Чтение онлайн

Соображал я по-прежнему плохо, но общий посыл кое-как уловил.

– Предлагаешь большую часть пути до Эарадана пройти по Разлому? – догадался я.

– Верно! Как думаешь, демоны смогут спуститься вниз? – озабоченно уточнила Саринилана.

И даже голову вбок наклонила, как любопытная птица. В исполнении статной горделивой девицы выглядело забавно. Я бы улыбнулся, но сил на эмоции до сих пор не было.

– Демоны туповаты, – ответил я девушке. – Если сразу не видят прямого пути к цели, то и не найдут. Мы как-то оборонялись на складе в Илосе. Окопались в караульном помещении под потолком. Лестница наверх шла вдоль стены. Так вот, те же песчаные люди не сразу поняли, что надо по ней подниматься… Если уйдём в Разлом, они, возможно, не разберутся, как спуститься.

– Значит, надо двигаться к этому спуску? – уточнил Тадар, задумчиво сжав в кулаке седую бороду.

– Да, – кивнул я. – И добраться туда следует не за три дня. Вот только… Хватит ли у нас припасов для того, чтобы пройти по Разлому?

Были б мы пешком, путь по дну Разлома и вовсе стал бы невыполнимой задачей. Но все мы ехали на переханах, а нашу поклажу тянули двужильные гнуры. Вот только… Воды-то в Разломе нет. И еды для танаков, переханов и гнуров – тоже. А сможем ли мы дотащить поклажу на своих плечах? А даже если всю поклажу бросим, то дойдём ли без еды и воды?

Поголовье животных и так мало-помалу редело. Многие уже ехали на переханах по двое. Да и танаков потеряно оказалось много. Они, конечно, если погибали в пути, не пропадали зря – мы их съедали. Но для кочевников такое было страшным расточительством. В чём-то едва ли не оскорбительным.

Жаль, другого выхода видно не было. Проверив запасы и договорившись экономить, мы решили пойти на очередной риск.

Переханов гнали, не жалея ни себя, ни их. Гнуры, впряжённые в телеги, хрипели, выбиваясь из сил. Я понимал, что животные при таких нагрузках могут не выдержать. И всё же надо было вывести доверившихся мне людей из-под удара орды, которая, похоже, вовсю зачищала земли вдоль Разлома. И у нас было подтверждение этому.

По пути мы наткнулись на разорённое стойбище. Оно лежало прямо на пути: шатры разодраны, телеги перевёрнуты. А над всем этим запустением стояла тишина, от которой становилось не по себе. Кто-то из кочевников машинально потянулся к лукам. Кто-то придержал перехана, хозяйственно высматривая скотину. Тадар, ехавший рядом, повернулся ко мне, ожидая решения.

– Едем дальше, – сказал я седому старейшине. – Мёртвых тут нет, а добра у нас и так хватает.

Он кивнул и принялся отдавать приказы своим. Не сказать, что кочевники были рады такому решению, но подчинились. Колонна пошла дальше, огибая мёртвое стойбище. Я слышал, как кто-то из молодых выругался, но голоса быстро стихли. Очень уж угнетали эти коллективные могильники, лишённые мертвецов. И очень уж давил мой запрет искать добычу на уроженцев местных земель.

Второе разорённое стойбище попалось скоро, через гонг. Всё то же самое – разломанные телеги, поваленные шатры и следы крови повсюду. Я даже не сбавил шаг. Кочевники скрипели зубами, но больше не оглядывались.

Вообще-то я думал о том, чтобы поискать тех же переханов. Наверняка многие из них сумели сбежать от демонов в царившей сматохе. Жаль, не хватало времени обыскать окрестности на предмет потерявшихся животных. Для нашего воинства каждая чаша была на счету.

Есть тоже приходилось на ходу, экономя время. Кто-то доставал сушёное мясо из седельных сумок. Кто-то жевал лепёшки, запивая тёплой водой из фляг. Да мы даже спали в сёдлах. Я видел, как размеренно качаются фигуры уснувших людей. Как их головы клонятся к бурым гривам переханов. Как, не удержавшись, кто-то съезжает на бок, а сосед толкает его локтем, будя и возвращая в седло. По счастью, обошлось: никто за весь переход так и не свалился на землю. Но вообще-то спать в седле без должных навыков – дело опасное.

