Чтение онлайн

Он подал Дэвиду неожиданно крепкую, сухую руку. Они, не оборачиваясь, направились к бесконечному, тихому, блестящему под утренним солнцем океану.

— Сыночек, — сказал отец и Мэтью отпрянул. Он шептал, — неразборчиво, быстро, и юноша, прислушавшись, уловил: "Сыночек мой, маленький…"

Потом он вытянулся и затих. Мэтью стоял, глядя на его лицо. Юноша услышал сзади голос Макдональда: "Мне очень жаль, мистер Бенджамин-Вулф. Мы подготовим тело к погребению".

— Да, — отозвался Мэтью, — жаль, что на нашем семейном участке не получится, из-за эпидемии, ну что делать. Спасибо вам.

Юноша вышел из барака. С наслаждением сорвав повязку, он вдохнул свежий, весенний ветер с моря: "Надеюсь, ты будешь гореть в аду, дорогой папа! Что бы тебе стоило прийти в себя, хоть ненадолго".

— Хотя, — хмыкнул Мэтью, — этот упрямец и тогда бы мне ничего не сказал. Значит, либо Дэниел, либо мой дорогой невинный братец, он же — мой сын. Вот и узнаем, — он обернулся на барак, и, в сердцах сплюнув, — пошел к городу.

Золотистые, пышные волосы падали на воротник черного сюртука. Мэтью поправил воротник белоснежной рубашки. Повертевшись перед зеркалом, он перевязал шелковый, черный галстук: "Траур мне идет, ничего не скажешь".

На лацкане блестела булавка с наугольником и циркулем. "С этой оспой, — подумал Мэтью, привольно устроившись в кресле, — все получилось просто отлично. Быстрые похороны, никаких проповедей в церкви, — ненавижу их. Свидетельство о смерти у меня на руках. Возьму в поместье остальные документы, съезжу в горы напоследок, — Салли, пожалуй, туда заберу, — и в Бостон".

— Спи спокойно, дорогой папа, — он налил в бокал бургундского вина. Блаженно закрыв глаза, юноша выпил. На улице кто-то звонил в колокольчик. Мэтью, высунувшись из окна постоялого двора, увидел телегу, покрытую холстом.

— Трупы везут, — равнодушно подумал он. "Ужасная скука этот карантин, даже шлюхи все из города разбежались. Но я и в лучшие времена ими не увлекался, — Мэтью усмехнулся и протянул руку за бутылкой темного стекла. "Одно дело — негры, никто по ним плакать не будет, а другое дело белые, пусть и шлюхи.

Кто это мне рассказывал? Капитан Картер, да. Он до войны в Россию плавал, там есть белые рабы. Вот это бы мне по душе пришлось, конечно, — Мэтью раздул ноздри. Налив себе еще вина, порывшись в отцовских книгах, юноша открыл "Историю Америки" Робертсона. Мэтью зажег еще свечей и погрузился в чтение.

Виргиния

Марта оторвалась от счетных книг. Покусав перо, она взглянула в окно — Тедди гулял по дорожкам сада, держась за руку мамаши Перл. "Уже без помочей, — улыбнулась девушка. "Легко все прошло, конечно. Неделя, как и говорил Макдональд. Покапризничал, жар у него был, у меня тоже, вот и все. Хорошо, что у миссис Перл оспа была, еще в детстве".

Она взяла чистый лист бумаги. Задумавшись, Марта сказала себе: "Если он умрет, останется только Мэтью. Яд? Нет, опасно, в Акадии я знала — какие травы для этого нужны, а тут совсем другие растения. А если он не умрет…, - Марта отложила перо и дернула уголком рта. "Я не могу, не могу больше жить с ним, и убежать не могу — нельзя тут папу оставлять".

Девушка вздохнула. Откинувшись в кресле, она обвела взглядом кабинет свекра — тяжелые тома в кожаных переплетах на дубовых полках, покрытый зеленым сукном стол, мраморный камин с красивыми, бронзовыми часами.

