Чтение онлайн

Берегите меня, други мои, дабы написал я «Великую княгиню» и завершил «Тайны» вам на радость, а мне в оправдание жизни моей. Обнимаю сердечно ЮС.

2 декабря 2014.

Каюсь, Алёша, третий день, кажись, не отвечаю тебе. Всё занят зело Княгиней, маленько отдохну и перечитываю не токмо что написано этими днями, но подчас уже отработанные главы, а то и с самого начала читаю. Не шибко давно держал в памяти от начала до конца написанное, прокручивал, слушал музыку прозы, где какая фальшивинка прозвучала, к тому и набегал, правил, добавлял, иногда всего лишь одно слово, а иногда и большие абзацы вписывал… Теперь всё иное, не вмещает башка всю книгу, по малым кусочкам звучит. Вот и приходится один за другим перечитывать.

Смотрю по ТВ и Россию, и Украину… И это тоже работа, и очень тяжкая. Порой это просто-напросто нечеловеческая пытка, а я сознательно подвергаю себя ей… И даже не по причине «хочу всё знать». Не точно я это выразил. А потому, что необходимо видеть и слышать живых людей в их необузданных страстях, в самоуверенности своей, в ничтожестве (увы, ничтожные правят в этом мире) и невежестве, а главное во ЗЛЕ, которое изливается почти всеми участниками этих безумных и бессмысленных ТОЛКОВИН. Несу я этот крест только потому, что Княгиня требует того…

Дуб вековечный мой в серебряном уборе за окном, и сад городской в подвенечном уборе… Красота! А на Руси венчались не в белом, но в алом… Белый – цвет умиротворения и покоя… Памяти… Есть у меня в сердце маленькая надежда, что зима всех умиротворит. Пиши, жду! ЮС.

24 декабря 2014.

…Декабрь размок. Снега нет. В моих дубовых деревах снова рыжая земля. Мокрые туманы, морось. Тепло. И слава богу! Иначе при веерных отключениях электричества и отопления будет холодать в квартире… Но в график отключений пока не могу втиснуть свой рабочий распорядок. Приходится пока перечитывать и перечитывать Княгиню, править… К окончательному завершению книги опять продвигаюсь медленно… И вдруг сломался я… Скорее всего во внезапной болезни виноват не токмо мокрый декабрь, но и я сам. Перетружил себя в своём стремлении завершить первую книгу, а ещё тем, что начал думать о второй… И не просто думать, но влезать в неё плотью. Книга должна быть сугубо Женской во плоти своей и весьма высокой по нравственной чистоте, по чувствам человеческим, по Любви той самой, которую догматическая церковь (не Вера!) издревле считала и считает грехом… Носитель и страж такой Любви Женщина… Княгиня! В первой книге родилась белая девочка, дитя человеческое, росток в грядущее, дочка… Во второй должна стать Дочью Человеческой, Хранительницей не токмо Руси. Писать книгу надо молодо, с молодой Любовью… «Чудо старому помолодети»… А как?! Вот в чём вопрос!.. ЮС.

20 марта 2015.

Дорогой мой Алёша! Каждый божий день «пишу» тебе письмо на скрижалях разума своего, а до нормального письма дело не доходит. Расшиваю я венец первой книги «Великой княгини», дюже кропотливо, сосредоточенно выбирая каждое словечко в строку, как бисеринку в рисунок княжеского убора. Ведь истинная изначальная национальная письменность всего человечества начиналась с «прописи» на одежде… Вот и рукодельничаю, выискивая «словесный бисер», и нанизываю его на «словесную нить» смыслов и образов. Начинать и длить книгу значительно проще, чем завершать…

Как только завершу первую книгу, вернусь к «Тайне». По «Слову» у меня накопилось многое, о чём необходимо написать. И кроме того, работа эта крайне нужна, дабы приступить ко второй книге. Сколько она будет длиться, не знаю. Как Бог даст, что относимо и к написанию второй книги.

Обнимаю тебя сердечно ЮС.

24 марта 2015.

