Чтение онлайн

— Едем к твоему брату. — сказал он. Прозвучало это точно как «Ах, какое счастье».

Кажется, где-то на Небесах решили устроить для меня ночь приятных сюрпризов. Конечно, приглашая Сына в гости к Морталу, я горячо надеялась на лучшее. Но и боялась от всей души, тряслась как осиновый лист. План мог сорваться на любом этапе, из-за любой мелочи. Вместо этого он выполнялся, как по нотам. Первым чудо-сюрпризом оказалась машина Сына Пустоши. О таком я и мечтать не смела! Увидев, я не поверила в свое счастье! Настоящий мини-трейлер, передвижной дом на колесах! Вторым чудесным подарком судьбы стало поведение Мортала. Мальчишка оказался чертовски умным. Засек фары подъезжающей машины, надежно спрятался, оценил обстановку. Потом проявился, издали крича, чтобы я немедленно вернула его очки. Умница! Я кинула очки на голос, и Коммандер вышел, успешно скрывая абсолютно ненатуральные девичьи глаза. Дальше мой спутник представился Михой, бросил пару скабрезностей в подростковом стиле, и заявив: «ну вы типа, воркуйте, мне по фигу, но, чур я в кабине сплю», испарился. Поле боя осталось за мной. Мы с Сыном забрались в задний салон и устроили романтическую ночь с кофе при свечах и любовными играми до полного изнеможения. Он оказался чудесным любовником, даже лучше, чем можно было подумать после задворков у бара. Конечно, и речи быть не могло о том, чтобы я с кем-либо испытала всепоглощающее счастье, которое навсегда овладело мной и Витей на конспиративной квартире. И шикарной изобретательностью Аркеноя Игорь тоже похвастаться не мог, он был довольно стеснительным. Однако лежа под ним, или согнутая в его руках в бублик, или, изгибаясь, как ветка, верхом на его члене, я растекалась и таяла. После каждого оргазма, мне становилось ощутимо легче, будто Сын Пустоши высасывал из меня, как из раны, черную отраву. Видимо я наглоталась многовато черноты на неудавшемся бракосочетании. Меня нужно было лечить, и постель с Игорем оказалось наилучшей больницей. Я чувствовала, что он не на шутку увлекся. Романчиком — перепихончиком тут и не пахло. Мы играли в двух шагах от пропасти. Неловкое движение, и он сорвется, то есть полюбит меня по-настоящему, так, чтоб уже и не разлюбить. Я очень этого боялась. Ненавижу разбивать сердца и калечить судьбы. Страховал от нежелательной любви, как ни странно, секс. Я быстро сообразила: пока Сын занят моим телом, он так кайфует, что о душе подумать некогда. А настоящая любовь, это уж как хотите, именно душа. Сделав это открытие, я устроила такой любовный марафон, что и сама еле выдерживала, а я в этом смысле двужильная. Отдавалась по семь — восемь часов подряд, требовала секса утром, ночью, днем, не давая Сыну опомниться. Впрочем, он не сильно и отказывался.

Перед рассветом, после первой ночи, когда Сын спал со счастливой улыбкой на изможденном лице, я стянула его смартфон и нашла приложение «Карты». У Насекомых своя география, призрачные города, и все такое прочее. Мы с Морталом нашли городок, обозначенный на противоположной границе Пустоши. За завтраком я рассказала Игорю, что мы — путешественники, едем в тот самый городок. И ненавязчиво поинтересовалась, не хочет ли он нас подвезти? Только что была ночь великолепной любви, трейлер в нашем распоряжении, вести машину взялся «двоюродный брат», а до городка, как минимум, трое суток пути. И тут я, в расстегнутой до пупа рубашке, босая и без трусов, с чашечкой кофе на отлете, предлагаю помочь, а попутно остаться со мной на все это время!

Сын чуть не задушил меня в объятиях, и мы поехали. Мы неприлично много времени проводили, погрузившись друг в друга во всех смыслах. Я часами делала Игорю минет, заставляя его кончать раз по пять-шесть. Он тоже полюбил целовать и облизывать меня во всех изгибах, придуманных природой для моего тела. К любимой, (той самой, с которой и начали в закоулке за баром), позе мы возвращались раз по пять ежедневно. И горячая нежность, которую щедро излучал Сын, сработала так, как я хотела.

Первый раз на нашу машину попытались напасть уже на следующий день. Патруль Насекомых то ли вояк, то ли погранцов, вывернулся из-за барханов и помчал наперерез нашему трейлеру. Не доехав ста метров, развернулся, приветственно посигналил, и уехал. Дальнейшие попытки жителей Пустоши проявить агрессию заканчивались в том же духе. Бывало, нас и останавливали, но, поболтав с Игорем, Морталом и даже со мной, спокойно отваливали. Меня, живую, не учуял никто. Я спряталсь в невидимом коконе любви Сына Пустыни, как и рассчитывала. Энергия его нежности наглухо скрывала мою истинную природу. Для любого из встречных Насекомых я была такой же Насекомой, нормальной любовницей нормального местного парня. Я ждала, что выйдет нечто подобное, ради этого и поперлась в бар. Морталу план объяснила в первую ночь, как только Игорь уснул. Мой мертвяк сказал, что рискнуть стоит. Другого способа перевезти живую женщину через Пустошь, скорее всего, не существует. Мы рискнули, и это сработало! Радость победы мне отравляла лишь мысль о прощании. Сын Пустоши не заслужил такой жестокой пощечины, типа, спасибо чувак, что подвез, а теперь пока. Он все выразительнее надеялся, что сказка продлится вечно. Я не представляла, что буду делать, когда мы достигнем границы Пустоши, и меня это просто убивало. Даже во время самого пылкого секса мне все чаще становилось не по себе.

