Величие и гибель аль-Андалус. Свободные рассуждения дилетанта, украшенные иллюстрациями, выполненными ИИ
Шрифт:
«Затем Абд ар-Рахман, видя многочисленность своих войск, заполонивших всю землю, двинул их через горы басков по извилистым тропам 23 , чтобы, перейдя равнины и орудуя мечом, вторгнуться в земли франков. Он прорвался далеко на территорию франков и, перейдя реку Гаронну, вступил в битву с поджидавшим его там Одоном 24 , и войско последнего было разбито. Только Богу известно, сколько народу погибло или спасалось бегством.
23
Это было то самое Ронсевальское ущелье, где в 778 году погиб Роланд, когда Карл Великий возвращался из похода в Испанию
24
Эд Великий (Одо, Одон), (650/660–735) герцог Аквитании и Васконии. Мне он кажется колоритнейшей фигурой, одним из первых использовавшим «real politics», примерами которой пестрит дальнейшая история аль-Андалус. Воспользовавшись междоусобицами во Франкском королевстве Эд объявил себя независимым правителем, приняв титул «принцепс Аквитании». Хотя он со своими союзниками и потерпел поражение в борьбе против майордома Австразии Карла Мартела, ему удалось спастись, прихватив с собой законного короля Хильперика и его казну. Майордому для легитимизации своей власти необходим был законный король из рода Меровингов, т. е. пленённый Хильперик. Карл был вынужден вести переговоры, в результате которых Эд вернул Карлу короля вместе с захваченными королевскими богатствами, а Карл признал герцога Эда независимым правителем Аквитании. Однако у Эда возникла новая угроза – арабы, которые вторглись в его владения и даже осадили Тулузу. 9 июня 721 года он разбил противника, кроме того он еще несколько раз нанес поражение арабов, эти победы укрепили независимость Эда и на время остановила движение арабов на север. Теперь главную опасность для него представлял Карлом Мартел, который хотел вернуть отпавшие от королевства франков владения, и Эд сумел договориться с Мунузой, наместником вали Кордовы в этих землях, называемых арабами «восточным пограничьем». Для укрепления союза он даже выдал за этого бербера свою дочь Лампагию. Боясь наскучить читателю, я не буду пересказывать очередную любовную легенду, но желающие могут прочитать историческую поэму Владимира Резцова «Лампагия и Мунуза»или послушать песню Эдмундо Кассиса «Свадьба Лампагии и Мунузы»И вот тут Эд сильно просчитался. Карл обвинил Эда в измене, заявив, что тот является «союзником неверных», и под этим предлогом совершил два грабительских похода в Аквитанию. А тем временем Мунуза, недовольный тем, что на место вали Аль-Андалуса в 730 году был назначен Абд ар-Рахман ибн Абдаллах, а не он сам, открыто не подчинился новому вали. Абд ар-Рахман не стал медлить, Мунуза был застигнут врасплох и оказался не готов к отражению нападения, а Эд, занятый борьбой с Карлом Мартелом, не смог прийти на помощь союзнику. В итоге Мунуза был убит, а Лампагия была захвачена в плен и отправлена Абд ар-Рахманом в качестве подарка в Дамаск халифу, взявшему Лампагию в свой гарем. Абд ар-Рахман продолжил поход, разгромил армию Эда, и тому не оставалось ничего другого, как просить помощь у майордома Австразии. Ну а дальше все как в Мозарабской хронике.
Преследуя спасавшегося бегством Одона, Абд ар-Рахман решил разорить Тур, разрушив его дворцы и спалив церкви. Здесь он столкнулся с консулом Австразии, внутренней Франции, Карлом 25 , мужем, воинственно настроенным с юного возраста и искусным в военном деле, пришедшим по зову Одона. После того, как каждая из сторон в течение почти семи дней изнуряла противника стычками, они наконец выстроили боевые порядки и завязалось жестокое сражение. Северяне встали недвижимой стеной, так что их плотные ряды, казалось, обледенели, и в мгновение ока они разметали арабов мечами.
25
Карл Мартелл (686 или 688–741) – майордом Франкского государства в 717–741 годах из рода Пипинидов. Свое прозвище "Мартелл" военный вождь франков Карл Пипин получил после одержанной им победы при Пуатье. Мартелл – это молот, который беспощадно разит врага.
