Чтение онлайн

Стоит обратить внимание на то, что Военный совет флота «проводил» через протоколы своих совещаний решения, в русле которых уже активно проводились масштабные мероприятия. Например, большинство надводных кораблей уже было перебазировано в базы Кавказского побе¬режья. В этот же день в 18 ч 27 мин, то есть, до получения ответа на предыдущую телеграмму, крейсер «Красный Крым» вышел из Севастополя в Туапсе. На крейсере были отправлены все документы и имущество штаба Черноморского флота на запасной ФКП ЧФ, оборудован¬ный в 4 км юго-восточнее Туапсе. Адмирал Октябрьский был тверд и последователен при осуществлении поставленных целей. Такие «смелые» (?) решения наверняка поддерживались начальником особого отдела флота. Филипп Сергеевич был уверен в том, что Нарком ВМФ его поддержит. К тому имелись все предпосылки. Совсем недавно я обнаружил, что секретная Директива Наркома ВМФ в адрес командующего Балтийским флотом с приказанием минировать береговые объекты и корабли, была «циркуляром» разослана на все флоты. Так что Филипп Сергеевич прекрасно представлял на каком уровне принимались решения на столь радикальные меры, и делал сам определенные выводы. К теме деятельности особых отделов флота мы вернемся, описывая события в Севастополе в марте 1942 года.

Приморская армия начала выходить к Севастополю. Утром 3-го ноября 95-я стрелковая дивизия успела пройти село Бия-Салы (Верхоречье), за ней следовала 25-я дивизия. Прикрывавшая отход 172-я дивизия (388-й полк), во второй половине дня вступила в боестолкновение с немецкими частями на окраине деревни. Во всяком случае, так указано в советских источниках. Маршруты и сроки отхода Приморской армии – это тема отдельного исследования, в данных по этому эпизоду много противоречий. Частично мы коснулись этой теме в главах о погибших кораблях и проблемах противовоздушной защиты Севастополя.

Вечером немецкие войска заняли дер. Бия-Салы. Теперь прорыв по долине реки Кача грозил разгромом частей Приморской армии и более крупномассшабных попыток выхода в этом направлении к Севастополю не предпринималось.

В Севасто¬поль прибыла тяжелая артиллерия: 265-й корпусной (командир – полковник Н.В. Богданов), 51-й (командир – капитан А.В. Жидков, которого вскоре сменил майор А.П. Бабушкин) и 52-й (командир – полковник И.И. Хаханов) артиллерийские полки Приморской армии. 52-й полк прибыл в полном составе (10 155-мм орудий), еще 4 орудия этого полка отступали вместе с 7-й бригадой морпехоты. На¬чальник артиллерии армии полковник Н.К. Рыжи отвел 265-му полку огневые позиции в северном секторе, в рай¬оне ст. Мекензиевы Горы, а 51-му и 52-му артполкам – в южном секторе, Балаклавском. Правда, в 52-м полку оставалось всего по два снаряда на орудие. В 51-м ситуация была аналогичной, но артполк получил боезапас с флотских складов. В Севастополь прибыли также 514-й стрелковый полк (командир – подполковник И. Ф. Устинов) 172-й стрелко¬вой дивизии, 2-й Перекопский отряд моряков (бывший батальон 7-й бригады, командир – майор, а точнее, военинженер 2-го ранга И.И. Кулагин), 80-й отдельный разведыватель¬ный батальон (командир – капитан М.С. Антипин) и некоторые мелкие подразделения.

Существенную помощь отходившей к Севастополю Приморской армии оказали: 184-я стрелковая дивизия НКВД (командир – полковник В.А. Абрамов), 48-я кавалерийская дивизия (командир – генерал-майор Д.И. Аверкин) и остатки 421-й стрелковой дивизии (командир – комбриг С.Ф. Монахов). 1330-й полк и инженерный батальон этой дивизии под Перекоп не выдвигались, а оставались в Севастополе. Не получая никаких приказов, эти дивизии упорно удерживали горные проходы, не пропуская противника к морю. Затем, с утра 1 ноября 421-я дивизия трое суток удерживала Алушту, отражая атаки превосходящих сил врага. Командование ЧФ знало об этом, но почему-то не спешило эвакуировать 2,5 тыс. бойцов дивизии, как до этого было эвакуировано командование войск Крыма и расчеты береговых батарей… Только 4 но¬ября, когда почти весь личный дивизии полег в боях, немецко-фашистские войска овладели городом. К этому времени вынуждена была отойти из района Карасу-базара на побережье в районе Куру-Узень – Алушта 48-я кавалерийская дивизия. Ее командир генерал-майор Аверкин решил прорваться через Алушту и приморской дорогой выйти в Севасто¬поль. В дивизии было изначально всего 2 тыс. конников, а к моменту прорыва и того меньше. Ожесточенный бой, разгоревшийся 5 нояб¬ря, не принес успеха кавалеристам. Остатки дивизии отошли обратно к деревне Куру-Узень. После этого было решено пробиваться к партизанам. История отхода 51-й и Приморской армий полна трагических и героических страниц, большинство которых уже никогда не удастся прочесть.

4 ноября.

Утром генералы И.Е. Петров и П.А. Моргунов объ¬ехали сектора обороны, где ознакомились с частями и соединениями, с организацией взаимодействия их с берего¬вой артиллерией, авиацией и кораблями артиллерийской поддержки. Сопровождавший их генерал Хренов внес предложения по инженерному обору¬дованию рубежей. Утром того же дня командующий войсками Крыма вице-адмирал Г.И. Левченко отдал приказ за № 1640 о создании Керченского и Севасто¬польского оборонительных районов:

«В связи с создавшейся оперативной обстановкой на Крымском полуострове произвести следующую организацию управления вой¬сками Крыма:

1. Организовать два оборонительных района:

а) Керченский оборонительный район.