…Не позволяю себе спешить с завершением «Княгини». Буквально зануздал себя, не разрешая в движении ни мети, ни голопа, ни скачки во весь опор. Сдерживаю душевную прыть, как сдерживал далёкий предок наш коня на крутом спуске. И Юрий Долгорукий всё ещё сдерживает вороного, спускаясь с киевских гор от села Берестова к Подолу…

Но так уже нестерпимо хочется вернуться к Тайне Слова. И не только потому, что открылось в нём многое, о чём хочется поделиться с читателями, которые пока ещё не вымерли, сколько для того, чтобы самому окунуться в тот удивительно ясный мне мир, в то время, когда созидалось на Руси «Слово о полку Игореве».

Обнимаю ЮС.

4 мая 2015.

…Теперь хочу объяснить мои задержки ответов на твои письма. В этом я был всегда аккуратен и радовался твоей аккуратности. До сих пор болею душой над несвоевременным откликом. Но тут есть одно НО! Я продолжаю (!) завершать первую книгу Княгини. По ощущениями, по созерцанию это может произойти вот-вот… Но «вот-вот» растянулось на месяцы. Дело в том, что я пишу сейчас так, как никогда не писал. Порой по две-три строки за день. Каждое слово ищу, как золотинку в песках. Во всех главах картины увиденного мною меняли одна другую, только записывай, как записывал музыку Свиридов, услышанную «в сферах». В заключительной главе всё не так, время замерло, прикрылось некой завесой, которую постоянно требуется не просто разглядеть, но войти туда самому… А там сплошные узлы, которые надо развязывать, чтобы проникнуть в Суть Времени. И такое письмо утомляет до истощения сил душевных. И посему не могу уже ничего написать иного за полный рабочий день. А он стал короток на труд и богат на «отдых». Позволил себе на эти майские дни тихонько, на цыпочках, покинуть Время завершения и ответить тебе. А завтра снова к Княгине! Может быть, завтра и завершу. А там с Олей махнём в Новгород-Северский! А ещё надо в Галичину Болеславы, без неё не может быть второй книги. А она, представь себе, рождается – написалось коротенькое начало!

И всё это, ты знаешь, не столько от меня зависит – от Оли! Она всё в моей жизни и прозе. И Белый Ангел надо мной простёр крыла! Во всю жизнь я не был так сохраняем в суетном этом мире и быте, как сейчас. Обнимаю ЮС.

25 июня 2015.

Дорогой мой и незабвенный друг! 23 июня я поставил в рукописи многоточие, сделал отступ и с лёгкостью душевной написал: КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ. Полных шесть лет отдано «Великой княгине». Я, кажись, уже писал тебе, что завершил Княгиню, так оно и было. Казалось (и в том был уверен), первая книга завершена. Не по единому разу и Олей, и мной прочитано 400 страниц, свели в одно её редакторское и моё авторское. Как яичко расписное готово к Светлому Воскресенью. Ан нет! Оказалось, что не хватает необходимой для завершения главы. И писал её с большой душевной радостью оттого, что сие обнаружилось. Выстукивал каждую буковку, слагал, разлагал, прослушивал, брал на зуб… Я отчётливо видел конечное, не объяснимое ни душой, ни сердцем человеческим безумное и бессмысленное и во многом мерзкое событие (летописное), совершившееся в Чернигове 855 лет тому назад. Сегодня бессмысленные и безумные события стали почти что нормой в житии человечества, которое перестало считать себя единой людской цивилизацией. Но тогда Мир был божественен и человечен, соблюдая и заповеди, и свычаи и обычаи, не позволяющие становиться нелюдями. Я писал «Княгиню», живя в том мире, а тут всей плотью ощущал почти непосильную для себя тяжесть замысленного, а фактически развязывал всего лишь один узел, даже некое «созвездие» мелких узлов. Когда-то был я страстным спиннингистом, исхлестал многие реки по всему свету. Но бывало на тех, тогда не шибко совершенных удилищах, при заброске образовывался на леске узел с бесконечными малыми узелками вокруг него. Это называлось – поймать бороду. И вот часами (!) (зубами и пальцами), исхитряясь зело, приходилось распутывать эту «бороду». Нечто подобное и происходило с написанием «Княгини». А особливо в конечной главке. Писал я её по три-четыре строки в день, вымучивая себя до изнеможения. К четырём строкам на следующий день прилагались три, а там пять, а то и семь (счастье!). Без этого не может состояться вторая книга. Вот так и пришёл к многоточию. Почему не к точке? А очень просто. Предполагал, закончив первую книгу, несколько отдохнуть, «порезвиться» малость над завершением «Тайны», махнуть через всю Украину в древний Галич с Олей, уже не токмо штурманом, а и водителем (она получила международные права), и ещё о многом отдохновенном мечталось… Не тут-то было! Не отпустила Княгиня, бродит во мне вторая книга, как старое доброе вино, а новые мехи только кроятся, и как сшивать их – пока неведомо, и на жилках-нитях одни только узелки, и малые и большие… Продвигаюсь тихонечко, возникают картины, смотрю их и запоминаю, точнее складываю не столько в память, сколько в душу… ЮС.

