Чтение онлайн

Но не важно. В общем, когда-то король был сексуальными услугами Помпадур доволен, теперь нет — вот печальная истина. Умная маркиза Помпадур быстро поняла всю опасность своего положения, плакать и стенать перестала, слезы быстро вытерла и «утерла нос министрам». Смотрите, как они вместе с придворными радостно руки потирают: наконец-то деспотическому и абсолютному владычеству ненавистной маркизы Помпадур пришел конец. Вот-вот по примеру других королей, не церемонившихся со своими опостылевшими куртизанками, ее посадят в телегу, пардон, в возок, дадут в ручки горсть бриллиантов, и айда — в путь-дорогу! В монастырь ли близлежащий, в отдаленный ли замок, или вообще к экс-мужу — это уж на нее, куртизанки, усмотрение, но только непременно подальше от дворца и с глаз долой. Феномен истории или феномен ума Помпадур, но такое не случилось! И когда она стала неугодной королю как женщина, она стала угодной как самый близкий друг, соратник, приятель, заботившийся о сексуальных наслаждениях короля. И вот тогда-то, дорогой читатель, появился «Олений парк» со множеством маленьких уютных особнячков, в которых по две, по три жили маленькие развратницы в очень изысканной обстановке. Когда они беременели и разрожались ребеночком, заботой Помпадур и камердинера короля Лебеля было будущее их устроить. Выгодно замуж выдать, приданое дать и судьбой ребенка, воспитываемого чаще всего в каком-нибудь монастыре, поинтересоваться. Словом, незаменимая во всех отношениях дружба, подкрепленная отсутствием сексуальных друг к другу влечений. Так поступают умные люди. Так поступил наш светлейший князь Потемкин, когда он наскучил Екатерине Великой и ей нужен был новый любовник. Он стал ближайшим другом царицы и поставщиком любовников. Каждый какой смазливенький драгун, стоящий на страже в Царскосельском дворце, прежде чем в постель к царице улечься, должен был смотр у самого Потемкина пройти, и только его рекомендация давала любовнику царицы звание фаворита.

«Олений парк» был великолепно оборудован. Все здесь способствовало «кайфу», как теперь говорят. Все располагало к неге и удовольствиям. Тут уж порядочно пришлось маркизе Помпадур напрячь свою фантазию. Собственно, опыт в деле оборудования нелегальных гнездышек, правда, не такого масштаба, у короля уже имелся. Он еще значительно раньше, чем произвел маркизу Помпадур в официальные фаворитки, устраивал замечательные оргии в своих «маленьких кабинетах». Они размещались под крышей дворца вокруг «Оленьего парка» и представляли собой множество маленьких комнат, соединенных между собой винтовыми лестницами. Собственно, это был дворец в миниатюре, куда вход королеве Марии Лещинской был строго воспрещен. Здесь король наслаждался обществом красивых женщин, вкушал роскошные яства, и те оргии, которыми известен позднее будет «Олений парк», здесь только зарождались. Тут же король устроил свои мастерские, где любил поработать физически несколько часов. А он прекрасно резал по слоновой кости и вообще изучил множество ремесел, начиная от пекаря и кончая виноделием. Здесь в его пекарне выпекались сдобные булочки, которые подавались дамам к кофе, самолично сваренному королем. Варить кофе он был мастер, и не будь королем, вероятно, только на одном этом умении мог бы заработать себе на жизнь. Собственно, с появлением «маленьких кабинетов» и начинаются измены короля своей жене. До этого он очень верным супругом был. Регулярно, день за днем, то бишь ночь за ночью, хаживал в спальню своей жены, сопровождаемый одним только камердинером, без лишней свиты, не в пример другим королям. Ну и «вышагал» десять детишек в течение десяти лет. А раз даже получилось четверо детишек в течение трех лет. Это когда у него близнецы-девочки родились. Двое детей, сын и дочь, умерли, и вот теперь растут один хиленький дофин и семеро относительно здоровых девок. Мария совершенно измучилась беспрестанными родами и перестала пускать короля к себе в спальню. Или пускалась на хитрость. Король ее в нетерпении в постели дожидается, а она, босая, на коленях, на полу богу молится, одним глазком поглядывая, не уснул ли сексуально ненасытный ее муж. И нарочно продолжала молитву так долго, что король и впрямь засыпал, не дождавшись после бога своей порции любовных утех. А наутро недоумевал, ничего не помня. Прямо по Маяковскому: «Была любовь или нет? Какая? Большая или крошечная?» А скорее всего не большая и не маленькая, а просто никакая — пресная, как тесто без дрожжей. Недаром придворные иронизировали: «В спальне королевы только одни мухи нескучные».

