Чтение онлайн

Вторую подлодку — U-503 капитан-лейтенанта Отто Герике, вышедшую в свой первый поход, утопил 15 марта со всем экипажем в 52 человека, сослуживец Тепуни, младший лейтенант Дональд Фрэнсис Мэсон, авиамеханик по специальности, ставший летчиком.

В ночь с 13 на 14 апреля 1942 года оператор радара старого «гладкопалубника» «Рупер» засек германскую субмарину в надводном положении близ маяка Уимбл Шоал, у мыса Гаттерас. Расстояние до «у-бота» было всего 2470 м. Командир эсминца лейтенант-коммандер Хау уклонился от выпущенной немцами торпеды и тут же контратаковал, осветил лодку прожектором и открыл по ней шквальный огонь с дистанции чуть больше 200 метров. Град снарядов и пуль смел с палубы немецких артиллеристов. Поврежденная субмарина погрузилась под воду, но была обнаружена с помощью гидролокатора, и на нее посыпались глубинные бомбы. Утром на поверхности моря американцы обнаружили 29 трупов. Победители выяснили, что уничтожили U-85 с экипажем 45 человек; командовал ею обер-лейтенант Эберхард Грегер. Затонувшая субмарина лежала на глубине всего 30 метров. Американцы попытались проникнуть в лодку, чтобы заполучить секретную документацию и шифромашинку «Энигма». Но покойная «немка» лежала на дне в таком неудобном положении, что все попытки водолазов оказались тщетными.

9 мая 1942 года подводную лодку U-352 капитан-лейтенанта Хельмута Ратке обнаружил в районе мыса Гаттерас американский корабль береговой охраны под командованием лейтенант-коммандера Мориса Джестера. Поврежденная глубинными бомбами «пиратка» всплыла, экипаж покинул ее, и лодка затонула. Из 47 членов команды спаслись 32 человека [49] .

«Успокоились» на морском дне также U-157 (52 погибших), U-153 (52 погибших). U-701 капитан-лейтенанта Хорста Дегена сначала везло. 19 июня 1942 года в районе мыса Гаттерас она вступила в артиллерийский бой с патрульным кораблем YP-389. В самый ответственный момент у американцев заклинило 76-мм пушку, и немцы расстреляли сторожевик. Но 7 июля везение закончилось, противолодочный самолет «Хадсон» младшего лейтенанта Гарри Кэна утопил ее глубинными бомбами. 18 подводников выбрались из тонущей субмарины, течением их отнесло на 65 миль в океан, и, когда немцев обнаружил патрульный дирижабль, сбросивший им надувную лодку и мешок с продовольствием, в живых остались 7 человек, включая командира. Вскоре «счастливчиков» подобрал гидросамолет береговой охраны США.

Однако немцы заплатили слишком малую цену за тот ущерб, который они нанесли союзникам. «Бойня, устроенная вдоль нашего Атлантического побережья германскими подводными лодками в 1942 году, являлась таким же национальным бедствием, как если бы диверсанты уничтожили полдесятка крупнейших заводов», — писал С. Морисон. Америку шокировало не только избиение торговых кораблей, но и жестокость немцев: страна содрогнулась от ужаса, узнав о том, как 24 июня, потопив в Карибском море шхуну «Резольют», немецкие подводники в упор расстреляли плававших в воде пассажиров — женщин и детей.

Особую озабоченность руководства ВМС союзников вызвало число танкеров, потопленных в американских водах: 129 за первые пять месяцев 1942 года. Британии грозил серьезный топливный кризис. Англичане во всем винили американцев. Начальник штаба армии США, генерал Джордж Маршалл, писал 19 июня адмиралу Кингу: «Потери, нанесенные нам вражескими подлодками на побережье Атлантики и в Карибском бассейне, отныне грозят нам поражением». Черчилль сказал примерно то же Рузвельту на конференции в Вашингтоне. Вызывало беспокойство и то, что, по данным британской военно-морской разведки, Германия вводила в строй от 15 до 25 новых подлодок в месяц, что означало — к концу года подводный флот немцев будет насчитывать около 400 субмарин. Разведка предупреждала о том, что немцы скоро активизируют действия и против конвоев в Северной Атлантике. Направить же конвои в обход «волчьих стай» будет трудно, а без получения секретной информации, благодаря новому немецкому коду «Тритон», практически невозможно.

Подтверждением этого стали события, связанные с проводкой через Атлантику конвоя ONC-92. 11 мая 1942 году его обнаружила и атаковала «волчья стая»: семь судов пошли на дно. Английское военно-морское командование в пух и прах раскритиковало действия американо-канадского эскорта. Однако успех немцев во многом объяснялся утечкой информации из британского Адмиралтейства. Германской военно-морской разведке, дешифровальной службе «В-динст» удалось проникнуть в коды англичан. И к маю 1942 года штаб Кригсмарине имел исчерпывающие данные о маршрутах и датах отправления североатлантических конвоев. Уже после войны руководство британских спецслужб в совершенно секретном докладе отметило, что данная утечка «не только стоила нам больших потерь, но из-за нее мы едва не проиграли войну».

