Великий Йог Тибета Миларепа
Шрифт:
Передав Марпе всю Тантру Дакини [142] , сообщаемую шепотом, святой Наропа предсказал будущее на основании некоторых предзнаменований. Так, по тому, как Марпа выражал свое почтение, он предсказал смерть его сына и непрерывную преемственность Иерархии Каргьютпа, а также, что я и мои последователи будем ее продолжателями. После того, как Марпа вернулся, его сын Дарма-Додай умер, как было предсказано Наропой.
В годовщину смерти сына, после совершения церемонии, посвященной его памяти, Марпа сидел, окруженный всеми учениками, и они, выражая ему соболезнование по поводу утраты, постигшей его в преклонном возрасте, говорили, что его сын был воплощением Будд прошлого, настоящего и будущего и что, если бы он жил, он стал бы достойным его преемником. И еще они сказали: «Сейчас мы должны подумать о том, как наилучшим образом утвердить и укрепить Иерархию Каргьютпа. И мы молимся о том, чтобы ты дал каждому из нас, твоим шишьям, указания, какие области знания мы должны изучать и какие методы применять» [143] . Гуру ответил: «Я, духовный ученик великого пандита Наропы, следую тайным указаниям, передаваемым через знамения и видения. Иерархия Каргьютпа получила благословение Святого Наропы. Вы, мои лучшие ученики, пойдите к себе и дождитесь откровений, а потом расскажите их мне».
142
Тантра Дакини – В подлиннике: Ках-гро-Ньен-Гьюд (санскр. Дакини Карна Тантра), что в переводе означает: «тантра, передаваемая шепотом на ухо, полученная от Дакини». Судя по ее источнику и способу ее передачи она, по-видимому, является одним из самых сокровенных эзотерических передаваемых изустно учений, охраняемых адептами секты Каргьютпа.
143
В обязанность гуру входит указать ученику направление, в котором должно работать над собой, отвечающее его индивидуальным склонностям, которые гуру узнают по своей прозорливости.
Ближайшие ученики Марпы медитировали на своих видениях и сообщили о результатах. Почти все видения были более или менее благоприятны, но ни один из учеников не получил откровения о будущем Иерархии. У меня же было видение четырех громадных столпов, о котором рассказал гуру в стихах:
«По велению Дордже-Чанга Об увиденном мною прошлой ночью я расскажу И точно опишу все, что видел. Соблаговоли, о Гуру, выслушать меня. В обширных областях северной части Мира Я увидел огромную гору С вершиной, достигающей неба, С луной и солнцем, вращающимися вокруг нее, Лучи которых освещали небеса. Подножие горы покрывало землю. Четыре реки текли от четырех ее сторон И утоляли жажду всех живущих, И впадали в глубокий океан. На берегах их росло множество цветов, Таково краткое содержание моего видения, о котором я рассказал моему Гуру, Вечному Будде [144] . К востоку от этой горы Находился высокий столп, На котором стоял на задних лапах лев. Грива у льва была густой и блестящей. Когтями он вонзался в гору, Взор его был обращен в небо. Затем по горам он стал бродить. И об этом я рассказываю моему Гуру, Вечному Будде. К югу от горы стоял высокий столп, На столпе рычала могучая тигрица. Ее шкура была украшена красивыми полосами. Глаза тигрицы были обращены на небо. Затем в джунглях стала она бродить И пошла через рощи и поля. И об этом я рассказываю моему Гуру, Вечному Будде. К западу от горы стоял высокий столп, Над столпом парил орел. Крылья орла были широко распростерты, Клюв орла пронзал небо. Глаза орла были обращены на небо. Затем он воспарил высоко в синем небе. И об этом я рассказываю моему Гуру, Вечному Будде. К северу от горы также стоял высокий столп, И над столпом парил смелый ястреб. Крылья ястреба были широко распростерты. Гнездо ястреба находилось на скале, И я увидел его оперившегося детеныша, И в небе летало много меньших птиц. Ястреб взглянул на небо И затем улетел в области горние. И об этом я рассказываю моему Гуру, Вечному Будде. Веря, что это благоприятные знаки, Предвещающие добрые и доблестные дела, Я затрепетал в экстазе радости. И я прошу Тебя рассказать нам о значении увиденного».144
То есть Будде Прошлого, Настоящего и Будущего.
Гуру очень понравился мой рассказ, и он сказал: «Прекрасное знамение». Затем он велел жене приготовить хорошее угощение и пригласил всех учеников. Обратившись к собравшимся, он сказал: «Мила-Дордже-Гьялцен [145] удостоился видения, которое является счастливым предзнаменованием». Тогда ближайшие ученики попросили его разъяснить смысл видения и значение непонятных им знаков. В ответ наш святой Гуру, великий Аватара и Переводчик в песне, спетой экспромтом, поведал о значении видения, которое было предсказанием будущего Иерархии Каргьютпа:
145
Здесь Миларепа назван его фамильным именем.
