Чтение онлайн

— Не убедили. Защитить вашу правнучку я вряд ли смогу, подругу можно поискать среди более подходящих по возрасту и положению, разве на так обычно поступают? Это все несущественно и уж точно не стоит данного вами обещания. Есть что-то, чего вы не говорите. Не расскажете, я уйду и завра же покину Нуртенмар, — блефовала, конечно, но иного выхода не видела.

Старик отвернулся, остановившись взглядом на полках, словно забыл название какой-то книги и пытается его разглядеть. Маг явно не хотел отвечать, но и правды сообщать не собирался, если ему требовалось так долго продумывать формулировки. Признаться, мне казалось, что с возрастом обманывать становится легче, но магу явно было непросто.

— Хорошо, я отвечу, — наконец, решился господин Элонс. — Это требование жениха: Долорея не может общаться до дня свадьбы с магами-мужчинами и должна прибыть в сопровождении ведьмы, сила которой больше ее собственной. Среди тех, кого я мог бы подпустить к моей правнучке, таковых нет, как и времени на продолжение поисков, которые, а поверьте, вел.

— Видимо, этому условию я соответствую, — только и оставалось, что хмыкнуть. — Вы тоже видите сквозь мою защиту? Впрочем, уже неважно. Зачем, как вы думаете, это жениху? С магами понятно, не хочет, чтобы кто-то успел раньше, чем он. А какая судьба уготована мне?

— Я не знаю, поверьте. Он поклялся, что не причинит вреда спутнице Долореи. Магически подтвердил, поэтому вам ничто не должно угрожать. Правнучка должна стать его женой, иначе Долорею может ждать судьба моей дочери! И я готов исполнить самое необычное из ваших желаний, уверен, что у вас есть такое.

Да уж, вот только рассказывать о том, что мне надо срочно в другой мир, я не планирую. По поводу безопасности… Нарушение магической клятвы чревато если не смертью, то потерей силы, а для мага это почти одно и то же. Но мы в детстве сказки читали и знаем, сам, может, вреда и не причинит, но кто-то другой вполне способен исполнить грязную работу вместо заказчика.

— Вы уверены? Могу я узнать точную формулировку?

Рафаэль озвучил, поняв, что я не отстану, а другой подходящей ведьмы до весны, когда придет время отправляться в замок жениха, в городе может и не появиться. Искать — долго и, опять же, не факт, что кто-то согласится. Но слова клятвы обнадежили тем, что ни сам маг, пожелавший столь странного сопровождения для своей невесты, ни кто-то другой по его приказу не станет покушаться на жизнь и здоровье ведьмы.

— Я соглашусь при условии, что вы обучите меня всему, что знаете сами. Времени у нас не так уж много, а это значит, что я могу стать вашей ученицей на долгие годы. Согласны?

— Вы просите слишком многого, — покачал головой маг. — Есть знания, которые я могу передать лишь следующему Хранителю, но никак не ведьме.

— Пользуюсь предоставленной возможностью, сами предложили, — пожала я плечами. — И закрепим наш договор магически, не хочу, чтобы вы потом передумали. Что за Хранитель?

— И даже этого я не могу сказать до принесения вами клятвы о сохранении тайны. Похоже, вы не оставляете мне выбора, Ди.

Покидала я дом с высокими коваными воротами, что стоял в Луковом переулке, уже будучи связанной магической клятвой и получив статус ученицы одного из сильнейших магов королевства Отрадис, а может, и всего Кейниура. Мы беседовали долго и стало понятно, почему он отпустил слуг, подслушать разговор не должен был никто даже случайно. Могла ли я не соглашаться? Пожалуй, да. Но упускать такой шанс было нельзя — Хранитель Магического равновесия, вот кем был Рафаэль Элонс, не единственным, но тем, кто мог раскрыть мне все тайны перемещения между мирами. И пусть не скоро, но я смогу вернуться домой, воспользовавшись знаниями, которые были мне обещаны. Наверное, это сравнимо с банальной жадностью, но я предпочитаю думать, что с чувством самосохранения, которое, пусть и заставляет меня рисковать (что малосовместимо с ним!), но лишь для того, чтобы я могла вернуться к прежней жизни — понятной, иногда скучной, но предсказуемой и почти безопасной. Хватило мне приключений за прошедший год по самую крышу, а так уже хочется снова ощутить спокойствие и нежность рядом с кем-то, кому от меня ничего не нужно… Совсем недавно мне снился подобный сон, вот и обострение приключилось, став почти навязчивой идеей, к реализации которой идешь, наплевав на все.