Воины Австразии, многочисленные и облаченные в железо, найдя царя Абд ар-Рахмана, убили его ударом в грудь. Ночью они вложили мечи в ножны, отложив схватку на следующий день, а на заре увидели лагерь бесчисленной арабской армии и стали готовиться к битве. Вынув мечи из ножен, европейцы 26 видели ровные ряды палаток и навесов арабов такими же, как днем ранее. Не ведая, что палатки пусты, и думая, что там находятся готовые к бою фаланги сарацин, они послали разведчиков и только тут обнаружили, что все отряды Исмаилитов ушли: они тесными рядами тихо бежали посреди ночи в свою страну.
26
Это не ошибка переводчика, но одно из первых известных употреблений такого привычного нам теперь слова
Воины Австразии действовали медленно и тщательно обыскивали всё вокруг, но ничего не нашли. Решив не преследовать сарацин, они честно поделили трофеи между собой и, похоронив своих убитых, отправились на родину».
Сразу после утренней молитвы конница Абд ар-Рахмана устремилась в атаку на войска Карла Мартелла
Само сражение при Пуатье военные теоретики пытались проанализировать и даже промоделировать до малейших деталей. Как насмешливо пишут Девиосс и Руа в своей монографии, один генерал заставлял войска Абд ар-Рахман и Карла Мартелла перестраиваться как на больших тактических учениях, хотя это и напоминало забавы с оловянными солдатиками.
Все же до сих пор ученые не могут прийти к единому мнению, какой фактор оказался решающим в обеспечении победы. По одной версии, Карл, выбрав правильный момент, когда лёгкая арабская конница была уже измучена неудачными попытками прорвать франкскую пехоту, двинул в атаку тяжеловооруженную рыцарскую конницу, разметавшую боевой порядок арабов.
По другой же версии Карл или даже хитроумный Эд направили легкую конницу, находившуюся в резерве, в обход сражающихся противников по направлению к лагерю арабов. Как только об этом стало известно, часть мусульманских воинов бросилась спасать свои трофеи, которых к тому времени было награблено немало. Заметив беспорядок в рядах противника, франкская пехота сама перешла в наступление и нанесла контрудар. Арабский полководец пытался остановить своих воинов, но был убит, и, как это уже не раз бывало в подобных ситуациях, непобедимое войско правоверных сразу же обратилось в бегство.
Карл Мартелл умело расположил свои войска на скалистом холме, и его пехота успешно отбивала все атаки арабской конницы
Пуатье обозначило ту крайнюю северо-западную точку, до которой смогло продвинуться мусульманское государство, образованное всего лишь сто лет назад обитателями пустынь Аравии. Теперь же оно было более могущественным, нежели Римская империя в 100 г., когда она достигла наибольшего размаха при императоре Траяне. Но после этой кульминационной точки государство Омейядов начало приходить в упадок, раздираемое внутренними противоречиями, социальными и экономическими проблемами.
Однако после этого серьезного поражения мусульмане не свернули полностью свои экспедиции во Францию, а продолжали их еще в течение двух десятилетий (напр., Авиньон – в 734, Лион – в 743). Они утратили Нарбонн, последнюю удерживаемую ими стратегическую базу, в 759 г.
Неизвестно какое влияние на ход битвы оказало то, что непосредственно перед ее началом в лагерь христиан, как описывает «Житие Григория I», были доставлены три корзины евлогий 27 , посланных папой Григорием в знак благословения воинов. Все же, в отличие от битвы при Ковадонге для этого сражения летописцы не упоминают о влиянии потусторонних сил!
27
Евлогия, в христианской традиции наименование хлеба, воды и елея, получивших благословение.
06 Создание государства
После поражения при Пуатье мусульмане совершили еще несколько экспедиций за Пиренеи, но постепенно становилось ясным, что им там удержаться. И дело было не в том, что им не хватало воинских сил, как раз наоборот, в аль-Андалус все время прибывали новые и новые контингенты правоверных воинов, но это лишь приводило к нарастанию вооруженных столкновений в самой аль-Андалус.
Так как эта междоусобная борьба продолжалась буквально до самого конца присутствия мусульман в Испании, и, в конце концов, даже стала одной из причин краха их владычества, то я попрошу читателя набраться терпения и попытаюсь как можно короче, но все же проанализировать эту тему.