б) Севастопольский оборонительный район.

2. В состав войск Севастопольского оборонительного района включить: все части и подразделения Приморской армий, береговую оборону главной базы ЧФ, все морские сухопутные части и части ВВС ЧФ по особому моему указанию. Командование всеми действиями сухопутных войск и руковод-ство обороной Севастополя возлагаю на командующего Приморской армией генерал-майора т. Петрова И.Е. с непосредственным под¬чинением мне. Зам. командующего ЧФ по сухопутной обороне главной базы контр-адмиралу Г.В. Жукову вступить в командование Севасто¬польской главной базой; командующему ЧФ состав средств и сил Се¬вастопольской главной базы выделить по моему указанию.

3. В состав войск Керченского оборонительного района включить все части, подразделения 51-й армии, морские сухопутные части и Керченскую военно-морскую базу. Командование всеми войсковыми частями, действующими на Керченском полуострове, и руководство обороной возлагаю на сво¬его заместителя генерал-лейтенанта Батова П.И. Формирование оперативной группы Керченского оборонительно¬го района произвести на базе штаба и управления 51-й армии.

4. Начальника штаба войск Крыма генерал-майора Иванова, как не справившегося со своими обязанностями, от занимаемой должности отстранить и направить в резерв кадров Красной Армии. К должности начальника штаба войск Крыма допустить началь¬ника штаба Приморской армии генерал-майора тов. Шишенина Г.Д. Начальником штаба СОР назначаю зам. начальника штаба Приморской армии полковника Г.И. Крылова. Военным комиссаром Керченского оборонительного района назначаю зам. начальника ПУАРМА 51-й армии полкового комис¬сара Крупина.

Командующий вооруженными силами Крыма вице-адмирал Левченко.

Член Военного совета корпусной комиссар Николаев.

Начальник штаба генерал-майор Шишенин».

Т.е. первым командующим СОР стал командующий Приморской армии И.Е. Петров. Командующий ЧФ Ф.С. Октябрьский должен был выделить в помощь Приморской армии береговую оборону главной базы ЧФ и ряд частей по указанию адмирала Левченко. При этом общее командование войсками в Крыму осуществлял сам адмирал Левченко. Т.е. и вопросы обеспечения подразделений продовольствием, боезапасом и.т.д. ложилось на него. Отходившая к Севастополю Приморская армия была воинским соединением, чужеродным Главной базе ЧФ. Предстояло создать из разнородных подразделений, с различным ведомственным подчинением единую организацию по защите города. Иногда (особенно на первых этапах обороны) ведомственные границы оказывались помехой действиям, продиктованным здравым смыслом.

4 ноября к Севастополю подошли основные силы 50-й и 132 немецкой дивизий, и немцы опять получили подавляющее преимущество в технике и живой силе. В 14.30 противник силою до полка снова атаковал на участке батальонов ВВС и № 19, стремясь ворваться в Бельбекскую долину через Дуванкойский опорный пункт. В числе различных частей, которым приписывается оборона Дуванкойского узла сопротивления указываются: 3-й полк морской пехоты и 8-я бригада и ряд других частей, но все эти части в его обороне до 5 ноября практически не участвовали. В самом узле обороны кроме расчетов дотов, войск практически не было. 4.11.41 г. Дуванкойскую долину обороняли только расчеты артиллерийских дотов, около роты запасного артполка и до двух взводов морской пехоты из состава 3-го полка морпехоты, присланных командиром полка.

У П.А. Моргунова описание событий дня дано так: «Наращивая силы, противник к ве¬черу вынудил некоторые подразделения 3-го полка морской пе-хоты отойти на новый рубеж, проходивший через селения Орта-Кесек, Биюк-Отаркой и выс. 65.8. Враг захватил высоты 134.3 и 142.8 и, потеснив батальоны ВВС и № 19, занял высоту 103.4 и урочище Кизил-баир севернее деревни Дуванкой. Создалась угроза прорыва противника в долину р. Бельбек». Урочище Кизил-Баир находится в районе современного села Голубинка, и оно было захвачено еще днем 3.11.41. Высоты 134.3 и 142.8 – это горы Кая-баш и Баш-кая в долине, где находится Село Заланкой (Холмовка). Казалось бы, путаница.... Но нет, все правильно, ранее долина за современным селом Фронтовое также носила название Кизил-баир, а само село Фронтовое располагается на месте двух сел Биюк-Отаркой и Орта-Кисек.

Пользуясь подавляющим превосходством и постоянно наращивая силы, противник пытался прорваться по дороге через Дуванкой на Севастополь. Дот № 53, расстреляв весь свой боезапас, замолчал. Личный состав отбивался стрелковым оружием, но вскоре был уничтожен. Орудие взорвать им не удалось. Однако, воспользоваться орудием противник все равно не смог, не было 102-мм боезапаса. Пулеметных дотов и дзотов в Дуванкойском узле было всего пять, при этом два из них пулеметными расчетами не занимались. Поэтому артиллерийские доты сражались практически без пехотного прикрытия. Расстрелял свой боезапас и был взорван 130-мм дот № 60. Доставить боезапас в доты Дуванкоя в течение дня не было возможности. Можно было доставить снаряды ночью, но этого сделано не было. И это несмотря на то, что и.о. коменданта Дуванкойского опорного пункта ст. л-т Н.К. Иванов послал нарочного с требованием доставить боезапас. Тылы флота снарядов не выдали. Они были заняты эвакуацией имущества из Севастополя.