Чтение онлайн

Ожидалось, что правители ответственны за поведение своих подданных за пределами территории страны, и известны случаи жалоб одного царя другому на криминальные деяния его подданных. Ясмах-Адад из Мари пожаловался Аплаханде из Каркемиша на то, что подданные последнего похитили молодую даму во время набега через границу. Аплаханда попросил изложить ему подробности, включая имя дамы и человека, который якобы ее удерживает. В следующем письме Аплаханда, поиски которого, судя по всему, ни к чему не привели, предложил супругу похищенной дамы прибыть в Каркемиш и самому предпринять попытку поиска.

Во второй половине 2-го тысячелетия до н. э. в Сирии отношения между сюзеренами и вассалами были очень похожи на существовавшие в Месопотамии несколькими веками ранее. Далее приводятся цитаты из документов, найденных в Рас-Шамре (древний Угарит) в Сирии. В соответствии с традицией главному сюзерену – царю Хатти (страна хеттов) обычно давали титул «Солнце». В первом документе хеттский царь, великий Суппилулиума, требует от царя Угарита Никмадду продолжать традиционные отношения с Хатти, несмотря на беспокоящее влияние и угрозы агрессоров: Так говорит Солнце, великий царь, говорит Никмадду: «Поскольку земли Нухашше и Мукиш в состоянии войны со мной, ты, Никмадду, можешь их не бояться... Так же как и раньше твои предки были дружественны хеттам, а не враждебны, ты можешь, Никмадду, быть враждебным к моим врагам и дружествен к моим друзьям. Если ты, Никмадду, прислушаешься к этим словам великого царя, твоего повелителя, и сделаешь все так, как он сказал, тогда ты, о царь, увидишь милость, которую дарует тебе великий царь, твой господин. (Что касается) Нухашше и Мукиша, которые отвергли узы дружбы с хеттами и теперь враждебны великому царю, их господину, великий царь призовет их к порядку... И даже если все эти цари отправят своих солдат для агрессии против твоей страны, ты, Никмадду, не должен их бояться, и отправь своего гонца, и пусть он немедленно прибудет ко мне...»

События развивались именно так, как предвидел Суппилулиума. Об этом мы знаем из указа Суппилулиумы, касающегося ситуации, когда цари Нухашше и Мукиша выступили против Угарита. Они «взяли добычу у Никмадду, царя Угарита, и опустошили Угарит».

Никмадду сохранил преданность своему сюзерену и, как ему было сказано, сразу же попросил помощи. Во всяком случае, так следует из документа.

Никмадду, царь Угарита, обратился к Суппилулиуме; он отправил сообщение великому царю: «Пусть Солнце, великий царь, мой повелитель, спасет меня от рук врагов моих. Я – слуга Солнца, великого царя, моего повелителя; я враждебен к врагам моего господина, и я дружелюбен к друзьям моего господина. Эти цари угнетают меня». Великий царь прислушался к словам Никмадду, и великий царь послал сыновей царя и офицеров с войсками и колесницами в Угарит, и они изгнали вражеские войска оттуда силой, и всю добычу, которую враги захватили, они отдали, как подарок, Никмадду.

Далее в документе оговариваются границы Угарита.

Сюзерен был не только мстителем за любого вассала, подвергшегося атаке. Он также мог быть судьей в случае разногласий между вассалами. (То же самое было в Шумере.) Так, в следующем случае Мурсили II (царь хеттов в 1334 – 1306 до н. э.) урегулировал пограничный спор между соседними государствами, которые, после периода дружественных отношений, начали расходиться по разным политическим блокам.

Так говорит Мурсили, великий царь, повелитель хеттов, сын Суппилулиумы, великий царь, герой: «Прежде царь Угарита и царь Сина были в союзе. Прошли годы, и Абди-Анати, царь Сина, отдалился от Никмепы, царя Угарита, и обратил свой взор на царя Каркемиша. Теперь Абди-Анати, царь Сина, в деле об этих городах [то есть о городах, перечисленных в документе] призвал к ответу Никмепу, царя Угарита, чтобы их рассудил великий царь хеттов...»

Великий царь сказал, какие города принадлежат Никмепе, а какие – Абди-Анати: Никмепа оказался в выигрыше. Параллельный документ, касающийся того же предмета спора, упоминает, что были поставлены пограничные камни, чтобы установить границу между двумя государствами. Кроме того, «в будущем царь Сина, его сыновья и внуки не должны возвращаться к спору с царем Угарита, его сыновьями или внуками относительно установленных границ».

Последняя предосторожность была очень мудрой, поскольку мелкие пограничные инциденты обычно приводили к спорам, которые быстро разрастались (при этом о том, с чего все началось, уже никто не помнил). Об этом говорится в следующем документе: «Царю Угарита говорю, так говорит Итур-Лим, царь [название места утрачено]. Привет тебе!.. (Твои люди) нарушили мои границы... Почему ты вторгаешься на мою территорию? Если твои слуги, выращивая зерно, поступали как хотели [иными словами, действовали без твоего указания], почему ты не сказал им: «Почему вы это сделали? Вы станете причиной разногласий между нами»... Если вы делаете что-то, мы тоже будем это делать; ...да будет это известно».