Но, как это и должно случаться в историях о любви, спасение пришло само. Это случилось в двух часах езды от конечной точки нашего пути. К тому моменту я вся извелась, и зависла на грани немой истерики. Спасение выглядело, как одетая в лохмотья старуха с рогатым шлемом на голове. Она шла навстречу трейлеру, и не думая уступать дорогу. Мортал засигналил, Игорь высунулся в окно.

— Тормози, Миха! — закричал он, вламываясь в кабину. — Ты что ослеп? Это же Гадалка!

Трейлер тормознул, подняв тучу пыли. Я догадалась прикусить язычок, и не задавать идиотских вопросов. Сомнений не было: кто такая Гадалка, должны знать все нормальные мертвецы. Загвоздка лишь в том, что я-то была еще жива!

— Пойдем же, пойдем! — Игорь схватил мои руки, прижал к груди. Он был взволнован сильнее, чем когда впервые обольщал меня. — Пойдем, моя хорошая! Это знак! Гадалка!!! Встреча с ней выпадает немногим, избранным! Как я хочу, чтобы Гадалка сказала, что ты моя судьба! Только бы, только бы, только бы!

До меня сразу дошло, что подвергать сомнению авторитет рогатой старухи нельзя ни в коем случае. Чтобы понять это, достаточно было взглянуть в сияющее лицо Сына. Нами и вправду управлял Рок. Я доверилась неумолимому потоку судьбы. Послушно выскочила из машины вместе с Сыном. Творилось непонятное, и я решила действовать как танкистка, просто выполнять приказ командира: «Делай как я!». Командиром пришлось временно назначить Сына, он — то знал, что за чудо мы встретили, а я — нет!

Сын Пустоши упал на колени, я бухнулась рядом. Старуха подошла вплотную, и разглядывала наши склоненные головы. Положила корявую сухую ладонь мне на макушку, поелозила пальцами в волосах, будто ловила жучка.

— Надо же… А я сперва глазам своим не поверила. Смотри ты, какие чудеса в Некроэтели завелись…

Боковым зрением я увидела, как бьется жилка на шее у Игоря. Я знала эту жилку как родную — она проявлялась только за пару секунд до бурного оргазма. Ничего себе колбасит моего аманта! Он сейчас или лопнет, или что-то отчебучит! Он не может больше покорно стоять, согнувшись буквой «зю»!

Игорь всего лишь поднял голову, но старуха и это робкое движение восприняла как бунт.

— А ты быстрый… — ее голос дребезжал укоризненено, но Сын не уловил, что что-то пошло не так. Он пожирал глазами сморщенное, как компотная груша, лицо Гадалки. Я проследила за его взглядом, и едва не опрокинулась на спину. Как я не заметила ее глаз! В них можно было утопить и Сына, и меня, и Мортала и наш, насквозь пропахший любовью, трейлер.

— Нетерпеливый, горячий, любящий. — продолжала старуха. Ее невероятные глаза горели зеленым звериным огнем, и он неудержимо разгорался. — Как раз такой ей и нужен!!! Как раз такого она ждала долгие годы! Погоди-ка, погоди — ка… Тринадцать лет. Ни о чем тебе это число не напоминает, пламенный любовник?

На Сына Пустоши было жутко смотреть. Его лицо менялось так быстро, что это походило на предсмертные корчи, или на гримасы пленника под пыткой. Пока Гадалка вещала о любви, Игорь светился ярче встающего над морем солнца, но стоило всплыть теме тринадцати лет, как радость погасла. Боль исказила черты Сына, он стал неузнаваем.

— О Всезнающая…. Я догадываюсь, что мне нет прощения, но может быть, чудо? Я был молод, в голове один ветер. Я не могу вернуть ушедшую в другой мир. Она умерла…

— Ого! — подумала я. — Иллюзорность бытия, восьмидесятый уровень! — Мертвец думает, что некая «она», которая так же мертва, как и он сам, умерла. Собачий бред. Надо побыстрее выбираться из Некроэтеля, а то мозги в узелок завяжутся.

— Поэтому я и ищу любовь! — продолжал горько каяться мой супермен. Его рука так стиснула мою, что я шипела как кошка, но сдерживалась, уж больно драматический был момент — Я верю, что новая любовь искупит прошлую жестокость. Как я буду любить мою женщину! Я знаю, что это дерзость, о Всезнающая, но иногда мне кажется, будто я догадался, в чем состоит моя Миссия.

— И в чем? — участливо спросила старуха.

— Любить! Вот женщина! — Игорь поднял мою руку. — Я чувствую, что если я отдам ей любовь я выполню… я выполню… все исправится…

— Обязательно исправится, раз уж ты меня встретил. — Гадалка неожиданно ловко для ее возраста села прямо в дорожную пыль, удобно вытянула ноги и усмехнулась.

— Ты почти угадал. Но все будет иначе. Да, твоя Миссия — любить, и так обретешь все возможное и невозможное. Осталось уточнить главное, и можешь считать, что слышал Пророчество про Миссию.

— Благодарю тебя, благодарю, не знаю, как выразить мое счастье! Спасибо, о Всезнающая, что избрала меня! — Сын Пустыни упал лицом в пыль. — Скорее, говори скорее, или мое сердце остановится! Скажи мне о..

— Лида жива. Вот адрес. — она достала из лохмотьев листок бумаги и небрежно сунула за ворот Сыну — Теперь ясно? Прощайся. Или…. да нет, мне показалось… Или тебе уже не нужна Миссия?

Сын Пустыни распрямился, постоял на коленях. Его лицо превратилось в пыльную маску, взгляд остановился.