Чтение онлайн

Инкануш улыбнулся в бороду. Ему понравилось.

Йаллер повернулся и зашагал к своему дому. Кусты приминались сами, без прикосновения, и показывали Инканушу дорогу: Йаллер приглашал его к себе.

Инкануш последовал приглашению - немедля, чтобы не обидеть хозяина зачарованного леса.

Йаллер шагал легко, бесшумно, почти стелился над травой. В доме - за окном - ясно теплился свет, там Тариэль перебирала ягоды и низала себе ожерелье. Там можно было вспомнить о телесном: поужинать. Там по стенам вились растения и цвели голубые венчики цветов.

Инкануш пригнулся и снял шляпу, входя в дом. Палку оставил у порога. Тяжело сел, - всё-таки облик старца давил и требовал своё.

Йаллер молчал. Перед мысленным взором старика то и дело вспыхивало: дальняя дорога, море, прибрежные элиа...

Инкануш держал кружку с ароматным тёмным отваром обеими руками. На правой - Йаллер видел - было кольцо с алым камнем. Его кольцо.

Инкануш проследил направление его взгляда и прищурился. Понял. Не утаить.

Йаллер усмехнулся. Руниа и с кольцом был слаб. Точнее, не слаб, но... если другие носители останутся, как и до сих пор, в стороне от грядущих войн, ему придётся действовать одному - за всех.

Инкануш чуть пожал плечами: мол, а что поделать.

К ночи усталого странника сморила дремота, и Йаллер вышел в темноту. Луна взошла поздно, осветила всё до последней травинки, и в ней мир стал прозрачно-хрупким, как будто истончился, как будто стало можно прикоснуться к нематериальному и ступить на тонкую грань между сном и явью... между живым и мёртвым.

Ирату был далеко и услышал зов. Он был согласен, что Инкануш не слишком силён, и о прямом столкновении с враждебной силой не может быть и речи.

Йаллер попросил его подумать о том, насколько именно они могут гарантировать, что у Инкануша не возникнет такого столкновения.

Ирату вынужден был признать, что ни насколько. Нервно спросил, куда тот клонит.

Йаллер не стал тратить слова. Вспомнил керо-лика, собиравшего для Ирату золото и кристаллы, воровавшего драгоценности даже у златоведов так, что хозяева и не догадывались о том, кто это сделал, и обвиняли во всём огнедышащего ящера, жившего по соседству. Собирал предметы, концентрировавшие Силу.

Ирату понял. Почти по-человечески вздохнул.

Йаллер ушёл в ночь - зверем, неслышно и стремительно пересёк залитые луной просторы тихой земли. Остановился у дома керо-лика. Ирату ждал его - и указал тайник.

Йаллер увидел - после мертвенного лунного - живой свет камней, переливавшихся в пламени свечи: керо-лик не спал, что-то его тревожило. Йаллер подумал: может, - они, руниа? Как знать...

Он выбрал один из кристаллов, - неправильной формы большой светлый камень, который днём должен был бы давать отлив в желтизну и переливаться оттенками алого и синего, если бы его кто-то огранил.

Вспомнил алый камень в Жезле. Огранка. Да, этим камням нужно... придавать определённость. Иначе Сила, заключённая в них, будет такой же расплывчатой, каков их облик.

Он вернулся в свой дом почти перед рассветом: долго сидел у притихшей реки, в наступавших туманах, и под его руками камень изменялся, - проявлялся, что ли, чёткие грани заострялись и застывали, чтобы уже не исчезнуть. Потом - камень поймал первый луч солнца, схватил его... и будто запер в своей сердцевине, как живого пленника. Йаллер поднял камень, покрутил в пальцах, посмотрел сквозь него на свет. Да, хорошо. Не то что тот, в Жезле... Тогда он поторопился, а ещё - давно не занимался ничем подобным. Хотя нечего оправдываться, можно подумать, с того момента, как он подделал кольца элиа, мало времени прошло...

Наутро он встретил острый взгляд Инкануша улыбкой и молча протянул ему камень на ладони - живой и яркий, как наступившее утро. Тот низко поклонился, благодаря за дар, некоторое время размышлял, куда его пристроить, - и взял свой посох, ловко приладил навершие: всё-таки тоже был руниа, умел обращаться с такими вещами. Йаллер одобрительно кивнул. Пусть теперь учится. Такие вещи усиливают способности... когда есть что усиливать. Этому - есть. По крайней мере, теперь за пришельца из-за моря можно быть более спокойным...

***

– Это безобразие!
– на лице толстяка изобразилось искреннее страдание.
– Ну кто же так варит анивер? Если класть усластитель при кипячении, он пожирает половину вкуса! Нет, даже больше!

Йаллер почувствовал себя сильно виноватым. Наполовину. Даже больше.

Толстяк резко задул огонь, попрыгал вокруг него, схватил ковшик за длинную ручку и нервно вылил содержимое.

– Это безобразие!
– убеждённо повторил он.
– Это такое же издевательство, как прийти в собрание, будучи расстёгнутым на две пуговицы. Да даже на одну! Или слушать Отранту, не надев чистой рубашки. Зачем вам принц Рилли?

Йаллер не ожидал, что толстяк так резко переключится, и ответил не сразу.

– У вас слишком много жаждущих бессмертия, - медленно проговорил он.
– Когда эта жажда соединяется в одном человеке со стремлением к власти...

– Ну хватит!
– толстяк разобиженно поднял руку.
– Вы начинаете с оскорбления принца и хотите, чтобы я вам потакал? Ну расскажите нам, расскажите ещё, какой у нас поганый принц, как он приходит к любовницам во вчерашнем наряде и не умастив волосы. Вы считаете, мы этого не знаем? Вы ошибаетесь! Народ знает всё! И не вам судить народ! Если мы стоим за него горой, значит, есть за что, и вам со стороны этого не понять! Если бы вы жили тут, в нашей стране, а не шлялись по северным краям, тогда вы бы имели право...

– Да, - громко сказал Йаллер, и толстяк испуганно замолчал.
– А когда вашему принцу будут исподволь навязывать магию и бессмертие, вы ответите так же? Скажете Саурону, чтобы не лез в ваши внутренние дела? И вы считаете, что он послушается?

– Какой Саурон?
– возмутился толстяк.
– Ещё и это! Замечательно! Я так и думал, так и ждал, когда же вы начнёте использовать арсенал ваших северных страшилок. Спасибо, вы не стали тратить моё время! Хотя испортили мне анивер. Благодарю покорно! Верьте сами в вашего Саурона, ежели угодно, но не навязывайте нам своей веры. Не пройдёт.

Йаллер опешил.

– То есть как это - верьте?

Толстяк радостно и торжествующе посмотрел на сидящего на полу Йаллера сверху вниз и даже перестал колдовать над своим напитком.

– Саурон уничтожен, - сообщил толстяк.
– Уж это-то вы не станете отрицать?

– Он руниа, - осторожно возразил Йаллер. Он уже боялся узнавать, что тут думают насчёт его брата, но понимал, что не отвертится, и знать - будет.

– Ну да, ну да. И он уничтожен. И от него осталось немало магии, неупокоенных душ и прочего. И вы, северяне, пугаете этим друг друга, изобретаете слухи о том, что он возвратился, только доказать ничего не можете! Никто его не видел, никто не может засвидетельствовать! И простые люди ловятся, начинают жить в страхе, бросаются к вам с мольбами о помощи. Стыдно, стыдно должно быть! Как можно натравливать на людей ирукаев, а потом приходить с видом избавителей и говорить, что во всём виноват Саурон?