Была и ещё одна сложность. Начинали ломаться телеги. Кочевые повозки были отлично приспособлены для песков. Однако плохо себя показывали на каменистой почве, преобладавшей вдоль Разлома. К тому же, лёгкость конструкции достигалась в ущерб надёжности. Так-то кочевники каждый вечер в стойбище проверяли свои повозки, но сейчас у них на это не хватало времени. День пропустили обслуживание телег, два… И вот, пожалуйста, полезли поломки, которые некогда было устранять.

Первая телега пострадала на камнях, когда колесо попало в выбоину, и ось треснула. Я приказал перегрузить поклажу на другие телеги, а гнуров распрячь и гнать вместе с колонной. Ну а саму поломанную повозку бросить и идти дальше. Кочевники, конечно, говорили, что могут её починить, уговаривали меня остановиться, но я запретил тратить время. Телеги – дело наживное, а жизнь у каждого только одна.

Мы оставили их за спиной, наверно, с десяток. Могли и бы больше, но достигли предела, при котором телеги пришлось бы бросать вместе с поклажей. А такое кочевники уже точно бы не перенесли. Но теперь и переханам стало тяжелее, и оставшимся гнурам. К счастью, животные из-под телег не пострадали, поэтому тяжеловозов иногда можно было менять. А вот переханов заменить было некем.

Тадар подъехал, когда солнце уже касалось края земли. Старик выглядел усталым, но держался в седле с прямой спиной.

– Впереди будет удобное место, воевода. Уступ у Разлома. Узкий перешеек. Если кто и придёт за нами, там хотя бы проще обороняться.

Я кивнул, не спрашивая, кто может придти. Голодные демоны, враждебные кочевники, неважно. Важно было, наконец, остановиться где-то на ночлег. Даже если пару гонгов сна удастся перехватить, заодно согревшись у костра – и то хорошо.

Когда солнце почти зашло, я увидел нужное место. Впереди, там, где Разлом делал изгиб, показался выступ. Он вдавался в ущелье широким языком. И будто причудливый мост, к нему вела узкая полоса земли. Этот перешеек был не шире десятка шагов. По нему едва могли бы проехать разом три телеги. А с обеих сторон – пропасть.

Колонна замедлилась, втягиваясь в горловину. Я придержал перехана, пропуская телеги вперёд, и оглянулся. Позади, насколько хватало взгляда, тянулась пустая степь. Ни всадников, ни дыма, ни пыли, ни гухулов. Пока всё было чисто, но дадут ли нам отдохнуть? Я очень надеялся, что да. Но последние события заставляли готовиться к худшему.

Люди на уступе уже разводили костры, распрягали животных. Я спешился, однако ноги отказались держать. Пришлось опереться на шею перехана, чтобы не упасть. Видимо, ещё сказывались последствия тяжёлой ночи. Да и перенапряжение с шёпотом.

– Выставить дозоры на перешейке! – приказал я подошедшему Истору. – Скажи, пусть глядят в оба.

Он кивнул и исчез. Ко мне подошёл Ферт, осмотрел внимательно и покачал головой:

– Если будешь перенапрягаться и дальше, вполне можешь умереть, – заметил он. – Ты выглядишь сейчас лет на пять старше.

– Если не буду перенапрягаться, умру гораздо раньше, – хмыкнул я, но всё же уточнил: – Это пройдёт?

– Да, после отдыха, – кивнул шептун. – Но если перегнёшь палку с расходом собственных сил, то рискуешь раньше времени стать стариком.

– Быть стариком не так уж и страшно, – улыбнулся я. – Страшнее остаться молодым, но единственным выжившим. Вот это действительно жутковато. Женщины же шептунами не становятся, так?

– Хм… Очень редко, – ответил Ферт.

– Заботясь о своём здоровье, я рискую убить меньше демонов. А значит, спасти меньше бойцов, – кивнул я. – А в Крае Людей и так население с каждым днём убывает. Ну и какой мне смысл быть живым, последним и страшно одиноким?

– Возможно, никакого, – вынужденно согласился с моей логикой Ферт.