Чтение онлайн

Однако остановиться на ступени подсечного земледелия Весь, разумеется, не могла. Не забудем, что она жила в окружении народов с развитой земледельческой культурой: пашенное земледелие у новгородских Словен зафиксировано с VIII в., у волжских Булгар оно известно с VIII–IX вв. Исследование карельских эпических рун показывает, что уже на ранних этапах карелам было знакомо использование сохи (хотя бы для обработки выжженных участков леса). Находки сошников и плужных ральников в областях расселения марийцев и удмуртов относятся к X–XIII вв. Таким образом, хотя Весь, как например и Мурома, несколько отставала в развитии земледелия от окружающих народов, но дальнейшие события показали, что и у нее земледелие поднялось на более высокую ступень, в особенности в районах, приближенных к славянским поселениям, о чем выразительно говорит находка сошника в с. Дрегли. Однако произошло это не в курганный период, а несколько позже, по-видимому не ранее XII–XIII вв.

Итак, древняя Весь была народом по преимуществу земледельческим. Вместе с тем и другие отрасли производственной деятельности играли в ее хозяйстве немаловажную роль. Это прежде всего относится к животноводству. Вопрос о древневесском животноводстве в целом совершенно бесспорен, так как указания и свидетельства раскопочного материала очевидны. Весь разводила лошадей, целые костяки и особенно отдельные кости которых находили неоднократно, и коров (несколько раз были встречены коровьи рога). В небольшом количестве найдены кости свиней, собак, кошки. Во множестве обнаружены кости овец. Овцеводство достигало, вероятно, значительного развития и было способно удовлетворять потребности населения в шерсти, кожах и частично в мясе. Об этом красноречиво свидетельствуют довольно частые находки овечьих ножниц и фрагментов кожи. Анализ шерстяных и полушерстяных тканей из раскопок, проведенных А. М. Линевским, показал, что древние вепсы разводили груборунных местной породы овец, которых большую часть года содержали на подножном корму. Нет прямых свидетельств относительно разведения домашней птицы, однако не исключено, что среди значительного количества остеологического материала, по разным причинам оставшегося не определенным, возможны находки мелких куриных косточек.

Если в целом древнюю Весь неверно считать народом охотников-номадов, то из этого вовсе не следует, что в их хозяйстве охота не играла заметной роли. Напротив, это очень древняя и для района расселения Веси традиционная отрасль хозяйства. Хотя раскопочные материалы по данному вопросу и не слишком богаты, все же они служат хорошим дополнением к сообщениям арабских авторов, которые характеризуют этот народ как поставщиков меха на мировой рынок.

Рис. 7. Археологические и этнографические материалы к характеристике традиционной связи древней Веси и позднейших вепсов. 1,2—бревенчатые незамкнутые домовины из курганов; 3,4 — рисунок и план вепсского стана; 5, 6 — замкнутые домовины из курганов; 7 — план вепсской лесной избушки (столбовая техника); 8 — план коды (столбовая техника); 9 — план избы XI в. из Белоозера (по Л. А. Голубевой); 10 — план вепсского двухизбного дома; 11 — мотыги из курганных раскопок; 12 — вепсские мотыги.

Древние вепсы охотились на самых различных животных. Едва ли может быть сомнение в том, что охота служила значительным подспорьем в деле добывания продуктов питания. Находки отдельных изделий из оленьего и лосиного рога служат достаточным тому подтверждением. Обычной также была охота на крупнейшего хищника северных лесов — бурого медведя, мясо которого, по-видимому, тоже употребляли в пищу: найдены фрагменты медвежьих шкур и когти. По всей видимости, широко бытовала охота и на боровую дичь — рябчиков, тетеревов, куропаток, а также на водоплавающих птиц — гусей, уток. В прикладном искусстве Веси изображение утки (очень характерны подвески, изображающие уточек, утиные лапки) занимает совершенно исключительное место, что, несомненно, вызвано важным значением этих птиц как объектов охоты. Охотились на зайца, который также запечатлен в весском изобразительном искусстве. Однако славилась земля Веси главным образом как область, богатая мехами. Охота ради добывания шкурок пушных зверей, видимо, уже в ту пору получила значительное развитие. Раскопками обнаружены фрагменты беличьего меха, мех хорька, зайца и некоторых других животных. Особенно интересны находки фрагментов беличьих шкурок, на что обратил внимание А. М. Линевский, сопоставивший это обстоятельство с широко известным фактом распространения «бел», «белей» (исторически, несомненно, шкурок белок) в качестве меновых и платежных единиц в древней Руси.