Соглашения и указы, дошедшие до нас из XIV в. до н. э., в основном заключались между сюзеренами и вассалами. Также есть примеры соглашений между равными партнерами, как, например, следующее: «С сегодняшнего дня Никмадду, царь Угарита, и Азиру, царь Амурру, заключили это соглашение между собой. Претензии Азиру против Угарита, которые существовали раньше... в день, когда заключено соглашение, ликвидируются. <…> Следующий пункт: 5000 (единиц) серебра передаются в руки Азиру...

Следующий пункт: если будет царь, который предпримет враждебные действия против царя Угарита, Азиру возьмет свои колесницы и войска и будет сражаться с моими [то есть Никмадду] врагами. Если войска враждебного мне царя вторгнутся на мою землю, Азиру возьмет свои колесницы и войска и будет сражаться с моими врагами...»

Международные соглашения также заключались для выдачи преступников и политических беженцев. Так, в соглашении, написанном на аккадском языке, между царем хеттов Хаттусили III (1275 – 1250 до н. э.) и египетским фараоном Рамсесом II мы читаем: «Если человек, или два человека, или три человека убегут из страны хеттов и направятся к Рамсесу, возлюбленному сыну Амона, великому царю, царю Египта, моему брату, (тогда) Рамсес, возлюбленный сын Амона, великий царь, царь Египта, мой брат арестует их и отправит Хаттусили, своему брату... Если человек, или два человека, или три человека убегут из Египта и направятся к Хаттусили, великому царю, царю хеттов, тогда Хаттусили, великий царь, царь хеттов, арестует их и отправит Рамсесу, возлюбленному сыну Амона, великому царю, царю Египта...»

Аналогичным образом определялась ответственность на случай, если подданный одного правителя был ограблен или убит на территории другого правителя. В качестве примера можно привести следующий документ, датированный XIV в. до н. э.

Ини-Тешуб, царь Каркемиша, заключил этот договор с людьми Угарита. Если человек из Каркемиша убит в Угарите и если те, кто убил его, арестованы, они должны выплатить компенсацию за этого человека втрое, и они должны втрое возместить все то, что взяли у него. Но если те, кто убили его, неизвестны, жители Угарита должны заплатить компенсацию за жизнь этого человека втрое, и они должны возместить стоимость имущества, что взяли у него. Если человек из Угарита убит в Каркемише, компенсация та же.

Многие моменты, упомянутые в связи с международными отношениями, можно сравнить с аналогичными моментами из 1-го тысячелетия до н. э. и привести примеры договоров, подкрепленных клятвами и ратифицированных символическими актами. Так, например, договор между Матилем из Арпада и царем Ассирии (VIII в. до н. э.) гласит следующее:

«Если Матиль нарушит этот договор, тогда, как этот баран [тот, что был принесен в жертву] оторван от своего стада и не вернется к нему... так и Матиль со своими сыновьями, дочерьми и людьми будет оторван от своей земли и не вернется на нее.

Эта голова – не голова барана, а голова Матиля... Если Матиль нарушит этот договор, как моя рука сейчас раскалывает голову этого барана... так же она расколет голову Матиля...»

Заключительный пример международных переговоров, показывающий дипломатию в действии между царями, которые (в отличие от Матиля и ассирийского царя) были более или менее равны по статусу, нам дает письмо, датированное примерно 710 г. до н. э., в котором Саргон из Ассирии ссылается на инициативы Миты из Мушку (то есть Мидаса из Мешеха, страны, упоминаемой в Быт., 10: 2 и ряде других библейских текстов). Царь Саргон писал ассирийскому чиновнику высокого ранга, возможно собственному сыну и преемнику Сеннахерибу, который доложил, что Мита из Мушку, что в Малой Азии, ранее враждебный Ассирии или, по крайней мере, соблюдавший нейтралитет, теперь делает первые шаги к сближению. Ассирийский царь приветствовал такое развитие событий и дал конкретные инструкции, чтобы помочь установлению дружественных отношений. Ассирийский посол должен был быть аккредитован у Миты, и было дано согласие на прибытие к ассирийскому двору посла Мушку. В дополнение к этому ассирийское должностное лицо, которому было адресовано письмо Саргона, получило инструкции проинформировать Миту, что ассирийский царь «очень доволен» сложившейся ситуацией. Было одобрено предложение ассирийского чиновника договориться об обоюдной экстрадиции. Письмо дает еще одно доказательство утверждения, что ассирийский империализм обязан своим успехом не только военной мощи, но также развитой дипломатии и грамотному управлению.

Мы уже периодически упоминали о проблемах управления в 3-м и 2-м тысячелетиях до н. э. Это предмет, о котором вряд ли можно делать общие выводы, поскольку слишком велики различия между одним периодом и другим, и даже нередко в течение очень короткого времени. Мы постараемся дать краткое изложение основных черт каждого из главных периодов, подробнее обсудив административное развитие начиная со времени Новоассирийской империи. Последняя выбрана для особого рассмотрения частично из-за ее особой важности для последующего политического развития Ближнего Востока, а частично потому, что, принимая во внимание текущие антиимпериалистические тенденции, ассирийский империализм нередко изображается с искажениями.