чтобы сменить тему, Женька спросила:

– А откуда появилось твоё имя?

– Ляля – это я сама себе придумала ещё в детстве, чтобы не так отличаться от массы, а то, что это за имя? Любомира какая-то, - ответила подруга.

– А по-моему, очень здорово. Я бы ни за что не отказалась от такого имени, - сказала Женька.

– А я и не отказываюсь, вот уйду из «Орхидеи» - уйдет Ляля и появится Любомира.

– Как просто. Куда же и мне уйти? Так уйти, чтобы Афродита не преследовала? – грустно спросила Женька.

– Ой, подруга, - Ляля подошла к Женьке и обняла её: - От себя, куда же уйдешь? Нельзя от себя уйти. Я поняла только одно: нельзя оглядываться назад. Что было, то было. Значит, свыше так дано. А что впереди, того тоже никак не обойдешь. Вот меня хотя бы взять или тебя…

– Меня не надо, - резко оборвала её Женька.

– Ладно, - согласилась Ляля и предложила: – Тогда давай лучше покопаемся в колдовских вещичках моей бабушки.