Чтение онлайн

– Даме плохо!
– услышали они крик. Федор, увидел, как мадам Гаспар, бледнея, сползает на персидский ковер. Мужчина ринулся к ней. Она упала ему на руки, зеленые глаза закатились. Федор, донес ее до дивана, и согнал каких-то игроков. Он приказал:

– Немедленно приведите врача, дайте капель! Должны же у вас быть капли! Мадам Гаспар, - попросил он, - я сейчас, сейчас..., - вокруг дивана собрались люди. Он растолкал всех, и нашел управляющего казино.

– Быстро за врачом, - велел ему Федор, - дама в обмороке.

Он не заметил, как Достоевский склонился над спинкой дивана. Марта дрогнула ресницами, пошевелила губами. «Не выдавайте меня, - прочел Достоевский, - Федор Михайлович».

Она говорила по-русски.

– Не выдам, Марфа Федоровна, - он быстрым шагом ушел обратно на террасу. Герр Беккер и князь Карл нашли среди игроков какого-то врача. Доктор тоже играл в баккара, сидел в отдельном кабинете и не слышал шума. Марта, полулежа на диване, очнувшись, пила брют из заботливо поданного хрустального бокала.

Она поднесла к носу кружевной платок, намоченный ландышевыми каплями: «Закружилась голова, здесь очень душно. Беспокоиться не о чем, господа, - Марта приняла руку князя Карла и весело сказала:

– Мне лучше. Пойдемте, герр Беккер, - велела она, - я вам выиграла десять талеров. Сядем еще за одну партию, а потом, - Марта вздернула острый подбородок, - я попробую рулетку. Князь Карл меня обучит, - ласково сказала она, - и вы, герр Беккер, тоже.

Федор поддержал ее за левую руку и покорно последовал обратно в кабинет.

За табльдотом на следующее утро Марта не появилась. Она вышла из гостиницы рано, когда еще не звонили колокола церквей. Женщина надела скромное, из дорогого, итальянского шелка, утреннее платье, темно-зеленое, отделанное лишь полоской кружев и такой же капор. За рулеткой она была осторожна. Марта сидела за другим игорным столом, не тем, где ей предстояло в скором времени разорить Федора Петровича. Она ставила фишки по пять талеров, иногда выигрывала, иногда проигрывала. Женщина рассеянно слушала подсказки князя и герра Беккера. Они устроились по обе стороны от Марты.

Ее не надо было учить рулетке. В Лондоне, на Ладгейт-Хилл, в подвале, была оборудована игорная комната.

– Это важное умение, - Джон занял место крупье, - мы его молодежи преподаем. В карты ты играешь отменно, - он раскрутил волчок, - а теперь я тебе покажу, как действует рулетка.

Федор Михайлович, он был за другим столом, все посматривал на Марту. Женщина, поймав его взгляд, едва заметно покачала головой.

– Он не играл, - Марта, следила за волчком, - только в карты, в Семипалатинске. Он похудел, плохо выглядит..., - женщина отпила шампанского:

– Федор Петрович сделает все, что я ему скажу, поставит на любое число. Вот и отлично. Он проиграется, а деньги ему здесь занять не у кого. Не у князя же Карла, - Марта, невольно улыбнулась.

– Он пойдет к администрации казино, они потребуют долговую расписку, Федор Петрович ее выдаст и опять проиграется. Они вызовут полицию..., - Марта потребовала: «Герр Беккер, закажите мне фруктов и сорбет. Лимонный, - добавила женщина, - мой любимый».

Она изящно ела сорбет серебряной ложечкой.

– Полиция пошлет телеграмму в Берлин, выяснится, что у него подложные документы..., Это уголовное преступление. Он окажется в местной тюрьме и его карьера будет разрушена. Не говоря уже о долге. У него дети. Он пойдет на все, что угодно, ради мальчиков.

Марта ушла из казино в выигрыше, оставив при себе двести талеров. Садилась за стол она с двумя фишками по двадцать талеров каждая. Ее спутникам тоже повезло. Князь Карл заметил:

– Вы, мадам Гаспар, непременно должны посетить Монте-Карло, наше новое казино. Вы будете блистать всю зиму, приносить удачу моему княжеству..., - принципал склонился над ее рукой. Марта, увидела, что Федор Петрович отвернулся. Она, лукаво, ответила:

– Посмотрим, ваше высочество. Меня приглашают в Венецию. Я буду жить в палаццо на, Большом Канале, посещать оперу..., У вас еще нет оперы?
– невинно поинтересовалась Марта у князя и махнула рукой:

– О чем это я? У вас и железной дороги нет. Герр Беккер меня проводит, - она подождала, пока Федор окутает ее плечи накидкой.

По дороге в гостиницу она была ласкова, расспрашивала герра Беккера о берлинских магазинах. Женщина остановилась у двери своего номера:

– Спокойной ночи, мой дорогой Отто. Могу я вас так называть?
– Марта склонила голову. Была глубокая ночь, в полутемном коридоре отеля еле горели газовые рожки.

У него отхлынула кровь от лица: «Конечно, мадам Гаспар, я даже не смел подумать...»

– Называйте меня мадам Полина, герр Отто, - разрешила она: «Вы отличный наставник. Завтра мы с вами начнем играть по-настоящему. Не беспокойте меня утром, - властным тоном велела Марта, - я позавтракаю в постели, а после ванн отправлюсь на прогулку верхом, с князем Карлом. Спокойной ночи, герр Отто, - Марта, с наслаждением, захлопнула дверь. Конверт от Джона лежал прямо на ковре.

Утром она прошла по тихим, выложенным булыжникам улицам Баден-Бадена и оказалась перед трехэтажным домом, на берегу реки, с вывеской: «Семейный пансион Мюльбах». На окнах, в деревянных ящиках, цвели герани.

– А если он спит?
– Марта остановилась и подергала ленты капора: «Мы уходили после четырех утра, а Федор Михайлович еще был у рулетки..., - Марта взглянула на свой золотой хронометр. Было чуть позже семи. «Все равно, - она решительно толкнула дверь, - мне надо его увидеть». Внизу приятно пахло жареными сосисками, свежим хлебом, кофе. Полная хозяйка в темном платье вскочила из-за стойки: «Фрау...»

– Принесите мне кофе, - Марта кинула взгляд в сторону задней двери, - в сад, и разбудите вашего постояльца, герра Достоевского, русского, - велела Марта.

– Если он еще спит. У меня срочное дело, - она со значением положила на стойку серебряную монету. Та исчезла в кармане передника женщины: «Булочки с корицей, фрау, совсем свежие. Не извольте беспокоиться, пройдите в сад. Я все устрою».

Марта отогнала позднюю пчелу, что вилась над фарфоровым блюдом с булочками и отчего-то улыбнулась. В «Stephanie Les Bains», за табльдотом, подавали русскую черную икру, французские сыры и ветчину из Испании. Она отпила горячего кофе с молоком, и услышала за своей спиной голос: «Марфа Федоровна, я не ожидал, что…»