Дёниц посетил Гитлера в его резиденции «Вольфшанце» 14 мая 1942 года. Находясь под впечатлением успехов своих подводников у берегов Америки, нападения на конвой ONC-92, численного роста подводного флота и твердо полагаясь на данные службы радиоперехвата, он представил фюреру перспективы как «многообещающие».

Гитлер близко к сердцу принял то, что говорил ему Дёниц. Он был столь впечатлен успехами подводного флота, что даже стал предсказывать, что «подводная лодка сможет в конце концов решить исход войны».

К лету 1942 года союзники смогли сосредоточить для борьбы с подводными лодками значительные силы: свыше 300 противолодочных кораблей специальной постройки, более 600 самолетов береговой авиации, наконец, к ПЛО, кроме решения других задач, могли привлекаться 400 американских и английских эсминцев. На осень планировался массовый ввод в строй эскортных авианосцев.

И тем не менее Дёниц считал, что именно летом 1942 года он будет в состоянии нанести решающий удар по союзникам в Атлантике.

На чем строился столь оптимистический прогноз? На совещании в ставке Гитлера 14 мая 1942 года командующий подводным флотом докладывал: «В 1942 году общий тоннаж, который может построить противник, составляет около 8 миллионов 200 тысяч тонн… Это означает, что мы должны будем ежемесячно топить примерно 700 тысяч тонн, чтобы компенсировать новое строительство… Мы уже топим ежемесячно указанные 700 тысяч тонн… „мы“ — означает Германия, Италия и Япония…»

Дёниц продолжал сетовать на медленный рост своего флота: «В течение первых трех месяцев 1942 года вместо ожидавшихся 20 подводных лодок в строй вступало ежемесячно в среднем по 13, а с апреля всего лишь по 10 лодок». Всего же в первой половине года «фюрер подводных лодок» получил 69 субмарин, потеряв за этот период 12 «у-ботов». К 1 июля 1942 года в Атлантике действовала 101 лодка. Из них около 60 находились в море (около 20 — в районе боевых действий и 40 — по пути туда и обратно), а около 40 — на ремонте.

Дёниц по-прежнему считал, что исход войны может быть решен лишь в Северной Атлантике, где проходили наиболее оживленные конвойные пути, но предлагал послать лодки и в другие районы. Туда, где они могут ожидать наименьшее сопротивление: в прибрежные воды Южной Америки, Западной и Южной Африки.

Поиск целей стал проще благодаря потоку качественной развединформации. А после потрясающего успеха в американских водах уверенность экипажей «у-ботов» в своих силах была как никогда высока.

То, что новая кампания обещает стать тяжелее и ожесточенней, стало ясно с самого начала. В июне для атаки конвоя, направлявшегося в Англию из Гибралтара, была создана группа подводных лодок «Эндрасс». Именно на этих путях несколько месяцев назад в боях с конвоем HG-76 погибли пять германских субмарин, в том числе и U-567 Энгельберта Эндрасса, кавалера Рыцарского креста с Дубовыми листьями. Настало время свести старые счеты, среди девяти подлодок группы была U-522 «Красного дьявола», друга Эндрасса, Эриха Топпа. Целью стал конвой HG-84: 23 транспорта под охраной четырех кораблей эскортной группы кэптена Уокера (по другим данным, 21 судно, 5–6 кораблей сопровождения). Он миновал Гибралтар 22 июля 1942 года. То, что эскортом командует Джон Уокер, потопивший лодку Эндрасса, придало сражению еще большую эмоциональную остроту и ожесточенность.

Первым вышел на конвой Топп: сначала он обнаружил английский корвет, а затем и дымы судов конвоя. Передав координаты противника, U-522 бросилась в погоню. Стали подходить и другие «волки» стаи. «Красный дьявол» решил атаковать ночью: «Июньские дни длинные, и о какой-либо атаке по наступлению полуночи просто не могло быть и речи. Дело в том, что кильватерные следы, оставляемые как кораблями, так и подлодками, сверкают серебристо-золотым светом. Это явление называется морским свечением». Необходимо было выждать, когда ночная тьма скроет кильватерные следы, демаскирующие подводные лодки, идущие в надводном положении.

Выбрав цели покрупнее, Топп атаковал: «Я выпустил четыре торпеды из носовых аппаратов, развернулся и выпустил еще одну из кормового, но почти сразу же, когда они еще не успели достичь цели, меня засек вражеский корвет. Он бросился за мной в погоню на очень большой скорости; с каждой секундой он неумолимо приближался, и я уже без труда мог разглядеть его мостик. Море было неспокойным, через рубку перехлестывали волны. Я отдал приказ приготовиться к срочному погружению. Ожидал интенсивной бомбежки, но когда корвет уже находился в полумиле от нас, он внезапно развернулся и сбросил свой смертоносный груз. Мы ушли».