Чтение онлайн

В общем, связь между сборищем в горах и исчезновением Диктатора никак не прослеживалась, хотя следы Кандара терялись именно у 149-го километра…

Можно, конечно, предположить, что под видом Вэлла скрывается сам Кун, но описание, сделанное задержанными – фигура, голос, – не совпадало с приметами этого негодяя. Не исключено, конечно, что это не сам Кун, а один из его ближайших помощников.

Так или иначе, человек, создавший под носом у него, Гельбиша, тайную организацию, должен быть обнаружен и обезврежен в самое ближайшее время.

Мысли Гельбиша двигались по замкнутому кругу: Вэлл – Кун – Лей Кандар, и снова: Вэлл – Кун – Лей Кандар… Он почувствовал смертельную усталость и решил, что имеет право поспать двадцать минут. Двадцати минут ему, как правило, хватало, чтобы полностью восстановить свои силы. А через двадцать минут он все-таки вызовет проклятую старуху и заставит ее заговорить.

И в этот момент раздался звонок Гарбека.

Сообщение, что в гарзанском сумасшедшем доме объявился еще один маньяк, возомнивший себя Диктатором, в другое время не вызвало бы у Гельбиша ни малейшего интереса. Но вдруг это подлинный Лей Кандар? Ничего удивительного в том, что его приняли за сумасшедшего, нет. Тем более что описание, данное Гарбеком, подтверждало подобную возможность.

Да он и в самом деле сумасшедший, с досадой подумал Гельбиш. Надо начисто лишиться разума, чтобы покинуть резиденцию без охраны! Гельбиш даже почувствовал легкое злорадство от мысли, что на Диктатора надели смирительную рубашку. Впрочем, Гарбек мог с перепугу напутать и его очередной Кандар так же похож на Диктатора, как и те двойники, которых ему демонстрировал Маркут.

В любом случае проверить подлинность Кандара должен он лично. Гельбиш нажал кнопку селектора и приказал подготовить вертолет к восьми часам утра.

Сум Гарбек увидел Гельбиша впервые после того, как отказался возглавить Психиатрическую службу Лакуны. Как показалось Гарбеку, Третье Плечо с тех пор сильно раздался вширь, шея стала еще короче и едва ли не исчезла вовсе, а глаза стали еще безумней.

– Что вы думаете об этом человеке? – спросил Гельбиш. – Он сумасшедший?

В том, что в любом случае его новый пациент ненормален, Гарбек, как известно, не сомневался, но откровенничать с Гельбишем не рискнул.

– Затрудняюсь ответить однозначно, господин Министр. – Гарбек постарался придать своему лицу глубокомысленное выражение. – В подобных случаях маньяки, за исключением определенного пункта, связанного с их манией, ведут себя как люди… э… вполне нормальные.

– Проводите меня к нему, – сказал Гельбиш.

Гарбек распахнул двери кабинета и, пропустив Гельбиша вперед, повел его по коридору к палате X.

– Хотите взглянуть? – спросил Гарбек, приподняв щиток над смотровым глазком в двери.

Гальбиш нагнулся и заглянул в палату. Пациент делал утреннюю гимнастику. Ему не нужно было видеть его лица – он узнал Диктатора сразу. Когда же больной повернулся к нему лицом, последние сомнения исчезли. Перед ним был Лей Кандар.

Гельбиш выпрямился. С минуту постояв в глубоком раздумье, он обернулся к Гарбеку, и тому вдруг показалось, что в глазах Министра Порядка блеснули слезы.

– Откройте! – приказал Гельбиш.

Гарбек отодвинул массивную задвижку, и дверь в палату отворилась.

Кандар оглянулся и увидел своего верного друга и ученика. Тяжелая квадратная фигура Гельбиша неподвижно застыла на пороге. Диктатор и его Третье Плечо молча смотрели друг на друга.

– Оставьте нас одних, – велел Гельбиш Гарбеку и шагнул в палату.

Гарбек прикрыл за ним дверь. Войдя к себе в кабинет, он повернул ключ в замке и, поборов леденящий душу страх, подошел к селектору и нажал кнопку с литерой X.

– …И так внезапно покинули резиденцию, – с почтительной укоризной произнес голос Гельбиша.

– Я не мог поступить иначе, Фан.

Гарбек услышал легкое поскрипывание пружин – Кандар, по-видимому, присел на кровать.

– Ваше исчезновение, признаюсь, потрясло меня. – Это был опять голос Гельбиша. – Всей своей жизнью, верностью вашим идеям и вам лично я не заслужил такого недоверия.

– Да. Да… это так… Но я должен был явиться без охраны… Иначе я бы не увидел Марию… Таково было условие…

– Я так и предполагал. Вы видели ее? – спросил Фан.

– Нет… – чуть слышно отозвался Кандар.

– Мой вертолет в вашем распоряжении, Учитель, – сказал наконец Гельбиш после долгой паузы.

– Да, да… – рассеянно пробормотал Кандар. – Да, конечно… Кому-нибудь известно о том, что я… что меня нет в резиденции?

– Только мне и Гуне.

– Это хорошо… Да, да… очень хорошо, – все так же рассеянно, явно думая о чем-то другом, проговорил Кандар. Неожиданно раздался его смех. – Признайся, Фан, ты никак не ожидал, что я окажусь в сумасшедшем доме?!

– Ваш безрассудный поступок, Учитель, мог закончиться и более трагично, – ответил Гельбиш.

Гарбек незримо присутствовал при разговоре двух могущественнейших людей Лакуны, не подозревавших, что их подслушивают. От сознания преступности своего поведения на лбу у него выступил пот. Он не имел права включать подслушивающее устройство, предназначенное для чисто медицинских целей. Он протянул руку, чтобы выключить аппарат, но любопытство оказалось сильней страха.

Вновь послышался скрип пружин, а затем легкие шаги. Очевидно, Кандар встал с койки и некоторое время прохаживался по комнате.

– Скажи, Фан, – снова услышал Гарбек голос Кандара. – Как по-твоему, ради чего мы совершили Революцию?

– Вы спрашиваете об этом меня, Учитель? – с недоумением отвечал Гельбиш.

– Да. Я спрашиваю тебя. Ради чего мы совершили Революцию? – повторил свой вопрос Кандар.

Гарбеку показалось, что он видит, как Диктатор подходит к Министру Порядка вплотную и испытующе вглядывается в его лицо.

– Революция Девятнадцатого Января свершилась для того, чтобы жизнь граждан Лакуны стала достойной и гигиеничной и чтобы народ Лакуны пришел к счастью и благоденствию.