Чтение онлайн

???

Раннее утро встретило О'Коннела не самым приятным образом: он абсолютно не выспался и кое-как проснулся от рассветных лучей солнца, да и настроения у него не было от слова совсем. К тому же и Дилан ушёл на самую раннюю мессу, оставив Киллиана в одиночестве. Будто бы назло, на улице было ни облачка, громкий колокольный звон доносился до его окон, заставляя его просыпаться всё больше и больше и пытаясь разрушить дурное настроение.

Он поступил предусмотрительно, собрав вещи ещё вечером, поэтому сегодня мог не спешить. Киллиан уделил себе чуть больше времени, чем пять жалких минут, которые выделяли ему во время обучения. Взяв кувшин с водой, О'Коннел умылся, стирая с лица остатки ночного сна.

– Эй, солнце светит, птички поют, дети играют, и ты ещё не сдох. Радуйся! Ты едешь убивать других людей по чужой прихоти, – подбадривал себя Киллиан, одеваясь в мирскую одежду. – Но не всё так плохо. Ты умён, харизматичен и сексуален!

Итак, когда всё было готово, О'Коннел быстро поправил причёску у зеркала, застегнул пуговицы на белой рубашке до самого горла, подтяжки на брюках, разгладил жилет из приятной тёмно-зелёной ткани, накинул чёрный сюртук и, взяв чемоданы в руки, пошёл навстречу будущему. Но не факт, что светлому. Он должен доказать всем, что выдержит это испытание, утрёт всем сопливые носы и добьётся справедливости!

Киллиан с важным видом, гордо вздёрнув голову, быстро сбежал по деревянным ступеням белокаменной бурсы и на секунду обомлел: уж слишком хороший дилижанс заказала ему семинария. Что ж, это же такой праздник – отправить подальше семинариста-бунтаря!

Он некоторое время колебался и поклонился, а затем перекрестился, глядя на храм со шпилями, большим крестом, статуями и красивыми колоколами.

Кучер, мужчина средних лет с длинной бородой, услужливо открыл чёрную дверцу, и О'Коннел нырнул в карету. Она была довольно просторной, с потёртой старой обивкой на сиденьях и множеством подушек. Это казалось раем для Киллиана, прожившего четыре года почти что в условиях выживания. Он тотчас развалился на сиденье, снимая сюртук и спрашивая у кучера через окошко:

– Господин, скажите, сколько нам ехать-то до Маунтин-Вилля? – щурился Киллиан, закрываясь руками от солнца. – Насколько я слышал, туда путь далёк.

– Так это, к послезавтрему дню приедем, если не будем останавливаться, – сказал кучер, отчего дрожь пронесла по коже О’Коннела.

О боже! Ещё и двое суток трястись по кочкам в этой карете… Что может быть хуже? Он тяжело вздохнул и поёжился. В конце концов, нужно везде искать плюсы – он сможет нормально выспаться, зарисовать пейзажи, почитать что-то или просто отдохнуть.

– Может, знаете что-нибудь об этом странном городе? – поинтересовался Киллиан, рассматривая себя в отражении стекла и гладя рукой бритую щёку, а затем приглаживая буйный чёрный вихрь на голове. – Туда же дорога через леса пролегает, верно?

– О, голубчик, не только. Болота там везде! Эх, как бы не попасть в них, – весело проговорил кучер, как будто говорил о чём-то очень повседневном.

Лицо Киллиана вытянулось от изумления, и он не знал, чего пугаться больше: такой реакции или самой дороги. Вокруг него точно не крутятся тёмные силы? Нет! Только не болота! Эти жуткие огни, темнота… туманы! О'Коннел судорожно сглотнул. Ладно бы только атмосфера, которая по большей части его не волновала, а вот возможность улететь в кювет в темноте и увязнуть в трясине – очень сильно.

– Да ещё поговаривают, в лесах этих ведьмы водятся, – устрашающе замахал руками кучер и рассмеялся, отчего тот едва не подавился.

