Чтение онлайн

– На английском? Нет, я по-английски не знаю… Хорошо! Давайте! А когда? Хорошо…

Она дала отбой. Подпрыгнула еще раз. Тут ей пришла эсэмэска – я так поняла, ей прислали адрес театра.

Я подошла к ней.

– Тебя сейчас вызвали на прослушивание, – утвердительно сказала я. – На роль Офелии. В театр трагедии.

– Да, – сказала она. – А откуда вы…

– Оттуда! Когда прослушивание?

– Сегодня вечером, – пролепетала она.

– Ты им сейчас позвонишь и скажешь, что придешь со своей сестрой. Поняла?

– Да, поняла… а почему?

– Потому что так надо, – сказала я.

Но, подумав, что девочку подставлять не следует, я добавила:

– Хотя нет… Ничего им не говори. Ты просто сейчас дашь мне этот адрес. Куда ехать? И я поеду вместо тебя.

– Вы что?! – закричала она. – Вы не хотите, чтобы я… Чтобы мне повезло?!

– Нет. Я как раз хочу, чтобы тебе повезло! – сказала я. – Вот тебе телефон, скажешь, что ты от меня…

Я записала для нее телефон Ленки.

– Они там тебя прослушают. Вряд ли они возьмут тебя сразу на роли, но поработаешь годик в массовке. И на «лакейских» ролях. А потом, глядишь, и Офелию будешь играть.

– Вы что?! Вы…

– Это порнотеатр, поняла? То место, куда тебя хотели отправить. А я тебя отправляю в настоящий! В театр «русская комедия»!

Девочка поверила мне – сразу.

– Порно?! – с ужасом переспросила она. – Откуда вы знаете?!

Я показала ей мою красную книжечку.

– Отсюда, – сказала я. – Мы расследуем одно дело. Как раз оно их касается. Вот, прояснили, как именно они вербуют актрис. Считай, что тебе повезло! Звони по телефону, что я дала. Тебе там помогут с работой.

Чувствуя себя по меньшей мере освободительницей прекрасных Офелий, я позвонила Андрюхе.

– Ну? – спросил он каким-то недовольным тоном.

– Гну, – ответила я. – Ты проверил все, о чем я тебя просила?

– Проверил, – сказал он. – Пропали три девушки. работали в этом долбаном театре трагедии.

– Угу, – сказала я. – Думаю, их стоит искать в каких-нибудь Эмиратах. Под ярким солнцем Востока.

– Необязательно, наши сейчас тоже неплохо платят за любовные утехи, – хмыкнул Мельников. – Ширится и растет народное благосостояние!

– Ладно, это уже твои проблемы, не мои, я тебе и так помогла.

– Или усложнила жизнь новыми преступлениями, – отозвался он.

– Так: будешь ныть – не получишь новую «звездочку» на свои погоны. И я тебе не скажу, как их вербуют!

– Как? – заинтересовался он.

– В училище, на кафедре, есть кабинет, где сидит одна очень ярко накрашенная выдра-секретарь, – сказала я. – Именно она подходит участливо к непоступившим зареванным ангелочкам и отправляет их прямо в объятия Гены.

– И Гена тех, кто не проходит на роль, отправляет… «обслуживающим персоналом» куда подальше? – смекнул Мельников.

– Угу. Иногда ты бываешь сообразительным. Еще одно: сегодня я собираюсь туда. На прослушивание.

– С ума сошла?! Они ж тебя знают!

– Тем будет неожиданнее сюрприз, – рассмеялась я. – Ты сможешь меня подстраховать? Сам понимаешь, мне некогда ублажать этих нуворишей, мне надо убийство Аськи дорасследовать…

– Так давай им отправим кого-нибудь из наших девиц! – предложил он. – И всех их там повяжем.

Я задумалась. рациональное зерно в этом предложении имелось. Но если их повяжут, они запрутся и ничего не скажут про Аську. Нет, и я их спугну… Хотя я всегда могу отмазаться, что решила таким путем проникнуть в театр, дабы узнать о героине моей «легенды». Ну, типа – вдруг я ее там встречу и смогу предъявить ее «папику» компрометирующие фоточки. И получить денежку. И поехать в Эмираты, блин!

Интуиция подсказывала мне, что найти следы убийцы нашей Аськи я смогу только за кулисами этого гребаного театра.

И в конце концов, кто не рискует, тот не пьет шампанское. риск – благородное дело. Побеждать без риска – значит, побеждать без славы. Не рискуя – не добудешь. И так далее.

– Нет, – сказала я. – Просто постарайся меня подстраховать, ладно? Мне надо туда пойти лично.

– Ты рискуешь, – заметил он. – Танька, зачем?

Я хотела было ответить ему какой-то из пословиц, приведенных выше.

Но вместо этого в голову мне пришла еще одна: «От глупого риска до беды близко».

Я постаралась не обращать на эту разумную реплику моего внутреннего голоса внимания.

Мой риск не был глупым. И мне нужно было туда попасть! В это чертово «осиное гнездо»! Потому что иначе Гена так и будет изображать из себя благородного содержателя притона, искренне любящего своих девочек и мальчиков и не дающего их в обиду. Потому что иным путем я никогда не смогу доказать его причастность к гибели Аськи и к пропажам других девушек. И мы не сможем их найти и развезти по их родным расловкам, Свинцовкам, Дубининкам к их мамам и папам…

В конце концов, бывало, я и куда глупее рисковала. И – ничего. Жива же пока! И бед никаких особых со мной не случалось. И теперь – пронесет.

Время у меня еще было. Я заехала домой. Пока варился кофе, я включила комп. Никаких писем мне ни от кого не было. Странно… Я-то думала, что Варька отпишет мне. Судя по ее вчерашней эпистоле, она что-то нарыла. А к Варькиным изысканиям я уже относилась с уважением. И вообще считала эту маленькую рыжеволосую Валькирию своей напарницей. И в скайпе ее не было. Странно, подумала я. Дитя ведь безвылазно торчит у компа!

Я налила себе кофе. И бросила косточки.

По общему значению вышло: «Возникает опасность ссор, выяснения отношений, различных конфликтных ситуаций. Будьте бдительны». Я усмехнулась. Да уж, я и сама знаю, что надо быть бдительной! И конфликт неизбежен. Ну разве что в своей личной жизни я как-нибудь разрулю все бесконфликтно, поскольку не очень-то доверяю я Сергею свет-Иванычу.

Вот завершу дело – и тут же начну свой «отход на север», последнее наше печальное прощание… Правда, шансов на то, что он является главным злоумышленником, теперь заметно поубавилось. Поскольку интуитивно я чувствовала, что дело-то тут совсем не в любви. Аську убили из-за этого театра. Может быть, она что-то узнала о тех девочках и решила пошантажировать Генку? Генка задумал от нее избавиться. Благо, подвернулся такой удобный случай – он же знал, что в Лопатникове живет предмет ее воздыханий, из-за которого она из театра и ушла. И опять же Витька там «расположился» очень удачно. Двое подозреваемых, а он, Гена, вроде и не у дел.