Чтение онлайн

— Не, Мортал, мне норм. Я пожалуй, еще поживу. Да не грусти, проскочу как-нибудь твой Дриб, не бойся за меня.

– Ой не знаю… я помочь уже не смогу… — Мортал пожал худенькими плечами — Не расслабляйся, будь готова. Пойду я тогда, что ли? Как буду в мире живых, попробую тебя найти, поболтаем. Ну и ты заходи при случае.

— Нет уж, лучше ты к нам!

Я шмыгнула носом. Я бы даже обняла Мортала на прощание, но после боя возле города Насекомых, как-то постремалась. Страшненький у меня попутчик… хотя и хороший. Надежный парень. Ладно, сантименты в сторону.

Я смотрела вслед Мортал Коммандеру, пока тщедушная фигурка не затерялась в песках Пустоши. Вот я и одна, сама себе спасительница. Я взвесила в руке меч, подтянула ремни на рюкзачке и пошагала в направлении, указанном Морталом. На Пустошь не оглянулась ни разу. На фиг прошлое, лучше будущим займусь.

Вернусь домой — ни за что не буду заниматься горным туризмом! На ту дурацкую гору я влезла часа через три, мокрая ка мышь, и злая на весь свет! На оба света — мир живых и мир мертвых! Издалека казалось, что подъем не такой уж тяжелый…

Я стояла на вершине, шатаясь от усталости, и вглядывалась в раскинувшийся передо мной Дриб. Персией и Китаем тут и не пахло. Суровый северный пейзаж, аж знобит. Неужели все-таки Скандинавия? Непруха, однако. Вглядевшись, я заметила движение, и на всякий случай спряталась за валун. Далеко-далеко, километрах может в десяти, двигалась группа всадников. Поблескивали то ли щиты, то ли оружие. Даже с такого расстояния было видно, что ребята буйные, как-то по-особенному они перемещались. Из ущелья выскочила еще одна кучка, они столкнулись, и началась нешуточная драка. Я мысленно поздравила себя с тем, что я не в центре событий. Уж слишком от души они там рубились, я не любительница кровавых забав. Местных лучше обходить десятой дорогой.

Я потихонечку начала спуск, вернее, сползание с горы. Склон — сплошная осыпь, мелкий щебень. Идти нельзя, можно только погрузиться по колено, и сыпаться, пытаясь не врезаться в отдельно торчащие скалы-зубы. Где-то к середине склона мне даже начало нравиться, я ехала, лихо закладывая виражи, шурша на весь Некроэтэль, и приводя в движение потоки щебня. Доеду до вон той скалы с двумя вершинами, и отдохну!

Ну да, Люба, держи широким кверху. Где это видано, чтобы мечты сбывались? В двух шагах от намеченной скалы я наткнулась на коварно спрятавшийся под осыпью крупный камень и полетела «рыбкой». Покалечилась бы, но не дали. Из дыры в скале выскочило нечто меховое и громадное, и схватило меня за задницу. Я несколько иначе представляла себе счастливое спасение, но моими вкусами тут никто не интересовался.

— Стооо пиии!!! — зарычало то, что меня схватило — Фирене вэ фестен вир берсе а мисунэсе!!!

Я сопротивлялась, молотила всеми конечностями, и ругалась как грузчик, но монстр этого не заметил.

Обхватил меня за талию, и уволок в пещеру. Он рычал, сопел, и лапал меня так, что чуть не поотрывал половину моих прелестей. Чудовище разложило меня на камнях и, похоже, оценивало мои женские достоинства. В смысле — хлопало по заду и спине, мяло грудь, переворачивало как блин, и с явным одобрением орало:

— Сто пиии йер и ви я фопедэн! Вильке ле ве реу!

Я уже простилась как минимум с девичьей честью, как максимум — с жизнью, как вдруг мучитель прекратил меня тискать. И я вспомнила! «Реу»! Было такое в одном сериале! По-датски это будет «жопа». Мама родная! Мортал предупреждал, что скандинавские покойники самые опасные, Йотуны, или как их там… Вот влипла, так влипла!

