Чтение онлайн

Фанни часто навещала Макса. С каждым днем они становились все ближе друг другу. Граница между дружбой и любовью стиралась. Оба значили друг для друга все больше, но при этом не торопили события. Максу по-прежнему требовалось время, чтобы устроить свою жизнь. Он думал о дипломатической или политической карьере, но речь пока не шла ни о чем конкретном.

Лифт остановился, и они вышли.

— Волнуешься? — спросил Макс.

— Ужасно, — призналась Фанни. — Всю ночь не сомкнула глаз.

Ее спутник рассмеялся.

— Да, сегодня важный для тебя день.

— Может быть, — сказала Фанни, и он услышал в ее голосе сомнение. — А может, меня ждет очередное разочарование.

— Бруннер говорит, что напал на след твоих родителей, — подбодрил ее Макс.

— Вот бы узнать, что это за след. Он в самом деле больше ничего не сказал? — спросила она возбужденно.

— Фанни, я бы ничего от тебя не утаил. Я же понимаю, насколько тебе важно выяснить наконец хоть что-то. Именно поэтому мы с ним и встречаемся.

Встреча была назначена в «Захере», а не в ведомстве секретной службы, где по-прежнему работал Бруннер.

Они кивнули привратнику, удивленно приподнявшему брови, и вышли из дома. На тротуаре лежал снег, было так холодно, что изо рта шел пар. Фанни вспомнила, как за два дня до Нового года навестила Макса в больнице и он сказал, что получил письмо от Бруннера. К сожалению, ничего конкретного там не было: Валериан только предлагал товарищу встретиться лично. Кафе «Захер» также выбрал он. С тех пор ночами Фанни часто лежала без сна, думая о том, чего хочет от них бывший однокашник Макса.

Йозефа была возбуждена не меньше воспитанницы.

— Только бы все выяснилось, детка! — повторяла она. — Надеюсь, связь твоих родителей с осведомительным бюро не испортит тебе жизнь. Не дай бог, начнутся проблемы с власть имущими!

Кафе «Захер» находилось в паре сотен метров от квартиры Макса. После короткой прогулки пара оказалась у стойки знаменитой на весь мир роскошной гостиницы с тем же названием. Фанни с волнением наблюдала, как Анна Захер, владелица заведения, просматривает тетрадь с бронированиями.

— Вот: гауптман Валериан Бруннер, отдельный кабинет номер два. Господин гауптман уже ожидает вас. Позвольте проводить. — Она пошла вперед, взяв под мышку маленького французского бульдога, который сидел на стойке рядом с тетрадью и с подозрением разглядывал посетителей.

Фанни знала, что до войны мадам Моро частенько посещала это заведение, но сама ни разу тут не была. Хотя она так волновалась, что не могла ясно думать, ее поразила роскошь интерьеров. Казалось, война с ее нуждой и ужасами обошла «Захер» стороной. Здесь мир роскоши остался нетронутым. Стены покрывали шелковые обои, на мраморных полах лежали персидские ковры. Продуктовые карточки тут не принимали: платить следовало наличными. На стол подавались настоящие деликатесы, а не блюда из суррогатов.

После того как Фанни поприветствовали две постоянные клиентки мадам, она прошептала Максу на ухо:

— Бьюсь об заклад: самое позднее завтра все будут судачить о нашем визите.

Анна Захер повернула в небольшой коридорчик и постучала в темную дверь, обрамленную красными бархатными шторами.

— Отдельный кабинет номер два, прошу вас, господа. — Она подождала секунду и открыла дверь: — Ваши гости, господин гауптман.

Бруннер поднялся из-за стоявшего посреди кабинета стола. Он поприветствовал Макса крепким рукопожатием и склонился к руке Фанни с поцелуем.

— Могу ли я прислать официанта принять заказ? — спросила Анна Захер и после утвердительного ответа Бруннера вышла.

Бруннер помог Фанни устроиться на стуле и сел сам.

— Рекомендую торт «Захер» со взбитыми сливками. Его нигде не делают так вкусно, как здесь, где он был изобретен. А к нему — чудесный, несравненный настоящий кофе. Кальман, ты платишь: это мой гонорар за помощь в ваших поисках.

Фанни так нервничала, что едва не рассмеялась. Товарищ Макса оказался обаятельным кавалером, и она почти сразу перестала обращать внимание на его обезображенное лицо.

Когда торт и кофе были поданы и молодая женщина ощутила давно забытые ароматы, она почти забыла о том, зачем пришла.

— Отец небесный, — вздохнула она после первого кусочка. — Я уже позабыла чудесный вкус настоящей еды!

Бруннер согласился с тем, что настоящим тортом и кофе в такие времена нужно наслаждаться с особенным благоговением, и принялся есть, никуда не торопясь. Когда на тарелках не осталось ни кусочка, официант убрал посуду.

— Итак, барышня Шиндлер, — сказал гауптман, когда они снова остались втроем. — Одно я скажу вам сразу: никто не должен знать, откуда вы получили информацию. Я могу на вас положиться?

— Разумеется, — серьезно ответила Фанни.

— Хорошо, тогда я пойду выкурю сигару с госпожой Захер, а то и не одну.

Женщина разочарованно посмотрела на него, и Бруннер рассмеялся. Он наклонился, взял кожаную папку, прислоненную к ножке кресла, и положил ее на стол.

— Иногда я бываю немного рассеянным и забываю, что у меня с собой секретные документы, — заявил он и подмигнул Фанни. — Поэтому случается, что кто-то, для кого они не предназначены, может их случайно прочесть. Но я ничего не видел и не знаю. — Он поклонился и вышел.

— Что все это значит? — растерялась Фанни.

— Он работает в секретной службе, — пояснил Макс. — И у него будут большие неприятности, если станет известно, что он намеренно передал кому-то секретные документы. — Кальман открыл папку, вынул документы и придвинул к возлюбленной: — В этом секретном отчете содержится история твоего происхождения, Фанни.

Дрожащими пальцами она перевернула первую страницу и пораженно воскликнула:

— Ой, это же письмо, которое я отправила в осведомительное бюро! А это, наверное, конверт с информацией на случай непредвиденных обстоятельств, о котором говорила Йозефа. — Она взяла в руки коричневый конверт, перевернула его и посмотрела на белую печать на черном фоне. — И в самом деле точь-в-точь такая, как в том объявлении в газете, — пробормотала Фанни. Отложив конверт в сторону, она принялась за чтение. Дойдя до последней страницы, молодая женщина замерла на несколько секунд, затем сложила документы и посмотрела на Макса: — То, что здесь написано, настолько невероятно, что я едва могу в это поверить.

Наступила пятая военная осень. Потери на фронтах по-прежнему были огромными, и все больше солдат дезертировало. Целые полки складывали оружие и возвращались домой, и командиры ничего не могли поделать.

В Вене многие страдали от сильной нужды. Продуктов не хватало уже давно, но теперь тем, кто не мог покупать их по непомерным спекулятивным ценам, грозила голодная смерть. Армейских заказов стало меньше, и Фанни не спала ночами, ломая голову над тем, как прокормить сотрудниц дома мод. Кроме того, она заботилась о Йозефе. И все же, несмотря на заботы, мысли каждый день крутились вокруг того, что она прочитала в документах, с которыми ей позволил ознакомиться Бруннер, товарищ Макса. С тех пор прошло уже почти пол года, но Фанни все еще не могла поверить в прочитанное. Солнечным октябрьским утром, едучи в омнибусе от Йозефы в модный салон, она тоже думала об этом.