И конечно, вместе с растущим интервалом в любовных сношениях с супругой росло и отчуждение к ней как к женщине. Но даже уже не испытывая к Марии сексуального влечения, король все еще метресс себе не заводил. Весь королевский двор изумлялся такой верности короля. Весь Версаль насквозь с «ног до головы» преступной любовью пропах, а король хоть бы хны. Дальше разговора с дамами о музыке и балете дело не идет. Уже все придворные, все министры давным-давно метрессами обзавелись, а король все еще верность жене соблюдает. Видали вы такое? Моральность блюдет и как на тяжелую службу вечерами в спальню жены плетется. Но плоть взяла, конечно, верх у двадцативосьмилетнего короля. Оставил он альков своей тридцатипятилетней супруги. Наконец-то! В один прекрасный день после особо бурной сцены, во время которой Мария осмелилась протест на свою долю многодетной матери выразить, король по обыкновению (когда сердился) хлопнул дверью, но против обыкновения в нее уже больше не вернулся. Отныне в спальню жены король больше «не ходок». Радоваться королеве или нет, что у нее соперницы появились и немного ее сексуальную недолю облегчили? Она и сама не знала, но на всякий случай метресс короля благосклонно принимала и даже иногда подарочками одаривала. А король начал по-настоящему веселиться в «маленьких кабинетах». Впрочем, нет, по-настоящему он веселился в своем «Оленьем парке». Все там любовной истоме и неге способствует. Комнатки небольшие, но уютные и со вкусом обставленные. На стенах похабные картины вывешены, сценки из эротической жизни мужчин и женщин. А особенно привлекала одна картина, написанная с живой модели Луизон Морфи: лежит себе на столе так беспечно, будто на травке расположилась, голая Морфи, ноги широко расставила, а какой-то субъект с птичьим носом внимательно ее гинекологическое строение рассматривает. Ну чем не современная порнография, только куда как более утонченная и не так натуралистичная.

Хаживал Людовик XV в свой «Олений парк» весьма охотно, и регулярно и инкогнито, выдавая себя за богатого польского дворянина. Но вскоре все проститутки узнали, кто на самом деле посещает их обиталище, когда выкрали из кармана «поляка» письмо, адресованное кем-то французскому королю. Но всем этим бывшим швеям и фабричным работницам (девочки из бедного люда брались) маркиза Помпадур строго приказала соблюдать видимое инкогнито, и спектакль продолжался ко взаимному удовольствию обеих сторон. Ну теперь-то, наконец, маркиза Помпадур может беспрепятственно управлять государством. Каждому свое: стареющему королю низменные эротические удовольствия, ей — государственные дела.

А дух в «Оленьем парке» был настолько пропитан эротизмом, что не было там, кажется, такого предмета, который не говорил бы о цели «этого домика». Ели там изысканные, пикантные и дорогие блюда, обильно приправленные «шпанскими мушками», из эротического сервиза, где нимфы и сатиры с огромными фаллосами переплетались голыми телами. Пили чай, кофе и шоколад из чашек с блюдечками, на которых изящные пастушки в соблазнительных позах и с задранными юбками провоцировали пастушков, играющих на дудочках. Черти и ведьмы совокуплялись на табакерках, на рисунках обоев, на медных канделябрах. Эротика исходила от всех этих мягких плюшевых, шелковых и бархатных диванчиков, подушек, креслиц и картин на стене. Самый интимный дамский туалет, как, например, подмывание половых органов, совершался в присутствии подруги. Медальончики и украшения обнаженных грудей юных красавиц изображали сцены из эротической жизни. Верхом шедевра был медальон с изображением дамы, водящей пальчиком по кроваво-красному рубиновому фаллосу мужчины.

Культ фаллоса! Не Людовик XV и не маркиза Помпадур его исповедовали! С давних, даже незапамятных времен существовал этот культ. В Древнем Риме большие деревянные фаллосы торжественно провозили на повозках по городу, после чего матроны украшали их цветами. Ничего зазорного в этом не было, и фаллос отнюдь не связывали с эротикой, ибо он первоначально символизировал просто плодородие. Эмблема фаллоса, как символ плодородия, была настолько распространена, что ею украшали жители свои дома. Когда в восемнадцатом веке археологи раскапывали руины древнеримского города Помпеи, разрушенного извержением вулкана Везувия, то они обнаружили, что редко на каком доме не был нарисован фаллос, а его скульптура величиной свыше двух метров находилась прямо возле городских ворот. На доме пекаря вместе с барельефом фаллоса была обнаружена надпись: «Здесь обитает блаженство!» Поди догадайся, что восхвалял пекарь: свои булочки в виде фаллоса или радость от обладания таким фаллосом. Давно существовало поверье, будто ладанки в виде фаллоса излечивают от золотухи и охраняют от порчи. Матери повально надевали своим детям на шею ладанки с изображением мужского органа. В той же Помпее найдено очень много амулетов-фаллосов из бронзы, золота, серебра, кораллов, янтаря, слоновой кости и прочего материала в зависимости от фантазии и средств его обладателя. И совсем уж удивились ученые, когда начали находить фаллосы, сделанные… из глины. Так бедняки, у которых золота и слоновой кости не было, выходили из положения.

