Чтение онлайн

Выдали её мне ещё в Эарадане. Я тогда не был уверен, что пригодится. Но, видимо, тамошние командиры догадывались, чем закончится моя «партизанщина» в Сером Угорье.

Путей отступления у нас и впрямь было немного. И ведущий на Приозёрье казался одним из наиболее удобных.

– Можно попытаться прорваться в Западное Приречье, – продолжил я. – Однако проход туда из Серого Угорья ведёт мимо Эарадана. А там окрестности заполнены демонами, сами помните… Лучше мы пересечём Пограничные Холмы по тракту и доберёмся до крепости Страж. А уж там на месте решим, идти дальше в сторону Озера Тысячи Ключей или свернуть на юг, к городу Царский Сбор, где можно присоединиться к войскам.

– А войска именно там собираются? – уточнил Севий.

– А где ещё? – удивился Истор. – Если Приречье и Междуречье собирают войска, то всегда в Царских Сборах.

– Это же город!.. – недоумённо заметил Тадар.

– Три города, – пояснил я. – Этот, если полностью, называется Западным Царским Сбором. А есть ещё Восточный и Южный Царский Сбор.

– Зачем называть города одинаково? – нахмурив брови, не понял Севий.

– Эти три города были военными лагерями во времена Первого Царства, – подал тихий голос, оторвавшись от созерцания огня, Ферт. – Там собирали войска, когда где-нибудь замечали демонов. Рядом с лагерями со временем построили высокие стены, выросли города, а люди расселились дальше, за границы Первого Царства. А вот те старые названия так и остались незапамятных времён.

– Это надёжные крепости? – спросил Тадар, но сразу ему никто не ответил.

Общие мысли на этот счёт вновь озвучил Ферт:

– Я там никогда не был. В обычное время в земли Приречья и Междуречья въехать тяжело. Даже караваны чаще выбирают объездные пути. Но постройки тех времён сами по себе очень крепкие. Их строили целиком из камня, а не из кирпича. А ещё там собирались войска. Думаю, если есть в Краю Людей твердыня надёжнее, то разве что Ас Арахамана, она же Святилище. Однако крепость Страж тоже из тех времён. Просто крепость сама по себе маленькая. А город вокруг – это уже более поздние постройки.

Тадар какое-то время молча смотрел на шептуна, а затем повторил вопрос:

– Так надёжные крепости-то?

– Да, – не став напрягать Ферта, ответил за него я. – Крепости надёжные.

– Так, может, сразу туда и уходить? – кивнув на расстеленную карту, спросил Тадар.

– Нет, – я покачал головой. – Сначала будем держать демонов здесь. Нельзя выиграть войну, отсиживаясь за стенами крепостей. Даже если это война с демонами.

– Как знаешь… – пожал плечами хан ханов, но видно было, что слегка расстроился.

Честно говоря, я иногда не понимал кочевников. Что и немудрено. Их культура отличалась от общечеловеческой ещё, когда они только пришли на земли ханств. А уж за четыре столетия, тем более, изменилась до неузнаваемости.

– Кто сегодня держит купол, Ишер? – между тем, спросил Ферт. – Ты? Или я?

– Сегодня я, – ответил я шептуну. – Ты отдыхай. И так без меня держал две ночи.

– Хорошо… – благодарно прикрыв глаза, кивнул шептун.

– Гвел, раз ты поднял вопрос по провианту, то вам с Деносом и изучать вопрос, – приказал я. – Разберитесь, сколько у нас чего осталось, помогите Ватане. Два дня сидим в стойбище, а на третий выходим. Возражения есть?

– Послезавтра надо начать собираться! – покачав бородой, вмешался Гелай. – Мы тут имуществом обросли… За одно утро плохо управимся.

– Хорошо. Тогда к тебе, Гелай, просьба. Ты сам и проследи, чтобы было вовремя собрано, – согласился я.

Как говорили в моей прошлой жизни, инициатива всегда имеет инициатора. Смысл в том, что если собираешься поднять вопрос, будь готов, что на тебя его и взвалят. И я всегда применял этот принцип на совещаниях.

Подчинённые уже раскусили мою тактику. Поэтому рта старались понапрасну не открывать. И меня это устраивало, всё-таки пустой болтовни я не любил. Считаешь, что надо делать – делай, и нечего по много гонгов этот вопрос обсасывать.

Зато теперь мои решения редко кто оспаривал. Потому что если начать спорить, обязательно прибавится работы. А раз возражений не было, то совещания проходили быстро. Вот и в этот раз наша тёплая встреча не затянулась.

Обсудив пару мелких рабочих вопросов, я сунул карту за пояс и, выйдя из шатра, осмотрел стойбище. Место здесь было крайне удобное, ничего не скажешь. Однако пришло время перебираться дальше.

А пока стоило бы насладиться двумя днями отдыха. Конечно, ночью мне придётся поддерживать защиту шёпотом… Но выспаться-то я пока могу и днём. Заодно дам нормально отдохнуть Ферту.

Откровенно говоря, мне не меньше, чем остальным, хотелось поскорее вернуться к людям. Унылый вид равнин Серого Угорья успел настолько надоесть, что хоть на звёзды вой от тоски. Жаль, демоны не будут ждать, когда мы наобщаемся с соплеменниками…

И убивать их надо здесь и сейчас. Пока ещё есть в Крае Людей, с кем общаться. Может, я и не люблю много разговаривать, но саму возможность очень не хотелось бы терять…

Второй день отдыха прошёл в суете. Когда солнце только-только перевалило за полуденную черту, сборы уже начались. Молодые воины рыскали между грудами скарба, оценивая и прикидывая объём добра. После чего вещи укладывались в плетёные корзины. Если груз был хрупким – прокладывали травой, чтобы не побился в пути. Еду методично перебирали под приглядом Ватаны. Припасы, которые испортились – либо выкидывали, либо отправляли в срочную готовку. Припасы, находившиеся на грани – укладывали отдельно.

Главная работа кипела вокруг телег. Их ещё не нагружали, но готовили так, будто от этого зависела жизнь. Впрочем, учитывая, что лишнего мы на них не везли – а только самое нужное… Возможно, именно так оно и было.

Мне, привыкшему к илосским повозкам, поначалу было дико смотреть на эти сооружения. Телеги кочевников стояли на широких, почти в мой рост, колёсах с ободьями из распаренных гнутых веток, стянутых сыромятными ремнями.

На каждое из шести колёс приходилось множество тонких спиц, и вся эта конструкция, казалось, вот-вот рассыплется. Однако нет. На песке колёса не проваливались, а мягко плыли, оставляя неглубокий, быстро затягивающийся след.

У крайней повозки пара умельцев, тихо переругиваясь, меняла лопнувшую спицу. Рядом ещё один кочевник тщательно смазывал втулку густым жиром. Шатры и вещи, которые могут понадобиться до наступления утра, никто, само собой, пока не трогал.

Утром третьего дня сборы начались до рассвета. Я держал над стоянкой купол из песка, а стойбище, между тем, исчезало на глазах. Там, где вчера высился кожаный город, теперь стояли лишь голые остовы из жердей, которые уже вовсю разбирали и укладывали на телеги. Войлок сворачивали в тугие, перевязанные ремнями рулоны.