Чтение онлайн

Правда следует отдать должное - это была самая механизированная стройка века. Нижние слои земли начали выкапывать осенью, после уборки урожая. И когда несколько миллионов человек в стране поняли, что урожая не хватит на то чтобы выжить, отбоя в рабочей силе у нас не было. Вдобавок высвободилось около десятка тысяч тракторов. Пошла первая продукция Московского завода грузовых автомобилей - на них ставилась шестицилиндровая версия тракторного дизеля мощностью в уже в семьдесят лошадиных сил, и на стройку Миша выделил сначала тысячу, а к концу строительства грузовиков было уже больше пяти тысяч. Были обкатаны на этой стройке века, как ее именовали зарубежные граждане, и тяжелые рельсовые пути, и шестидесятитонные вагоны… А Георгий сказал просто:

– Не надо плодить дармоедов. Кто не работает, хотя и может - тот не ест. А у меня три миллиона работать могут, но занять из нечем. Путь мне землю сберегают!

Перекрыли Днепр в самое маловодье, поздней осенью две тысячи второго года. А в начале лета две тысячи третьего первый генератор мощностью в семьдесят два с половиной мегаватта встал под нагрузку. Харьковский генератор с Новороссийской турбиной. Но это было потом.

Московский завод грузовых автомобилей был заложен еще осенью тысяча девятисотого. Москва всегда была промышленным сердцем страны, пока из нее не сделали внутриМКАДье.

А в тысяча девятьсот первом в Москве были заложены завод землеройных машин, завод подъемных кранов, завод электроприборов, мотоциклетный завод, часовой, завод подъемных машин, два домостроительных комбината. В апреле же началось строительство канала имени Москвы (а в ноябре оно уже закончилось) и Иваньковского водохранилища. Всего в Москве и губернии было одновременно заложено больше сотни заводов, а вообще по стране в девятьсот первом году их было заложено почти две тысячи. Из них более пятисот - в Сибири и на Дальнем Востоке.

Конечно, наличных возможностей собственного станкостроения для комплектации всего строящегося не хватало. Но Америка - страна богатая и большая. И спокойно поглощала практически всю продукцию ЦТЗ, что давало нам сто миллионов долларов прибыли в год, аналогичный по деньгам выпуск Минского тракторного (минский трактор шел уже с тридцатишестисильным двигателем, но и строил на шестьсот долларов дороже), холодильники "Север" и аналогичный "Саратов" по две тысячи в сутки и тысячу "Морозков". А еще - карболитовые телефоны с дисковым номеронабирателем по пятьдесят долларов - по две тысячи штук в день и к ним релейные АТС на тысячу номеров по пятьдесят тысяч - пару в сутки. Еще - безопасные бритвы и лезвия к ним - по два цента всего, но полмиллиона в сутки, авторучки в карболитовом корпусе, шинковки для овощей, ручные миксеры… А еще - триста тысяч автомобилей серии "Калуга" (на вид - 407-й Москвич - в металлоломе такие штампы попались - правда с двадцатидвухсильным двигателем) и двести тысяч - серии "Сибирь" (пикап с тем же движком). Эти шли по семьсот долларов и приносили по пятьсот чистой прибыли. Всего же с богатой Америки бедная Россия имела миллиард долларов прибыли в год и успешно этот миллиард тратила на оборудование своих заводов.

План года по переселению хоть с трудом, но выполнить удалось. С трудом потому, что в Омской губернии в степи возникли трудности с лесом для строительства. Пришлось срочно строить кирпичные заводы и крестьянские избы возводить из кирпича. Но зато после завершения первой волны строительства новопостроенные цементные и кирпичные заводы обеспечили стройматериалами и Омск, и растущий как на дрожжах Александровский - Георгий переименовывать город в Новосибирск не захотел.

Тысяча девятьсот второй год ознаменовался несколькими важными событиями. Начались эти события сразу же с наступлением нового года. Мы, уже в некотором роде традиционно, собрались в тесном кругу царской семьи. За столом собрались я, будучи дядей уже Великой Княгини Алёны, сама ВК, сам ВК, ну и царь с женой и сестрами тоже пришли.