– О них наслышан, – без энтузиазма произнёс Киллиан и откинулся на подушку, держа непоколебимую маску спокойствия, которую успел выработать за столько лет учёбы в семинарии. Однако внутри всё сжалось от тревоги. Ведьм. Не. Существует. – Вроде как бороться с ними еду, – нервно усмехнулся он.

– Бравое дело. Так им и надо, дьявольским тварям! – Кучер закрыл маленькое окошко, отвернулся и ударил лошадей поводьями.

???

О'Коннел, как мог, поднимал себе настроение весь солнечный день и пытался отдохнуть, но пустой желудок не давал расслабиться, мучил и постоянно урчал. Чёрт! Как он жалел, что не позавтракал. Но, когда они уже выехали из города, у Киллиана всё же получилось не обращать внимания на волчий голод и уснуть, подпрыгивая на ухабистой дороге. За весь день они останавливались несколько раз в других поселениях, чтобы поесть самим и накормить лошадей.

Днём им повстречались две телеги, гружённые строительным лесом, а в самом начале пути, когда они проезжали мимо деревушки, навстречу выехали трое крестьян на мулах. Ближе к вечеру они сменили экипаж на почтовой станции. Сидя в строгой, чёрной карете, Киллиан ощущал себя не обычным семинаристом, а важным чиновником, который едет на переговоры.

Но после того, как О’Коннел совершенно выспался, понял, что заняться ему абсолютно нечем. Чтение молитв он сразу же отмёл и решил прочитать те самые книжки, которые дали ему друзья. И совсем не прогадал! Киллиан даже смог отвлечься от тревожных мыслей, что совсем скоро вот-вот стемнеет, а впереди покажутся болота.

А может, и правда помолиться Богу?..

Но Киллиан отогнал эту мысль. Он не чувствовал в себе веры, а если бы она и была, то молиться тут было просто нечему. Поэтому О’Коннел переключился на то, что очень любил с самого детства – рисование природных красот.

Так, расположившись на удобных подушках, он не заметил, как огненное солнце село за горизонт, и вокруг сгустилась тьма. Последние лучи скользнули по вершинам деревьев, а небо поглотила чернота. И вот сейчас-то Киллиан резко осознал, что никакие книги не утихомирят его тревогу. Однако он никогда не боялся темноты!

Извозчик незаметно зажёг керосиновый фонарь, находившийся рядом с козлами. Их карета, подпрыгивая на кочках, медленно спускалась в сумрачную низину. Киллиан внимательно вглядывался в происходящее за окном. Раскидистые ветви старых огромных и пугающих, где-то даже гнилых, деревьев переплетались как змеи. Иногда будто некая загадочная сила тянулась к нему сквозь прорехи, и они редели, а вместо них появлялись новые.

«Иллюзия», – подумал О’Коннел.

Он понял, что они въехали в природную зону Маунтин-Вилля, когда в воздухе появилась странная влажная тягучая смесь запахов гнили и плесени. Заболоченный лес всему виной.

В карете на порядок похолодало, и Киллиан закутался в сюртук, спрашивая в окошко у кучера:

– Долго нам ещё ехать? Мне… что-то не по себе здесь, – кивнул он в сторону жуткого леса и поёжился. – Кажется, там что-то есть…

– Терпите, – равнодушно ответил извозчик. – Не скоро приедем. Ещё же далеко, мил человек. Когда кажется, креститься нужно!

«Да, так и есть. Наверное, просто дикие животные. Ведь всегда хотелось оказаться им ужином», – с сарказмом мысленно прыснул О’Коннел.

Лошади сбавили ход, и дилижанс ловко вилял на кривой узкой дороге, грозившей вот-вот обвалиться. По обе стороны от неё тянулись топкие болотистые низины, откуда иногда появлялись пузырьки газа. Отовсюду слышались крики ночных птиц, и Киллиан на секунду показалось, что он услышал протяжный вой волков. Проклятие! Этого ещё не хватало! Он настороженно покосился на странный вороний череп, кем-то надетый на указатель.