Чтение онлайн

— Я сумела за два года изучить твой прямой взгляд, Питер. Рассказывай, что тебя так сильно напугало.

Питер вздохнул. Он явно хотел замкнуться. Заткнуться. Только он знал — я не позволю.

— Врачеватели Страха.

— Питер!

— Что? Ты хотела узнать ответ на тупой вопрос. Ты его получила. А теперь мы поговорим на более серьезные темы.

— Например?

— Вернемся к Врачевателям Страха. Два года им удалось уничтожить двадцать шесть подростков. Каждый год число умерших не увеличивалась, и оставалось тринадцать человек. Тебе эта цифра ни о чем не говорит?

— Ведьмовской обряд. — Непонимающе я пожала плечами. — Кажется, в Гензель и Греттель, три ведьмы похищали детей, рожденных каждое новолуние в определенном месяце. Потом они собирались уничтожить их, но им помешали.

— Что это еще за обряд такой? Впервые о нем слышу.

— Поговаривали, что для его исполнения необходимы вырванные сердца тринадцати подростков, похищенных по каждому календарному месяцу в их День Рождения. Лишь два подростка оказывались рождены в один и тот же месяц, для закрепления ведьмовского ритуала воскрешения усопшей души. Как правило, обряд делался на вымирающей ведьме, силы которой были настолько сильны, что род не собирался с ними прощаться. А так как ведьмовские силы не передаются на более слабое поколение, то есть лишь один способ их удержать — заточить в сосуд, а после этот же сосуд с силами пересадить вместе с душой слабого ребенка рода в тело тринадцатого подростка. Подросток должен быть сильным не только магией, но и духом. Иначе сила не приживется, подросток потеряет тело, а его душа будет выпотрошена душой сильного тринадцатого.

— Жуть какая. В эту ахинею вообще кто-нибудь верит?

— Как видишь, верят. Раз собираются использовать два обряда подряд. Число тринадцать тут тоже играет определенную роль. В нашем кругу она считается меткой дьявола. И благодаря ей, если правильно провести ведьмовской обряд, можно заиметь шикарные магические силы. Правда, потом, со временем род, что отважился на этот обряд — поквитается за содеянное.

Так писали книги по магии, хранящейся в нашей библиотеке. На деле я не разу не встречала род, который, благодаря этому обряду, реально желал уничтожить тринадцать подростков ради одного.

Разговаривая о магии, мы возобновили наше движение. И не заметили, как добрались до места назначения. Внутри кафе «Глазное Яблоко» было на удивление пусто. Место считалось популярным среди подростков, которые — как и я — не получили магические силы. Здесь продавали еду, которая не содержала магических приворотов и не могла уничтожить организм неподготовленного мага. Все меню было составлено так, что еще ни один подросток не пострадал от предоставленных кафе блюд.

Быть единственными посетителями популярного кафе во второй половине дня — крайне увлекательное занятие. Жутко. Романтично. И, местами, привлекательно.

Питер заранее умудрился заказать столик. Окутанный магическим барьером, уединенное место заставляло меня слегка поежиться от напряжения, парящего в воздухе.

Не мудрено, что мы сидели в самом конце кафе. По другую сторону располагались два больших — в человеческий рост — окна. Из окон открывался шикарный вид на прилегающий к морю Ублюдков утес.

Скорее всего многие посетители располагались в двух других кафе, славившихся на острове как магические забегаловки, где можно делать разные вещи, от которых на следующий день станет болеть голова.

Не зря магические блюда запрещались для продажи личностям, которые не освоили в своем теле магию.

Приходя в это кафе, я всегда удивлялась тому, как же сплоченно вели светские беседы подростки светлых и темных магов. В стенах заведения они никогда не спорили. Никогда не применяли магию — логично, ведь у них ее вообще не было или же она была настолько слаба, что попросту не переваривала блюда, приправленные магией в двух других кафе.

Если верить преданию, то три кафе для магов открыли родные братья тройняшки. Старший брат — Иннокентий — заведовал кафе, предназначенное для темных магов. Средний брат — Петр — ухаживал за кафе, где тусовались светлые маги. А младший брат — Егор — вел бизнес в стороне. Его кафе было предназначено для обоих рас, а потому нередко пользовалось бешенной популярностью. Популярность не нравилась двум братьям. Они не раз хотели свергнуть кафе младшего брата. Только вот удача всегда была на стороне Егора. И каждая попытка брата заканчивалась неудачей.

В кафе работало несколько официанток. Две из которых имели темные силы и учились на последнем курсе Академии Вирн. Три другие официантки были светлыми. От них — как и от других светлых магов — веяло теплом и домом.

Так мы сразу же определяли стоящего перед нами незнакомца. Мы с детства могли различить кто стоит перед нами — темный маг или родной светлый. И мы толком не знали, почему такая способность распознавать магов существовала исключительно у нас — светлых. Сколько бы раз я не спрашивала об этом Дерека — когда он только-только заполучил магические силы и общался со мной — он не разу не сказал мне причины. Просто пожимал плечами, да смешно вертел головой, словно боялся, что его могут обнаружить темные друзья рядом со светлой.

К нам подъехала на роликах светлая. Она приветливо улыбнулась, произнесла заученную фразу заведения, пожелала нам счастливого отдыха и, не забыв записать заказ в небольшой блокнот — ретировалась.

Как только официантка скрылась с нашего ракурса, Питер с боевой готовностью протянул мне файлы с записями, которые я у него умудрилась запросить месяц назад. Здесь должна была находиться информация о Врачевателях Страха. Тех, кого нам предстояло разоблачить.

В книгах, найденных мною в центральной библиотеке города, информации о неведомых существах было на удивление недостаточно. Я привыкла изучать отдаленное явление, прежде чем бросаться в жерло вулкана только ради того, чтобы потом их схватить и принести на порог Департамента.

Нередко у меня создавалось ощущение, что Врачеватели Страха такой же миф, как и Дикая Охота. Они вроде бы есть, но в то же время их никто не видит. Никто не знает, как они выглядят на самом деле.

Хрустнув шеей, я неспешно взялась за изучение информации, решив немного пройтись по присланным мне документам, распечатанным в человеческом мире. Информация была распечатана черно-белым шрифтом на листах А4. Листов было около пятидесяти. Может больше, может меньше. Я не собиралась их считать. Мне нужна была информация, а не подсчет присланного материала для изучения столь щекотливого дела.

Я бегло просматривала текст, боясь, что он мне не понадобиться. Питер любил печатать не то, что я предпочитала увидеть на бумаге. Брать столь внушающую кипу бумаг в Академию, мне не хотелось. В Академии я могла напороться на неприятности, благодаря которым мои будущие адепты могли узнать о нашей с Питером связи. Мальчишка и так славился дурной славой. Зачем мне усложнять себе жизнь еще больше?

Бесконечные факты, статьи и предположения мелькали перед глазами. Казалось, что для изучения статей мне предстоит провести за чтением информации не один день.

Я не заметила, как нам принесли наш заказ. Питер заказал аппетитный стейк, приправленный свежей кровью, да охлажденный американо. Я же ограничилась лишь теплыми двумя кружками капучино. Так как мое горло все еще было пересохшим, я не заметила, как расправилась с одним напитком, умудрившись слегка обжечь кончик языка — напиток был горячим. Есть мне не хотелось — я пообедала в родительском доме. Матушка настояла. Сказала, что не отпустит меня, пока я не съем все ее приготовления. Пришлось послушаться.