 Посиделки мы устроили в Кремле - Георгий вполне разумно предпочел не рисковать здоровьем и столицу указом от седьмого ноября тысяча девятьсот первого года перенесли в Москву. Поэтому и посиделки наши случились в Грановитой палате Кремля.

Выпив по бокалу шампанского с двенадцатым ударом курантов, мы приступили к обсуждению годовых планов. Первым выступил царь.

– Ребята, сказал он, - я в этом году подустал что-то, ведь весь год не спамши, так что я спать пойду. А вы уж сами как-нибудь, без меня решите что и когда делать будете на благо Державы. Только учтите: государство - не дойная корова, и денег я вам не дам. Все, пошел.

Ну мы и обсудили.

Поэтому проснувшийся с утра государь подписал несколько уже готовых законов, главными из которых были закон о введении института учебных институтов для людей из податных сословий, закон о референдумах о независимости в Финляндии и Польше и закон об отмене черты оседлости. Последний закон Георгий перечитал дважды, потом хмыкнул, понимающе мне подмигнул мне и подписал и его.

Первым случился референдум в Финляндии. Финны - народ неторопливый. Но - вдумчивый. Поэтому первого апреля единодушно проголосовала за полную интеграцию с Российской Империей. Независимость - независимостью, и свои независимые деньги тоже иметь приятно. Но только тогда, когда курс их обеспечивает богатая страна. Так что к лету уже Гельсингфорская губерния полностью перешла на русские деньги, а генерал-губернатор стал просто губернатором.

Двадцать второго апреля поляки (поскольку народ торопливый, но не вдумчивый) проголосовали за независимость. И через год, после завершения переходного периода, должны были стать сами себе хозяевами. Поскольку и среди поляков народ попадался вполне адекватный, два десятка вновь созданных учебных институтов в России оказались вполне обеспечены профессорско-преподавательским составом. Ну а навстречу потоку "технической интеллигенции" из России хлынул другой поток.

Я-то, предлагая отмену "черты оседлости", имел в виду таким образом отблагодарить Изиных родственников. Но оказалось, что богоизбранные отблагодариваться не пожелали. Еще бы - теперь они оказались в равных правах со всеми народами России. То есть в армии - служи, налоги за торговлю спиртным - плати, ростовщичеством заниматься - ни-ни. И, что особенно обидно, в университеты теперь поступай не по "национальной квоте", а по результатам экзаменов.

– Миш, - спросил я, удивленный данными о выезжающих в почти независимую уже Польшу - чем они недовольны-то? Сейчас им ведь все свободы, жить можно где угодно, делать что хочется.

– Дядя Вася, ты дурак? Они и раньше где угодно жить могли. Ты на карту-то посмотри - синагоги стоят хоть в Нерчинске, хоть в Якутске, хоть во Владивостоке или Петропавловске. Просто в черте-то своей они по своим законам жили, а теперь везде надо по Российским. Да и раввинам их придется перед Синодом отчитываться. Я-то думал, ты знаешь что предлагаешь. Георгий меня уже даже спрашивал, за что ты так иудеев не любишь. Но сделанного не воротишь, да и пользы России от них немного было. Плевать, и ты плюнь. Зато посмотри, сколько у нас городов для строительства заводов освобождается! В Минске народу треть уехала, с жильем для горожан свободно стало. Я вот думаю, построим-ка мы в нем еще один тракторный завод, как думаешь?

– И большегрузных автомобилей. Есть у меня одна мыслишка по этому поводу…

Был у меня один одноклассник, он раньше кассиром в автосервисе советском работал. И сейчас работает, замом финансового директора "группы ГАЗ". С ним удалось довольно быстро договориться и за всего полмиллиона рублей золотом (которое и менять на бумажки не пришлось) или двести без малого миллионов вечнозелеными президентами "на мою сторону" было перекинуто все оборудование Миасского завода. Ну и, для комплекта, часть с Ярославского моторного. В рамках, так сказать, "модернизации производства". То есть закупил-то все это я как "металлолом" для "строительства завода в Аргентине", но для прикрытия операции в Аргентину на еще такую же сумму были закуплены нормальные станки у японцев и немцев.