Учение, которое проповедовал пророк Мухаммад, было строго эгалитарным и надэтническим, что во многом и обеспечило ему успех. Однако очень скоро оказалось, как писал Оруэлл, что «все животные равны, но некоторые животные равны более, чем другие». В аль-Андалус «аль-умма» т. е. исламское сообщество оказалось особенно раздробленным 28 . Напряженность возникла с самого начала, и трения между арабом Мусой и бербером Тариком лишь предвещали более поздние крупные конфликты 29 . Первым источником разногласий стало то, что берберы, составлявшие основную силу завоевания и на деле доказавшие свою верность исламу, получили от этого меньшую прибыль, чем арабы. В частности при распределении земель арабы занимали лучшие земли; берберы были ограничены горными районами Галисии, Леона, Астурии и засушливыми районами Эстремадуры и Ла-Манчи. Позднее это четко проявлялось и в неравноправном налогообложении тех и других. В результате напряженность переросла в открытое восстание, начавшееся в Танжере в 740 году и вскоре распространившемуся по остальной части Магриба и через пролив в аль-Андалус.
28
Подробно это рассмотрено в Cultural symbiosis in Al-Andalus: a metaphor for peace. UNESCO Regional Office for Education in the Arab States Beirut – Lebanon 2004 https://unesdoc.unesco.org/ark:/48223/pf0000136708
29
О нестабильности положения в провинции лучше всего говорит то, что, как утверждает аль-Маккари в течение сорока шести лет, двух месяцев и шести дней считая от дня, когда Родерик, король готов, был побежден и убит, до того, когда правитель Юсуф аль-Фихри потерпел поражение от Абд-р-Рахмана, провинцией правили 22 губернатора (вали), т.е. их время пребывания на этом посту в среднем не превышало двух лет.
К этническому конфликту между берберами и арабами добавилась сложность внутреннего разделения каждой стороны. Как у арабов так и у берберов их племенные, клановые и семейные споры и соперничество также были перенесены в аль-Андалус. Особенно жестким оказалось древнее, еще доисламское соперничество между северными арабскими племенами (обычно называемыми сирийцами) и южными арабскими племенами (йеменцами)).
Более привилегированное занимали и семьи тех, кто участвовал в покорении королевства вестготов. Первая группа, поселившаяся сразу после завоевания состояла в основном из йеменцев, которых называли аль-баладийун. Вторая волна миграции формировалась в основном из сирийцев. Она появилась на полуострове, когда вали аль-Андалуса Катан для подавления берберского восстания вынужден был пригласить посланную ранее халифом в Магриб армию из джундов 30 (полков) из Дамаска, Иордании и Палестины. Переправившись через Гибралтарский пролив в начале 742 года, сирийцы помогли разгромить берберских повстанцев, но затем подняли оружие против пригласившего их губернатора, убили его и захватили власть. Интересно, что в это время, вестготы и прочие христиане, составлявшие в то время еще большинство населения, в этих распрях не участвовали. Наоборот. внук Витизы помогал расселять джунды. Но пройдет чуть больше столетия и муваллады, так будут называться коренное население аль-Андалус, принявшее ислам, примут самое активное участие в политической борьбе мусульманского государства. Но вернемся к событиям середины VIII века.
30
При ранних халифатах джундом называлась военная единица, которая стала применяться к арабским военным колониям на завоеванных землях. В аль-Андалус эти военно-племенные группы были расселены в различных районах страны. Они не получали содержания от правителя, но собирали с христиан налог, одну треть которого оставляли себе.
В конце концов между различными арабскими фракциями в условиях общей нестабильности после берберского восстания в аль-Андалусе была заключена договоренность о периодической смене власти. В 747 году вали стал Юсуф ибн Абд аль-Рахман аль-Фихри, ставленник старых арабских поселенцев, т. е. в основном йеменитов. Однако, подобно многим современным президентам, приходивших к власти вполне демократическим путем, аль-Фихри, завершив свой срок, отказался передать бразды правления и беспрепятственно правил в течение следующих девяти лет. Возможно, что уже ему даже удалось бы создать стабильную ситуацию в аль-Андалус, но ему помешали события на другом конце арабского халифата. Там уже десятилетия до того происходили восстания то хариджитов, то шиитов, которые по разным поводам ненавидели халифов в Дамаске. Когда бывший раб по имени Абу Муслим поднял армию в Хорасане и спровоцировал восстание в 747 году, он нашел общий язык с семьей, происходившей от дяди Пророка, Аббаса ибн аль-Мутталиба и стремившейся свергнуть Омейядов. Семья Аббассидов справедливо утверждала, что имеет более тесные связи с Мухаммедом, чем Омейяды. Восстание набирало силу, и в октябре 749 года Абдаллах ибн Мухаммад ас-Саффах, самая важная фигура семьи, был провозглашен халифом.