146
Буддизм учит, что каждое живое существо в конце концов достигнет Просветления и в этом состоит коренное отличие буддизма от семитических религий с их доктриной Вечного Проклятия. Все обусловленные кармой страдания даже в аду имеют свои сроки и окончание. Ничто не вечно в сансаре – миры, ад, рай и существование в них. Все изменяется, разлагается и распадается, даже Брахма и все Боги, а зло трансмутируется и поглощается Добром.
147
Тиб. Че-ньид-ма-бу, санскр. Дхармата-Матри-Путра. В переводе Реальность Мать и Дитя, или Внутренний и Внешний Свет. Реальность-Дитя (Истина или Свет) познается в этом мире путем углубленной медитации (санскр. дхьяна). Реальность-Мать есть изначальная, или основополагающая Истина, постигаемая только после смерти, в Промежуточном (Бардо) состоянии в тот момент, когда принцип сознания покидает тело и кармические силы еще не начали действовать. Тогда на мгновение осознается Реальность, или Всеобъемлющее Сознание, которое для успокоенного, невозмутимого изначального ума есть предвкушение Нирваны. Сохранились многочисленные свидетельства о Великих Святых, живших в различные эпохи в различных странах, которые в момент смерти видели этот Свет, называемый язычниками Светом Богов, христианами – Светом Христа, а буддистами – Светом Истины. Внутренний и Внешний Свет сливаются в сознании йога, посвятившего свою жизнь приобретению трансцендентального опыта (что встречается редко). Тогда все виды кармической привязанности к жизни в сансаре прекращают свое действие и наступает полное просветление.
148
Имеются в виду опасности, вызываемые физическими и психическими факторами, и многочисленные препятствия и искушения, преследующие йога во время медитации, то есть во время практики йоги.
Все ученики радовались, когда гуру произнес эти пророческие слова. Потом гуру позволил им ознакомиться с его священными книгами и рукописями, в которых изложены Мистические Истины и оккультные учения. Днем он давал наставления своим ученикам, вел беседы с ними и читал им проповеди, а ночью учил их медитировать, и они значительно продвинулись в духовном развитии.
Однажды ночью, совершая обряд посвящения в Юм (Текст-Мать), лама решил определить, опираясь на свою интуицию, к каким разделам Учения имеет наибольшую склонность каждый из четырех ближайших учеников, с тем чтобы отдать каждому из них те священные тексты, которые будут наиболее полезны им. И поэтому он решил понаблюдать за знамениями на рассвете.
На следующий день на рассвете он видел своих учеников своим ясновидящим взором: Нгогдун-Чудора из Жунга, объясняющим значение ритуала Гайпа-Дордже; Цуртен-Ванг-Гая из Дела, медитирующим на Пхо-ва (переносе принципа сознания); Метена-Ценпо из Цанг-ронга, медитирующим на Ед-Сал (Ясном Свете) и меня, медитирующим на Тум-мо (способе выработки жизненного тепла) [149] .
Так он был тайно извещен о способностях каждого ученика к овладению теми знаниями, которые будут наиболее полезными для него и в которые он должен будет посвящать других.
149
Помимо выработки физического тепла, применение этого учения способствует духовному развитию и поэтому служит тибетскому отшельнику большим помощником во время медитации.
И он подарил каждому из нас свои самые лучшие из последних трудов. Ламе Нгогпа он дал текст с комментариями к Гьюд (тантрам), в котором в соответствии с четырьмя методами и шестью целями изложение было таким ясным и последовательным, что его можно было уподобить жемчужинам, нанизанным на нить. К этому он добавил вещи, ранее принадлежавшие Наропе, – шесть украшений, жертвенную ложку и рубиновые четки. Он также передал ему индийские комментарии к текстам, отданным ему ранее, и завещал ему трудиться ради всеобщего блага и проповедовать всем живым существам.
Цуртен-Ванг-Гаю из Дела Марпа подарил текст Пхо-ва (перенос принципа сознания), что подобен птице, вылетающей из открытого слухового окна [150] . Ему также были отданы волосы, ногти и пилюли [151] Наропы, а также ритуальный головной убор, украшенный изображениями Пяти Дхьяни-Будд [152] и дано наставление практиковать Пхо-ва.
Метену-Ценпо из Цанг-ронга был отдан текст Ед-Сал (Ясного Света), который подобен зажженному светильнику, рассеивающему ночную тьму [153] , колокольчик, маленький сдвоенный барабан (дамару) и чаша для возлияний из морской раковины и дан наказ следовать коротким путем через Бардо – промежуточное состояние между смертью и новым рождением.