Марта повертела в тонких пальцах ключ. Железный шкап был встроен в стену. "Продам драгоценности, и денег хватит до Старого Света добраться, — решила она. "И чтобы обустроиться там — тоже хватит. Но папа, как его везти? Если только…, - она вдруг улыбнулась. Поднявшись, легко пройдясь по персидскому ковру, Марта посмотрелась в большое зеркало.

Волосы были неприкрыты, по-домашнему, и уложены в высокую, чуть напудренную прическу. Зеленые глаза сияли. Марта, приглядевшись, увидела чуть заметную, тончайшую морщинку между бронзовыми бровями.

— А ведь мне только восемнадцать, — грустно вздохнула она. "Ладно, — девушка подхватила пальцами подол шелкового, расшитого бронзовым кружевом, платья. "Значит, так. Папа делает вид, что ему очень плохо. Зовем Макдональда, с ним я договорюсь. Тот велит перевезти его в Вильямсбург, — чтобы обеспечить постоянный уход. Оттуда мне приходит письмо — папа при смерти. Еду прощаться, садимся на корабль, и поминай, как звали".

Она вдохнула стойкий аромат табака и кельнской воды, и подмигнула себе: "Пусть Мэтью со мной разводится, пусть что хочет, то и делает. Не позволю своему сыну жизнь калечить, и вообще, — она усмехнулась, — я не племенная кобыла для мистера Дэвида, хватит. Уедем во Францию, в какой-нибудь маленький городок, папа встанет на ноги, Тедди подрастет…, Все будет хорошо".

В дверь постучали. Салли, нажав на ручку, просунула голову внутрь: "У меня все готово, миссис Марта".

— Иди сюда, — девушка усадила ее в кресло. Наклонившись, целуя темные кудри, Марта прошептала: "Ты только ничего не бойся. Бумаги тебе я написала, почерком мистера Дэвида, только печати нет, он ее увез, — Марта развела руками. "Мол, ты была у него нянькой, а сейчас едешь в Бостон, на новое место службы. Салли Хит, как тебя и зовут на самом деле. В большие города не суйся, иди деревнями".

Салли всхлипнула и, держась за руку Марты, проговорила: "А если Натаниэля убили? Как капитана Горовица?"

Марта помрачнела. Присев на ручку кресла, обнимая девушку, она твердо сказала: "Убили бы — в газете бы напечатали, поверь мне. Мы бы увидели. И вообще, они с зимы не воюют, сама знаешь. Может, и не будут больше".

— Хотелось бы, — вздохнула Салли. Помолчав, негритянка добавила: "Расскажу все Натаниэлю, и не отговаривайте меня. Он моим мужем будет, нельзя такое скрывать".

Марта положила руку на свой тонкий, с изумрудами, крестик: "Никогда больше замуж не выйду, хватит. После мистера Дэвида мне такого точно — больше не захочется".

— Рассказывай, — Марта поджала губы и поцеловала теплый, смуглый висок. "Он у тебя парень хороший, поймет. Возьми у меня кольцо какое-нибудь, вам же деньги понадобятся…"

— Опасно, — покачала головой Салли. "Вдруг остановят меня, обыскивать будут, решат, что украла…"

— Серебро я тебе все равно дам, — Марта поднялась и подошла к шкапу. "Попрошу повара приготовить больше еды на ужин, мясо с собой возьмешь, яйца…"

— Куда возьмет? — раздался знакомый голос с порога. Марта, повернувшись, спокойно ответила: "На пикник. Я завтра Тедди хотела на реку сводить. Салли с нами отправится, посмотрит за мальчиком".

Негритянка вскочила. Опустив голову, она поклонилась: "Простите, мистер Мэтью…"

— Иди к себе, — он щелкнул пальцами. Пройдя к столу, сев в кресло, Мэтью велел: "Дверь закрой". Марта незаметно сунула ключ от шкапа на грудь. Прислонившись спиной к двери, она посмотрела на черный сюртук мужа.

— Мне очень жаль, — наконец, сказала девушка. "Очень жаль, Мэтью".

— Да, — рассеянно отозвался мужчина, роясь в ящиках стола, — впрочем, он не страдал, все время был без памяти. Позови мне Сандерса, и вели принести сюда бутылку бургундского вина и какие-нибудь закуски с кухни. Где мой сын? — он издевательски усмехнулся.