Пока я обтекала, после бурной встречи, мой похититель зажег факел, и я увидела. Если я приглянулась этому альфа-самцу то мне конец!

Передо мной сидел мужик-гора — весь опутанный узловатыми мышцами, спутанной бородой и клепаными ремнями. Под меховыми штанами вздувалась мужская гордость устращающих размеров, нечто, вроде кучки крупных яблок. У стены непринужденно отдыхал боевой топор ростиком, чуть побольше меня.

Мужик почесал бороду заменявшей ему ладонь снеговой лопатой и спросил:

— Эр ду и лив?

— Я… не совсем поняла… Вы йотун, да?

Услышав про йотуна, эта зверюга заорала нечто хриплое, схватила топор, и саданула по мне! Я с визгом откатилась, надеясь приблизиться к выходу, но вместо этого застряла в глухом углу. К счастью, мой час еще не пришел. Вспышка гнева оказалась короткой, второго удара я бы не пережила.

— Эр ду и лив? — повторил страхолюд и хлопнул себя по лбу, аж загудело — Вент йэ!

Последние слова прозвучали так выразительно, что я поняла — мне приказано ждать. Как героиня, я была обязана использовать шанс и героически убежать. Враг повернулся спиной, и копается в гигантском сундуке — такой удобный случай! Но я струсила, слишком уж яркий был типаж! Если он меня догонит… Или все — таки?

Пока я колебалась, шанс ушел. Бородач развернулся, и грубо сунул мне в руки крупную селедку. Я машинально взяла.

— Сп-пасибо…

— Эр ду и лив? — уже раздраженно повторил великан.

— Ты живая? — пропищала селедка, у меня в руках. Ой! Селедка — переводчик? Круто…

— Да, я живая… — проблеяла я.

— Йа йе и э ливе. — перевела селедка и мужичара кивнул.

— Дэ йа эн скам…. — прогудел он. — Йа хоупел э я виц е таг эн смог метце фистен…Фир вайе вэ йэ шпатлтте мисуннэсе.

— Жаль. — пояснила селедка — Я надеялся, что смогу взять красивую бабу на пир. Ребята лопнули бы от зависти.

— Я бы рада… но у меня дела….

Селедка перевела, но датчанин не обратил внимания.

— Гейрахед!!! — заорал он. С невидимого в темноте потолка пещеры с грохотом посыпались камни.

— Йе а хье! — ответил звонкий женский голос.

— Я здесь. — бесстрастно перевела селедка.

— А, ты из Гардарики… которая теперь Россия…

Пещеру озарил бледный свет. Рядом с моим зверомужиком возникла женщина, она и светилась. Одежды гостьи были подобны волнам, на запястьях и плечах сверкали стальные щитки, лоб украшал клыкастый серебряный венец. Лицо сияло ледяной красотой и абсолютной, концентрированной, гордостью. Меньше всего мне понравилось копье. Пришелица поигрывала двухметровой железякой, как невесомым перышком. Хищный наконечник безостановочно рисовал в воздухе сложные фигуры.

— Я — валькирия Гейрахед. — сказала сияющая. — Живым не место в Дрибе. — Сейчас я убью тебя, и ты сможешь пойти на пир с Магнусом, ты ему понравилась.

— Я не хочу умирать. — я насупилась, и взяла наперевес селедку-переводчицу. Вынуть меч у меня даже мысли не возникло, уж больно преставительным выглядело копье Гейрахед. — Разумеется. — холодно ответила валькирия. — Без сопротивления умирает только скот, ты можешь сражаться. — У тебя даже есть крохотный шанс, поскольку ты счастливая. Ты обозвала Магнуса йотуном, и твоя голова все еще не разбита. Это большое везение, в бою оно не лишнее. К твоему сведению Йотуны — это тупые великаны, исконные враги детей Одина, то есть нас. Правда Магнус мог принять это и за комплимент, он один из самых брутальных воинов Вальгаллы. Тебе понравится.