150
Отверстие Брахмы (Брахмарандхра), находящееся на линии стреловидного шва темени, соединяющего две теменные кости, которые открываются с помощью практики Пхо-ва, являющейся частью Кундалини-Йоги. Вылетающая из него птица символизирует принцип сознания, покидающий тело через это отверстие – навсегда в момент смерти или на время, когда применяется этот метод йоги.
151
Эти пилюли употреблялись не для лечения болезней, а как средство против неведения (авидьи) – причины, приводящей к смерти и новому рождению. Наропа приготовил их оккультным способом и зарядил их своей благодатной психической энергией. Такой рецепт хранится в тайне и обычно включает специи и снадобья, которые святой или благочестивый лама смешивает таким образом, что они, как утверждают верующие, впитывают излучения благодати, исходящие от его ауры, а затем передают их тому, кто употребляет пилюли.
152
Этот головной убор состоит из пяти кусков, имеющих форму груши с заостренным концом, которые обычно вырезают из толстой тибетской бумаги для рукописей. На каждом из них рисуют изображение одного из пяти Дхьяни-Будд и расписывают их золотой и серебряной красками. Куски скрепляют друг с другом по краям, оставляя концы свободными, что придает этому нарядному головному убору сходство с короной.
153
Под Ясным Светом подразумевается состояние экстаза, во время которого мрак неведения – авидья рассеивается как «тьма ночная» проблесками высшего сознания, то есть Нирваны или Просветления.
А мне Марпа дал текст о Тум-мо (получении жизненного тепла, которое подобно пламени, охватившему хворост), а также шапку Майтри [154] , которую носят йоги Каргьютпа, и одеяние Наропы, а затем велел мне медитировать в уединении в различных местах – на горных вершинах, в пещерах и в лесу. Затем перед большим собранием учеников, обращаясь преимущественно к четырем ближайшим ученикам, Марпа сказал: «Я передал каждому из вас те тексты и разделы Учения, с помощью которых вы придете к цели кратчайшим путем, и я предвижу, что именно эти знания будут наилучшим образом способствовать развитию ваших учеников. Я потерял сына Додай-Бума и потому завещаю вам заботиться о сохранности моих священных текстов и реликвий. Будьте преданными защитниками и проповедниками Учения. Да будет процветать оно и распространяться». Сказав так, Марпа отпустил троих учеников. А мне он сказал: «Ты поживи со мной еще несколько лет. У меня есть несколько разделов Знания, в которые я хочу посвятить тебя, и, кроме того, мое присутствие будет тебе полезным». Выполняя его волю, я поселился в пещере Занг-пхуг [155] , о которой было пророчество Наропы. Гуру и его жена регулярно посылали мне долю от их трапезы и часть приношений от каждой религиозной церемонии, даже самой скромной.
154
Шапка Майтри – Такую шапку носил великий индийский йог Майтри. Ее носят йоги Каргьютпа как напоминание об этой реликвии. На ней изображен мистический знак, напоминающий андреевский крест.
155
Медная Пещера.
Так я проводил время в сладчайшей медитации несколько лет, совершенствуясь в познании под руководством моего гуру до тех пор, пока не взросли в моем сердце всходы Высшей Мудрости». (Это был рассказ о четвертом приносящем заслугу деянии Миларепы.)
ГЛАВА VIII. РАССТАВАНИЕ С ГУРУ
Речунг тогда спросил Джецюна: «Что заставило тебя покинуть Марпу и сколько лет перед возвращением на родину ты провел, медитируя в пещере?»
Джецюн отвечал: «Я пробыл там много лет. А вернуться домой меня побудили следующие обстоятельства.
Медитируя в пещере, я шаг за шагом продвигался вперед в моем духовном развитии. Обычно я не спал, но однажды под утро я заснул надолго и увидел во сне, что мой дом «Четыре Колонны и Восемь Столбов» разрушается по причине ветхости и похож на уши старого осла. Священные книги заливает вода, проникая через дырявую крышу. Поле «Треугольник Вормы» заросло бурьяном. Моя мать умерла, а моя единственная сестра, оставшись одна, ушла из дома и где-то бродит. Я очень тяжело переживал смерть матери, так как я ни разу не повидался с ней, с тех пор как мы расстались много лет назад в то тяжелое для нас время, и я окликал мою мать и сестру и горько плакал. Проснувшись, я увидел, что моя подушка смочена слезами. Когда я стал думать об этом сне, я еще сильнее захотел увидеть мать и снова разрыдался. И поэтому я решил тогда во что бы то ни стало пойти домой, чтобы повидаться с ней.