Венгерская хвосторога
Шрифт:
– Держи, Паркинсон.
Взяв в руки протянутую ей миску, она обожглась.
– Что это? – поморщилась Пэнси, дуя на подушечки пальцев.
– Каша с крольчатиной.
– Ты и кролика успел заавадить? – усмехнулась она, с показным недоверием ткнув ложкой в кусочек мяса, но кашу все-таки попробовала.
К ее удивлению варево Уизли оказалась вполне сносным, и даже, пожалуй, вкусным, но делать комплимент его поварскому таланту Пэнси не стала из вредности. Молча потянувшись к заплечной сумке, лежавшей у палатки, она достала из нее свои запасы. Развернув сверток, Пэнси выложила на скатерть сэндвичи.
– Будешь? – поинтересовалась она, протягивая один из них Чарли.
– Паркинсон, какая забота! Я польщен.
– Уизли, это элементарная вежливость.
– Ой, спасибо. Может, научишь меня тонкостям этикета?
– Уизли, просто скажи, ты будешь сэндвич? – повторила Пэнси.
Она так устала, что у нее даже не было желания запустить в него чем-нибудь.
– Давай, - Чарли сграбастал сэндвич из ее рук и, откусив от него довольно большой кусок, поинтересовался. – Сама делала?
«Мерлин… Неужели это семейное, и все Уизли говорят с набитым ртом?»
– Нет, моя мать, - отрезала она, давая понять, что не намерена продолжать беседу.
После ужина Пэнси забросила миску в ведро с водой и собиралась уже удалиться, но ее нагнал вопрос куратора:
– А мыть кто будет?
– А я должна это делать?
– Паркинсон, я похож на твоего домовика? – язвительно поинтересовался Чарли.
Пэнси насупилась и, достав миску двумя пальцами, принялась брезгливо окунать ее в воду, бурча себе под нос:
– А я, значит, на твоего похожа. И кому помешает очищающее заклинание? Оно же простое…
– Я в сотый раз повторяю: здесь нельзя пользоваться магией.
Пэнси закончила возиться с посудой и уселась к костру.
– Хотела бы я поглядеть, как ты заговоришь, когда на нас нападут драконы, - буркнула она, протянув ладони к огню.
– Они не нападут, - устало повторил Чарли.
– Ну конечно, - с иронией в голосе бросила Пэнси. – Они узнают твою рыжую физиономию и просто подойдут поздороваться.
– Нет, они увидят тебя и посчитают такое общение ниже своего достоинства.
Пэнси обиженно отвернулась, но долго молчать у нее не получилось.
– Уизли, а что бы ты делал, если бы сегодня драконы подошли ближе?
Вопрос прозвучал излишне суровым тоном, и Чарли недовольно посмотрел на своего стажера.
– Просто… - замялась Пэнси. – Мне кажется, что для нашей безопасности должна же быть какая-то защита, учитывая, что палочками пользоваться нельзя…
Чарли слушал ее с удивлением на лице, а потом нехотя признался:
– Есть барьеры на границе каждой локации.
– Так вот почему драконы не перемещаются свободно по всей территории заповедника! – радостно воскликнула Пэнси, понимая, что ее догадка оказалась верной, и тут же пустилась в дальнейшие расспросы. – Получается, что они не могут его пересечь, а мы можем?
– Да.
– А почему ты сразу не сказал?
Чарли пожал плечами:
– Ты не спрашивала.
Пэнси хотела съязвить, но ее досаду победило любопытство.
– А где граница этой локации? – спросила она, подвинувшись ближе к драконологу.
– У подножия холма, - Чарли указал рукой в низину, где они начинали подъем.
Он вымыл миску и вслед за ней опустил котелок в ведро с водой.
– А везде так? – спросила Пэнси после некоторого раздумья.
– Ты о чем?
– Ну… эти щиты, барьеры…
– Нет, только в природных заповедниках. Вот под Синаей заповедник исследовательский, там я провожу большую часть времени, - зачем-то пояснил он. – И в нем драконы содержатся в вольерах… И есть лаборатория… Паркинсон, тебе правда это интересно?
– Да, - кивнула Пэнси, искренне удивившись вопросу. – Я же сама спросила… Или ты думаешь, что я пытаюсь заработать баллы и подняться в твоих глазах?
– За баллами для Слизерина нужно было обращаться к Снейпу, - фыркнул Чарли, и Пэнси неожиданно для себя рассмеялась.
– Это точно, директор нас баловал.
Она немного помолчала, погрустнев, а потом попросила:
– Уизли, мне правда интересно. Расскажи.
– Синайский заповедник появился давно и сначала использовался как лечебница. Но драконы болеют не так уж часто, и постепенно он стал исследовательским центром. Правда, там всего шесть драконов, но содержание большего количества особей проблематично: заповедник очень маленький. Зато там довольно тихо.
– И тебе нравится?
– Да. А почему ты спросила?
– Просто ты сам сказал, что проводишь там большую часть времени. Неужели ты не скучаешь по шуму большого города? Друзьям и… - она чуть было не добавила «и подружкам», но вовремя сдержалась.
– А с чего это ты так мной интересуешься?
– Делать мне больше нечего! – вспылила Пэнси, вскакивая с места. – Я просто так спросила! Ты в каждой моей фразе найдешь подвох, - нахмурилась она.
Пэнси удалилась с гордо поднятой головой и лишь у самой палатки обернулась и добавила с пренебрежением:
– Уизли, мне дела нет до твоей личной жизни.
Вместо ответа он ухмыльнулся и, взяв ведро с водой, подошел к костру. Пока Чарли заливал огонь, Пэнси приподняла грубую ткань, заменявшую дверь, и, увидев внутреннюю обстановку палатки, принялась возмущаться:
– Мы будем спать здесь?
– А что такого?
– Тут так… тесно… И потолок низкий… - сейчас Пэнси мечтала оказаться в комнате в Клуж-Напоке, которая уже не казалась ей унылой.
– Не нравится? Снаружи много места.
Мысленно выругавшись, Пэнси забралась внутрь. Чарли шагнул следом.
– Не входи! – взвизгнула она.
– Паркинсон, ты совершенно не в моем вкусе, так что можешь не опасаться за свою честь.
«Да будь и в твоем, тебе все равно ничего не светит».
– А переодеться я могу без зрителей? – язвительно поинтересовалась она и, не дожидаясь ответа, задернула ткань прямо перед носом Чарли.
Выждав десять минут, Чарли забрался в палатку. Старый керосиновый фонарь, который он зажег перед ужином, покачивался под потолком, и тени в неведомых танцах метались по стенам палатки. Не успел он сделать и шага, как Пэнси тут же ткнула пальцем на его матрас, а затем указала на свой, поясняя: