Чтение онлайн

— Танцевать, флиртовать, играть в карты, — Мэри стала закалывать косы на голове дочери.

«Тебе быстро надоест, разве что только…, - она улыбнулась и не закончила.

— Что? — спросила Энни.

— Потом скажу, — Мэри полюбовалась белокурой головой девочки. «Такая ты у меня красавица! — сказала она нежно. Энни привалилась к ее боку и попросила: «Расскажи сказку, мамочка, только не из Писания, а про принцесс и рыцарей».

Мэри подумала и, таинственным голосом начала: «Давным-давно, когда нас еще на свете не было, жил в Англии великий король, по имени Артур…».

Чарли Уильямс собрал рыбу в плетеную корзину и, свернув сети, положив их в лодку, обернулся на ворота поселения — отца уже не было видно.

Мальчик поднял плоский камешек и швырнул его в реку. С запада, с гор, на прибрежную равнину шла огромная, серая туча, подул резкий ветер и Чарли, посмотрев на коричневые волны — поежился. «А монстра сожгли! — сказал мальчик нарочито веселым голосом.

«Александр сказал, что не надо его бояться! Его сожгли и он не вернется».

— Конечно, не надо, — раздался знакомый голос откуда-то из глубин камышей. Чарли чуть не уронил корзину, глядя на высокого, темноволосого мальчика, что, раздвинув сухие стебли, смотрел на него.

— Сказали, что ты у индейцев, — пробормотал Чарли.

— У индейцев, — согласился Александр, показав на свои штаны тонкой, оленьей кожи и маленькую пирогу, что была спрятана в камышах.

— И что твоя мать стала женой вождя, его преподобие говорил, — продолжил мальчик.

— А вот это чушь, — рассмеялся Александр. «Ты можешь передать записку моей тете Мэри? — он достал из мешочка, что висел на шее, свернутый, маленький кусочек бумаги, и, протянув его Чарли, широко улыбнулся: «Я туда свою книгу взял, у нее несколько чистых листов было.

А написано соком ягод».

— Ты сюда на пироге приплыл? — восхищенно спросил Чарли. «Один?»

— Да тут река широкая, — лениво отозвался Александр, — а вот ты в горах, — он показал на пирогу, — попробуй с ней управиться. Меня три раза переворачивало.

Чарли сунул записку в карман холщовой, в пятнах от рыбы, куртки и твердо сказал: «Жди здесь. С ними все хорошо, миссис Мэри лежит, а Энни за ней ухаживает. Я скоро буду».

Александр проводил его глазами, и, вернувшись в камыши, прислонившись к пироге — стал строгать ножом какую-то палочку.

Капитан Рэдклифф закрыл большую счетную книгу и посмотрел на членов совета: «Ну, господа, теперь нам есть, чем торговать с индейцами».

— Это если они захотят с нами торговать, — ядовито ответил кто-то, — вон, их отрубленные головы еще на палках гниют.

— Ну, — вмешался его преподобие, на вожде Вахунсонакоке свет клином не сошелся, господа.

Сколько там у него под рукой племен, пятнадцать? Наверняка, среди них есть те, кто недоволен его правлением.

— Разделяй и властвуй, — рассмеялся Рэдклифф. «Преподобный отец прав — пусть индейцы сами перережут друг друга, так мы и очистим всю страну. Ну, капитан Ньюпорт, — глава колонии поднялся, — письма от наших поселенцев готовы, совет их все просмотрел, сами понимаете, испанцы тут рядом, не хотелось бы рисковать.

— А вы ведь родственник Питера Кроу, преподобный отец? — вдруг спросил Ньюпорт. «Вы не хотите передать весточку семье?».

— Я их сам навещу следующим летом, — нежно улыбнулся его преподобие, — но большое спасибо, капитан, так приятно, что вы о нас заботитесь. И я вам принес список всех колонистов — я сам его составил, — добавил его преподобие, протягивая капитану запечатанный конверт.

Ньюпорт сунул его в карман, и, сняв пальцами, нагар со свечи, поклонился: «Большое вам спасибо. Мои лондонские друзья просили меня, его привезти — всем интересно, есть ли тут их знакомые! Если найдутся, то в следующий раз, господа, ожидайте больше писем».

— Не найдутся, — холодно подумал Майкл Кроу. «Не зря я этот список вызвался сделать. О том, что мы с Мэри обвенчались, ни одна живая душа, кроме того священника в Тромсе не знает, да и что мы в Тромсе были — тоже никому не известно. В Новых Холмогорах я всем сказал, что отправился на Яву.

— А дорогая семья меня примет с распростертыми объятьями — особенно после известия о том, что Господь покарал гнусного насильника Николаса. Надо будет озаботиться ядом, можно всех разом и прикончить, — Майкл тряхнул каштановой головой и сказал: «Давайте я вас провожу до пристани, капитан, такой сегодня вечер красивый, хочется полюбоваться закатом. Я буду молиться о том, чтобы вы благополучно достигли берегов Англии».

— Аминь, — подытожил Рэдклифф и члены совета стали подниматься со своих мест.

— Сожги это, — велела Мэри дочери, прочитав записку от сестры. «Тетя Полли в безопасности, она ждет, пока вернется Александр, и уходит дальше в горы».

— А она правда стала женой вождя? — раскрыв рот, спросила Энни.

— Не повторяй ерунды, — Мэри поморщилась и улеглась поудобнее. «Давай, кидай письмо Чарли, Александр найдет способ, как его передать».

Девочка спустила во двор веревку из кусков простыни, и, подождав, пока Чарли отвяжет письмо, велела ему: «Беги со всех ног, а то сейчас ворота закрывать будут».

— Я нарочно корзину с рыбой на берегу оставил, — ухмыльнулся мальчик, — ну, заработаю подзатыльник от дозорного, ничего страшного.

Энни проводила глазами его светловолосую голову и услышала голос матери: «Давай быстро тут все приберем, если он найдет простыню, скажем, что на тряпки порвали, для родов». Мэри охнула и девочка, обеспокоенно спросила: «Все хорошо?».

— Да уж схватки, кажется, начались, — сказала Мэри, и, увидев, как побледнела дочь, добавила: «Не бойся, это еще на всю ночь, а то и больше. Как корабль отплывет, он нас отсюда выпустит».

— Давай я тебе спину поглажу, — предложила Энни, устроившись сзади. «Тебе же легче будет?»

— Легче, — улыбаясь, согласилась мать.

Капитан Ньюпорт посмотрел на берега Джеймстауна и приказал: «Поднимаем якорь, пока ветер с запада, надо успеть выйти из залива. И трап уберите, что он у вас болтается!»

— Капитан! — сказал кто-то. «Смотрите, шлюпка!»

В полумраке было видно только темноволосую голову того, кто сидел на веслах. «Господи, да это ребенок! — потрясенно подумал Ньюпорт.

Мальчик в индейской одежде ловко перебрался через борт корабля, и, сказал, изящно склонив голову:

— Добрый вечер, капитан. Меня зовут Александр Филипп Говард, граф Ноттингем, и я прошу вас передать письмо моим дедушке и бабушке, адмиралу де ла Марку и миссис де ла Марк, в Лондоне, собственный дом, рядом с церковью Святой Елены. А Дэниел Вулф, с которым вы плавали — мой кузен, — мальчик порылся в мешочке на шее и протянул Ньюпорту маленький конверт.

Тот хмыкнул, погладив бороду, оглядывая ребенка: «А почему я должен тебе верить?»