Чтение онлайн

– Работает. Думала сначала, что кончился бензин.

– Что станем делать? Пойдем пешком?

– Если не хотим выдать себя, то пойдем.

– Даже тогда это будет небезопасно.

– Придется рискнуть, - сказала она и, откинувшись на сиденье, чиркнула зажигалкой.

– Вы были там раньше?

– Конечно, нет.

– Я думаю...
– она прервала меня на полуслове.

– Не думай, поцелуй меня.

– Я полагал, что второго шанса у меня не будет.

– Женщина имеет право передумать.

– Возможно, но я не передумал.

Она прижалась ко мне. Ее губы жадно искали мои и, наконец нашли.

– В чем дело!
– требовательно выкрикнула она, оторвавшись.
– Ты не хочешь? Не отвечаешь? Поцелуй меня крепко-крепко, дорогой и положи мне руку на грудь, можно...

Вдруг она вырвалась, даже не взглянув на меня... и я слишком поздно среагировал.

Что-то твердое уперлось мне в спину и знакомый голос проворчал:

– Ну, вылезай, малышка!

Лорелея птицей выпорхнула из машины. Это был Мел Кулгрен.

Она увидела его раньше, чем я, и сделала все, чтобы я его заметил как можно позже.

Сжав зубы, она подняла руку с длинными ногтями и ударила меня по щеке. Кольца были с камнями и я почувствовал, как по щеке побежала кровь. Неплохой удар для женщины.

– Ты слышал, подонок, что тебе сказали? Выскакивай из машины и не шуми!
– зашипела Лорелея.

Я вылез, чувствуя, как пистолет Кулгрена пересчитывает мне позвонки.

– Я думала, что ты насторожишься когда я стану щелкать зажигалкой. Для частного детектива ты не слишком умен.

Я то насторожился, но не рассчитывал, что она кинется мне на грудь. Но с ее стороны тоже было нетактично использовать свою "проницательность".

Он улыбнулся мне одним ртом, а глаза его поблескивали. Я покосился на его пистолет. "Полиспейшел-38". Когда-то, должно быть, его носил полицейский - молодой парень вышедший на первое задание. Парень жил с женой в маленьком городке и получал в неделю ровно столько, сколько тратил Кулгрен на выпивку для своих дружков. Теперь парнишка мертв, а Кулгрен стреляет из его 38-го. Или это был старый коп, слегка циничный, опытный, проживший в участке полжизни за низкую плату и ежедневный шанс получить пулю в спину. Но без него и без таких молодых парнишек нам пришлось бы только полагаться на милосердие друг друга.

– Этот пистолет полицейского? Если ты убил полицейского, тебе будет плохо, Кулгрен.

Он сглотнул и поднял пистолет повыше, но Лорелея промурлыкала своим музыкальным голосом:

– Нет, не теперь... Мел.

– Ты или твой приятель убили Лолу Шеал, потому что она знала слишком много. За это я до тебя доберусь, Кулгрен.

– Ты не успеешь, милый, - ответила миссис Дрейк.
– Иди вперед и помни, если начнешь дурить, то у меня есть пистолет.

Мы обошли развилку и поднялись немного вверх. "Старое ранчо" светилось между деревьями, рядом плескалась теплая вода бассейна.

Подойдя к домику, Кулгрен сказал:

– Теперь зажги свет, Джонс.

В одной из комнат дома засветили окна и мы вошли внутрь. Это была огромная гостиная, когда-то сверкавшая позолотой, как и все в этом пустом, обветшавшем доме. Мебели почти не было - кресло, обтянутое шкурой, стол, покрытый пылью и грязью, на четырех витых ножках, драная тряпка, отдаленно напоминающая ковер, другое кресло с отломанным подлокотником, придвинутое к закопченному камину.

Барлет Альтон Дрейк был привязан к этому креслу. Рот был заткнут его же собственной белой рубашкой. Она была обернута вокруг головы и влажно блестела от слюны там, где был его рот. Ноги его были босы и покрыты следами от ожогов. Небольшой, но жаркий огонь вился в камине, где на пламенеющих углях лежала вишневая от жара кочерга. В воздухе стоял удушливый запах горелого мяса.

Лорелея окинула спокойным взглядом это чучело в кресле. В этом взгляде не было ни жалости, ни ненависти. Ее лицо было спокойно и красиво. Она сорвала блестящую полоску с новой пачки сигарет и достала одну с золотым ободком.

– Он еще не заговорил, Джино?

Толстый парень с белой прядью в темных волосах весело оскалился.

– Пока нет.

– Когда ты захочешь что-то сказать, Барлет, кивни, пожалуйста, и мы снимем повязку. Это все, что от тебя требуется.

Он все смотрел на нее с каким-то ужасом. Но там, в его глазах, было и что-то такое, чего она никогда прежде не видела. Возможно, он даже сам не мог об этом знать... упрямство.

Она глубоко затянулась и потом воткнула вспыхнувший конец сигареты ему в лицо. Он заерзал в кресле.

На его лице капельками выступил пот. Он молчал.

– У нас впереди вся ночь, - спокойно сказала она.
– И есть еще и другой способ. Никакой человек долго не выдержит.
– Она взглянула на Кулгрена и добавила: - Выпьем?