Отправилась я в гости с самого раннего утра и, когда шла домой, пусть и не к себе, а Яру, солнце уже находилось в зените. Даже не заметила, как несколько часов миновать успели, пока шли переговоры с магом. Происходящее настолько захватило, что лишь оказавшись под лучами скупого на тепло осеннего светила, удалось увидеть то, что раньше оставалось скрытым. Во всяком случае, то, что Рафаэль совсем не выживший их ума старичок, я теперь знала точно, как и то, что он думает исключительно о своей выгоде, а на меня ему по большому счету глубоко наплевать. Остался непонятным момент с так и оставшимся внутри ощущением, что я упустила нечто важное. Вроде бы все ясно — взаимовыгодная сделка, пусть и с огромной долей риска, но куда же без этого?! И все же, червячок изнутри не унимался, заставляя вспоминать весь разговор снова и снова.

Нанимать извозчика не стала, деньги лучше приберечь до срока, а сейчас я и сама в силах дойти, тем более, что дорогу запомнила. Вот только раздумья мои по пути ни к каким выводам так и не привели, а в доме с аккуратным парком ждал, как выяснилось, даже не взволнованный, а очень злой Яр. Встретив меня едва ли не в дверях, он набросился с обвинениями, удивив тем, что сразу понял — вернулась я уже связанной по ругам и ногам клятвой. Маг — вроде и удобно, но, с другой стороны, ничего не скроешь.

— Ты в уме? Зачем согласилась? Как знал, не хотел одну отпускать!

— С чего ты взял, что Рафаэль при тебе говорить бы стал? И вообще, это мое личное дело, тем более, что я учителя нашла. Тебе даже выгодно!

— Случись с тобой несчастье, ему клятву исполнять не придется. Магией, которой вы сделку свою скрепили, на всю улицу веет, — отмахнулся от моих слов, как от мухи, блондинчик. — Глаза бы сначала раскрыла, прежде, чем в пасть к хищнику лезть!

Точно! Глаза! Вот что мне покоя не давало! У Долореи такие же серые и волосы светлые. Не может быть! В разговоре, который мне подслушать удалось, старый маг говорил о своей внучке, память которой предал Яр, та погибла, осталась правнучка… Почему же он не заботится о своем ребенке?! Образ Яра сразу как-то побледнел, а я разозлилась не меньше самого мага. И меня понесло.

— Ты так мечтал остаться один! Твое желание исполнено, так в чем дело?! Чем недоволен господин маг? Я сегодня же переберусь в дом семейства Элонс, а ты снова станешь счастливым, не так ли?! От меня всего лишь и требуется, что стать компаньонкой, а потом сопроводить Долорею к жениху. Сам Рафаэль будет меня учить, разве могла я рассчитывать на такого наставника?

— Узнаю старого добряка Элонса… Да он никогда и ничего просто так ни для кого не делал, разве что для своей семьи.

Ты к ней, смею заверить, совершенно точно не относишься. Даже самый отстающий из слушателей магической академии знает, что ведьмы просто не способны бросить человека в беде, на этом он и сыграл, да?! Спектакль понравился? Уверен, Элонс был на высоте, тем более, что ему даже придумывать ничего не пришлось. Но самое главное, вне всякого сомнения, он утаил. Кто тот самый жених, конечно, даже не спросила, — сложив руки на груди, издевательски заметил, правда, совсем не улыбаясь, Яр.

— Мне зачем? Не я же за него замуж собираюсь, — ответила исключительно из вредности, уже понимая, что допустила непростительную промашку.

— Долорею отдают за наследника. Ты отправишься в замок будущего Карлоса Шестого. И наверняка встретишься там с королем Отрадиса. Вряд ли после этой встречи ты останешься в этом мире. И я не имею ввиду добровольный переход.

Яр не сказал в «нашем» или «моем» и это стало очередным подтверждением той версии, что он не просто из другой страны, а из иного мира. И хотя сейчас мне намекали на возможное убийство, такое развитие событий уже не пугало так, как раньше, поскольку запасной выход, это лучше, чем остаться в этом, чуждом и опасном. Хотя, конечно, мысли о самом процессе «отправки» вызывали неприятную дрожь, но злость оказалась сильнее страха.