13 декабря 2015.

…Рождается первая во второй книге глава, а это всегда напряжение великое, каждое слово нянчишь, каждую «картинку»… Надо кликнуть так, чтобы позднее откликалось… Вроде бы вписался, и потекло всё не шибко, но справно… И вдруг нежданно-негаданно возникло новое начало. Его и пишу сейчас, уяснив совсем по-другому некое событие, известное из всех малых и больших учебников истории, ставшее «исторической догмой» и постулатом. Душа радостно потрясена неким промышлением, а выразить это в слове куда как сложно. Само по себе произошло, что книга вторая начинается с того же события, что и «Слово о полку». Сим и потрясён!

19 января 2016.

Дорогой мой, в немыслимости долгого «необщения» виноват я. Прости, Лёш! У меня наоборот – есть о чём писать, только этим своим боюсь беспокоить тебя и утяжелять нормальную твою жизнь. Понимаю, что жизнь моя не совсем обычна, живу образами, картинами давнего прошлого, Словом, Языком предков, а теперь и Буковицами… Вот, в стотысячный раз, читаю «Слово о полку», вглядываясь в каждый знак «ироической» песни, писанной старым русским языком в исходе двенадцатого столетия», в ер, еры, ерь и особенно в ять. – тайна этой буквы для меня всегда велика была. И вот вроде бы проник в эту тайну, в обязательной необходимости её в «Слове», но не до конца… Громадно её значение в древнем русском языке.

Кажись, не смогу я написать вторую книгу, не прочитав по буквам «Слово». Пока читаю, но и пишу помаленьку.... Обнимаю сердечно ЮС.

22 января 2016.

Лёш! Чтение по буквам принесло даже для меня ошеломляющий результат. Цель моя, как ты знаешь, сделать свою реконструкцию и явить её миру в новом издании «Тайны». И вот включилась Оля! Я, как первоклашка, читаю по буквам, она создаёт «буквенную копию» 1800 года со всеми ятями, ерами, десятеричными «и», вводит нашу реконструкцию… Но уже в самом начале работы совершается немыслимое! «Слово» начинает звучать не только по-иному, чем допреж, но возникает в нас обох (!) во всей своей первозданности. Для нас с Ольгой началась Новая эра полного погружения в эту Тайну. Я в полёте! Но и Оля тоже. И это НАИВАЖНЕЙШЕЕ в работе. Но это всё в грядущем. Подарит ли нам его Вседержитель?! Одно свершилось – первая книга «Великой княгини» написана. Читай её, друг мой! Читайте люди, други мои. Сердечно ЮС.

Глава первая

1.

В лето тысяча сто пятидесятое по киевской дороге на Чернигов катился грузовой возок с невеликой поклажей, покрытой толстой чистой холстиной, надёжно обвязанной вервью. В передке сидел возница, молодой, розовощёкий, синеглазый, красивое лицо обметал золотистый пушок едва наметившейся бороды, высокий лоб обрамлён буйными светлыми кудрями. Обаполы потаённого груза на тележной грядке сидели два молодца, свесив ноги. Мордатые, крутоплечие, в длинных груботканых рубахах, в серых онучах под самые колени, в дорожных лёгких лапоточках – Святославовы рядцы: Садок и Рядок. На крутых подъёмах, длинных тягунах, на долгих рытвинах соскакивали на землю и бежали рядом, сторожко охраняя поклажу и помогая коням катить телегу. Возница на землю не сходил, был он лёгок и строен телом, словно девушка, одет красно, совсем не по-дорожному: в высоких сафьяновых расшитых узорами сапожках, в дорогой летней боярской шапке. Пылили колёса, пылили кони, выбрасывали на мокрых рытвинах шматки грязи, летели из-под копыт брызги, текло долгое дорожное время, но праздничная одёва на молодце сияла чисто, и весь он сиял нездешней, неземной чистотою.