Чтение онлайн

— То есть ими кто-то управлял?

— Они кому-то служили, — кивнула Рамилия. — Когда Ламии было семь, на неё в саду напал охотник замка, в котором после опознали стражника крепости Лори — это крепость-тюрьма, где были заточены королева Зана и принцесса Зора. В то время после трагичной гибели королевы и её детей прошло всего несколько лет, память о них ещё жила и, конечно, Ларель подумал о том, что кто-то мстит за их смерти, — Рамилия сжала сильнее одну из полок, отчего костяшки её пальцев побелели.

— Ты, например, как няня принцессы? — догадался Никандр.

— Я попала под подозрение первой, — кивнула Рамилия. — Меня и пытали, и допрашивали… если бы Ламия за меня не заступилась, и убили бы… Только подумайте, — прошептала она, затаив дыхание и погрузившись в свои воспоминания. — Семилетняя девочка, ещё совсем ребёнок, спустилась в тюрьмы под замком и орала на короля, чтобы он отпустил меня. Приказывала, — усмехнулась Рамилия невесело. — Её потом выпороли до того, что она месяц на ноги вставать не могла, лежала в бреду… если бы не её мать, померла бы, — покачал она головой осуждающе. — Но выжила, да и меня спасла.

Никандр, слушая сбивчивый рассказ Рамилии, хмурился и исследовал стену за стеллажом. На первый взгляд та была сплошной, неприступной, основательной, но он не терял надежды найти рычаг, чтобы открыть потайной ход.

— Я, правда, не знаю кто бы мог организовать нападение. Но если к этому как-то причастны Зана или Зора, то… я своими глазами видела мёртвую королеву. Ламия видела, как обезглавили обоих братьев. Но вот как умерла Зора не видел никто. Даже я, которая была к ней приставлена в качестве няни.

Принцесса была не типичной заключенной в крепости, как, например, её мать. Она могла свободно перемещаться по коридорам, комнатам, темницам, гулять, но после измены старшего принца не могла покидать её границ.

В тот день она отослала меня на кухню за водой. А когда я вернулась, то увидела открытое окно башни, подставленный стул и туфли принцессы на полу. Мы искали её везде, но не нашли. Было решено, что принцесса не пережила смерти братьев и матери и покончила с собой, спрыгнув в море. Учитывая то, что под окнами были скалы и бушующие волны, даже не предполагалось, что она могла выжить. Тела так и не нашли. Меня отправили обратно сюда и приставили служить Ламии, а через некоторое время случилось первое нападение.

— Так никого и не нашли?

— Нет, — покачала головой Рамилия. — Ламия, как села на трон, начала часто менять прислугу, опасаясь новых покушений. Но подобное после её коронации произошло только один раз. Были ещё случаи в начале её правления, но виновные были найдены и у всех были политические причины, что не удивительно ведь тогда шла борьба за власть.

Никандр перестал осматривать стену и теперь внимательно прислушивался к женщине.

— Потом заговорили о проклятье. А затем умер Дамий.

— Её первый сын?

— Да, огромная трагедия, — покачала головой Рамилия. — Ламия, конечно, тут же заподозрила того же убийцу, который покушался на неё и отца ранее, но найти никого снова не смогла. Мужчины начали умирать один за другим… очень страшно стало в замке, который к тому моменту и так уже был в большей степени заселен только женщинами. Даже Ламия, которая никогда не отличалась трусостью, испугалась. Заперлась, перестала выезжать… Когда она только взошла на трон, ей сопутствовала удача во всем. Но после смерти Дамия несчастья на нас посыпались как из рога изобилия… И потери детей… Постепенно мы все поверили в это проклятье и Ламия в том числе.

— Но изначально она подозревала убийцу?

— Скорее всего подозревает до сих пор, — кивнула Рамилия. — Она ищет способы отличить убийства от проклятья и убийства от руки человека…

— Да, она говорила, — подтвердил Никандр, перебивая управляющую. — Но… получается она считает, что есть и убийца, и проклятье?

— В проклятье мы, конечно, уверены точно, а вот на счет убийцы до сих пор сомневаемся, — призналась Рамилия. — Может, его и не существует… Но… я что-то слышала, — она кивнула на стеллаж, — да и вы видели реакцию Госпожи — судя по всему ход в комнату есть. Если и правда существует убийца, нам необходимо его вычислить, потому что проблем нам хватит и от проклятья.

Никандр продолжал хмуриться.

— Не понимаю. Вы обе вроде бы рассуждаете здраво и согласны с тем, что в замке может скрываться убийца. Но почему так упорно твердите о проклятье?

Рамилия неожиданно напряглась.

— А вы всегда такой невезучий? — спросила она, кивнув ему за спину. Никандр обернулся и увидел, как в комнату заползает змея. — Не шевелитесь. Вероятнее всего, ядовитая.

Женщина вышла вперёд, прошла между Никандром и змеей и направилась к камину.

— Что ты делаешь? Не шевелись, — возмутился замерший на месте король, который наблюдал за тем, как управляющая, свободно передвигающаяся по комнате, берет кочергу, а змея целенаправленно поворачивает в его сторону.

— Пока рядом есть вы, для меня она не представляет никакой угрозы, — покачала головой Рамилия, словно ей было всё равно на змею на полу, хотя приближалась к ней всё равно с опаской. А та её словно и не замечала, продолжая надвигаться на мужчину.

Женщина сделала выпад и несколько раз всадила острый конец кочерги в змею, целясь ей в голову. Никандр отскочил в сторону, когда та задергалась.

— Змей Ламия содержит в лаборатории, но она всегда очень осторожна, поэтому все они надежно заперты, выбраться им оттуда возможно только чудом… Так что вот это — проклятье, — сказала Рамилия через некоторое время, тяжело дыша, отходя от поверженной змеи и указывая на неё кочергой. — Кабан в лесу — проклятье, осколки в мороженном — проклятье, ваша неуклюжесть — проклятье, но… Госпожа считает, что возможно у проклятья есть ещё и подражатель, который за ним скрывается.

— Кто-то мог её выпустить, — не согласился мужчина.

Рамилия возмущенно застыла на месте.

— Вы же видели, что она двигалась точно на вас! До меня ей и дела не было! А впрочем… Вы знаете, как умерли принцы? — спросила она.

Никандра в смятении покачал головой.

— Только сплетни слышал.

— А вы узнайте правду у Госпожи… Если это не проклятье, то я даже не знаю что.

Никандр и Рамилия больше трех часов исследовали подземную спальню Ламии, но нашли только свечной воск на полу, которому Никандр не придал бы и значения, если бы не управляющая.

— Воск белый, — сказала она задумчиво, оглядываясь к подсвечникам у ближайшей стены.

— И что? — не понял мужчина, оборачиваясь к желтым свечам.

— Я обычно экономлю и закупаю желтые свечи. По качеству они от белых не сильно отличаются, но дешевле, — сказала Рамилия задумчиво. — Белые же я заказывала только на свадьбу… Они использовались во время венчания и несколько дней до и после, когда в замке жили гости. В комнаты Госпожи мы их не устанавливали — Ламия разницы не замечает, а свечей жжет за ночь немерено. Поэтому очень странно, что воск белый… да и далеко от подсвечников…