Вечный слушатель
Шрифт:
Конь промелькнул и канул в черном смерче.
Детство
О, книги жизни первая страница,
Прочитанная мною так давно,
О, время детства! Кажется, оно
Еще и до сих пор могло бы длиться.
В нем сердце знай поет, поет как птица,
Житейской прозой не умудрено, —
Ему ни грана злобы не дано —
Затем оно и не умеет злиться.
Гляжу в былое, как с вершины вниз:
Встречаю на тропе в свое село
Ребят-соседей в Муншаре, в Аль-Кбире, —
Там известь жег я, там сажал маис…
Увы, все слишком зыбко в нашем мире,
И что прошло — то навсегда прошло.
Франс Камиллери
(1919–1990)
К Средиземному морю
Когда валы твои ревут, как звери,
О скалы распыляясь без следа, —
Я слышу грозный клич былых империй:
Их поглотили время и вода.
Зерцало неба, ты разверзло двери
Возмездию — и долгие года
То услужало ты любви и вере,
То бездну опускало города.
И Цезаря, и Александра — шири
Твои влекли от отчих берегов;
Ты помнишь день, когда при Абукире
Разгромлен был воитель знаменитый
Ты, море, приводило к нам врагов,
Но ты же и служило нам защитой.
Крепость Мдина
Как долго ты была настороже,
Пока тянулась старина седая, —
Ты грезила мечтой о мятеже,
Над сыновьями павшими рыдая.
Тебя освободил король Роже[20],
Но ты жила, по-прежнему страдая,
Вновь грянул бой — на этот раз уже
Наполеона к бегству принуждая.
Спи, крепость, и в уме перебирай
Чреду веков: как был отпор неистов
Мальтийцев, защищавших отчий край!..
Здесь, где приют герои обрели,
Теперь покой: одни шаги туристов
Тревожат прах моей родной земли.
Листопад
Я нынче не пойду
Туда, где летом, зноем опаленным,
По вечерам в саду
Душой вверялся деревам зеленым.
Погода такова,
Что входят в мир осенние расцветки,
В слезах летит листва,
И наготой отсвечивают ветки.
Зеленый цвет исчез,
Деревья ждут, без жизни, без надежды,
И молят у небес
Вернуть ветвям исконные одежды.
Но нагота дерев
Душе моей едва ли не дороже:
На тех, кто, умерев —
Остался юн, теперь они похожи.
Грядущую межу
Преодолеет год. Без опасений
Тогда в саду брожу
Наедине с листвой, уже весенней.
Я наблюдаю там,
Как ветви тянут к небесам объятья:
Судьбой дано садам
Менять листы — изношенные платья.
Ждать осенью весны
Приучен сад. Сколь радость иллюзорна!
Ведь люди лишены
Способности зазеленеть повторно.
Оливер Фриджири
(р. 1947)
Пальцы ветра
Концами пальцев тянешься ко мне,
ты, беспокойный, ты, жестокий ветер,
похож на топот беглого полка
твой грубый ритм — он смерть в себе несет;
сонаты ветра — на одно лицо.
Но нет, повремените, подождите,
я не хочу быть взрослым, летний ветер,
не стану ранить рук, как ранишь ты —
листва летит, цветы до срока вянут:
твое наречье трудно, голос груб,
фальшивый голое, что звучит во мне.
При ясном небе — дождь, зимой — жара,
весна — без роз, спешащих распуститься,
и осень — в одеянье листьев юных.
Душа спешит уснуть, но до того
спешит хотя бы слово начертать
на облаках, как на вагонах верных:
дрожит рука, неровно сердце бьется
среди стволов. Но — кровью напиши:
«Смоковница неплодная, фонарь