По мере роста поклонения фаллосу он сам стал изменять свою натуральную форму. Людям хотелось видеть его могущественным и не так отвлеченным от животного мира природы. И вот появились фаллосы с головами птиц, драконов, различных хищников. И если вы поедете в турецкий город Тарсуи (правда, говорят, недавно его здорово землетрясение потрепало), то там можно увидеть скульптуру, на которой два огромных фаллоса заняты важным делом: они распиливают огромный глаз.

Постепенно с течением времени невинный и сам по себе здоровый культ фаллоса стал приобретать эротические оттенки. Люди начали превратно понимать, а скорее правильно, значение органа, которому они поклонялись. И фаллос стал неизменным украшением всех борделей. Не только в мертвой натуре, но и в живой. Он стал искусственным органом и начал выполнять свои прямые функции. В тех гаремах восточного шаха, который не всегда успевал «обслужить» всех своих многочисленных наложниц, они должны были довольствоваться искусственным органом, сделанным из черного дерева и слоновой кости. Аристофан ознакомился с половым мужским органом, искусно выполненным из кожи. Но наивысшего мастерства по конструированию искусственных органов достигли эти коварные тихони — японские женщины. И ничего, что внешне это приспособление совсем даже фаллос не напоминает, для хорошего мастурбирования натурализм не обязателен, главное результат. А эти два металлических шарика, выполненных из очень тонкой латунной меди и величиной с голубиное яйцо, говорят, получше живого самурая любовную страсть удовлетворить могут. Один шарик пуст, другой наполнен ртутью с маленьким металлическим язычком. Приведенный в движение, шарик вибрирует. Технология пользования такими шариками не так сложна, как их конструкция. Вкладывайте шарики во влагалище и ритмично двигайте бедрами — роскошь невообразимая! И так популярна эта конструкция в Японии, что и название ей придумали — ри-но-тама! Как же все культурно в Японии! Не придешь же в магазин с эротическими вещами и не скажешь: «Э, дайте мне, ну…» И как назвать, не знаешь? Мужской член? Орган? Фу, как грубо! Телевизионная передача «Про это», про что, сами знаете, советует назвать… как собачку — «Дружком». Но не каждому понятно будет. Нет, в Японии «это» решили окончательно и бесповоротно. Там дамочка в кимоно придет в магазин и культурно скажет: «Дайте мне, пожалуйста, ри-но-таму!»

И оказывается, это самое ри-но-таму очень даже распространено и в Индии, а с некоторых пор и в Китае. Им проститутки, которым, естественно, «эрги» (мужской член по-японски) порядочно оскомину набило и нужны более отвлеченные развлечения, любят пользоваться. А вот лесбиянки не очень. Им подавай натуральное сходство с мужским естеством, особенно когда одна из них в роли мужчины выступает. Наука, конечно, пошла им навстречу. И теперь в любом порядочном магазине по продаже эротических вещей вам покажут на выбор с дюжину различных мужских органов из самого разнообразного материала. Даже дошли до такого совершенства, идя навстречу похоти человека, что придумали искусственную пластмассу, на ощупь не отличимую от живого тела. Продавщица так нахваливала свой товар одной заинтересованной клиентке: «Вы пощупайте только! Разве вы отличите от живого органа?» Ну, женщинам, конечно, такая забота науки об их эротических удовольствиях здорово понравилась, иная уже и мужа не подпускает к себе — ей приятнее с искусственным органом время в постели проводить. Писатель Мартон рассказывает, как жена предпочла искусственный орган живому «инструменту» мужа.

Рай наступил и для монашенок! В восемнадцатом веке они пользовались стеклянными скляночками, наполненными теплой водицей, дабы «отнять у плотских вожделений их остроту». Духовенство, конечно, такой монастырский разврат не одобряло, а вот сексопатологи не очень возражали. Они считают, что физическое удовлетворение, чем бы оно ни было вызвано, но необходимо человеку. Человеку нужна так называемая «разрядка», а если под рукой своего мужика нет, хороший искусственный орган недоступен, то сексопатолог Гевлок советует женщинам в панику не впадать, а поискать на своем огороде вполне для этой цели пригодный овощ: ну там огурец какой, морковку или даже редьку. Он так и пишет: «Пользование ими в этом отношении безвредно и редко доходит до помощи хирурга» [132] .

Это к предостережению тех «страстных» женщин, втыкающих себе во влагалище без разбора колющие предметы, и хирурги потом вытаскивали из них шпильки, кисточки и даже платяные щетки. А кто не верит в возможность такого мазохизма над собственным органом, то у англичанина Мирабо открыт домашний музей, где экспонатами служат предметы, извлеченные из женского влагалища. На особое внимание претендует обыкновенное куриное яйцо, коим нетипично «наслаждалась» одна замужняя дама.

Кончая наши выводы о нетрадиционном сексе, скажем, не Людовик XV и не маркиза Помпадур его придумали, но вот усовершенствовали они его значительно. Об эротических стульчиках Людовика XV, находящихся в «Оленьем парке», слышали?