Что касается способов и приемов охоты, то о них известно сравнительно мало. На медведя, по-видимому, охотились с рогатиной. Часть обнаруженных в курганах копий, вне всякого сомнения, служили рогатинами. Существен, например, такой факт: в одном из курганов могильника Гайгово (на Ояти) при одном и том же захоронении находились фрагменты медвежьей шкуры и наконечник копья или рогатины (типологически их в данном случае очень трудно различить). В качестве индивидуальных средств охоты служили лук и стрелы. Железные наконечники стрел найдены в значительном количестве. Любопытно, что среди них встречены так называемые срезни — наконечники стрел с поперечным лезвием, что служит дополнительным подтверждением мысли о развитии пушного промысла. О существовании иных способов охоты, при помощи, например, ловушек или силков, различных приемов коллективных охот можно говорить лишь предположительно, так как прямых свидетельств этому в археологическом материале нет. Но вместо с тем нет оснований и отрицать их наличие в рассматриваемую эпоху, так как кажется невероятным, чтобы культурное достижение, имевшее место на данной и близких территориях еще в эпоху неолита и раннего металла, оказалось совершенно утраченным в более позднее время.

То же самое следует сказать и о рыболовстве. Прямым указанием на его наличие у Веси служит лишь находка железной остроги. Вместе с тем некоторые общие соображения заставляют думать, что оно существовало не только в форме лучения, но бытовали и другие способы лова. Несомненно существовало и прямое присвоение «даров природы». «Обращает внимание единственная в своем роде находка, свидетельствующая о существовании в Приладожье пчеловодства, именно находка двух больших кусков пчелиного воска». Эти слова H. Е. Бранденбурга, разумеется, не следует понимать слишком буквально. Пчеловодства в Приладожье, конечно, не было, но, видимо, существовало бортничество — сбор меда и воска диких пчел, т. е. один из видов такого прямого присвоения. Можно думать, что собирали также ягоды, возможно грибы и коренья.

Хозяйственная деятельность древней Веси, естественно, далеко не исчерпывалась занятиями земледелием, охотой, рыболовством и собирательством. Не менее важное значение имели различные ремесла и домашние промыслы. Собственно говоря, археологические материалы именно в этой связи выявляют наибольшие возможности, так как среди находок в количественном отношении изделия ремесла и мелких домашних промыслов явно преобладают.

В нашу задачу сейчас не входит подробная характеристика древневесского ремесла и домашних промыслов. Эта работа могла бы стать темой специального археологического исследования. Мы ограничимся более скромной задачей: выяснить общий уровень, а также, если можно так выразиться, отраслевую структуру ремесленного производства по тем вещам, которые обнаружены раскопками курганов, и, наконец, учитывая наличие сравнительно развитой торговли, установить степень участия местных ремесленников в создании материальной культуры изучаемого района.

Насколько можно судить по материалам раскопок, домашнее ремесло, изделия которого потреблялись в самом хозяйстве, не поступая на рынок, у древних вепсов получило достаточно сильное развитие. Мы имеем все основания полагать, что все предметы, необходимые в хозяйстве и в быту, каждый крестьянин-общинник мог изготовить либо сам, либо с помощью членов семьи, что вообще характерно для натурального хозяйства, каковым в сущности и являлось хозяйство древней Веси. Без большого риска ошибиться позволительно утверждать, что домашние промыслы в то время, как и в последующее, четко подразделялись по признаку пола — на мужские и женские. Археологически лучше представлены женские домашние промыслы. К ним принадлежала прежде всего обработка растительных волокон (льна) и шерсти. Женскими занятиями были прядение и ткачество. Женщины также шили одежду: среди находок, типичных для женских захоронений, одно из весьма частых — бронзовый игольник, который носили подвешенным к поясу. К числу женских домашних промыслов первоначально относилось у Веси и изготовление глиняной посуды: в более ранних курганах с трупосожжениями мы встречаемся с лепными сосудами баночной формы, которые, по-видимому, изготовлялись женщинами от руки.

Домашние промыслы, которыми по преимуществу занимались мужчины, по находкам в курганах известны гораздо хуже. Надо полагать, что мужским делом была разнообразная обработка дерева, о чем свидетельствует тот факт, что топоры, как правило, обнаружены при мужских захоронениях. То же следует сказать и о находках некоторых других инструментов — железного скобеля и т. п. Вероятно, мужчины занимались изготовлением плетеных поделок из бересты: в раскопках найдены кочедыки для плетения лаптей. К числу мужских занятий следует добавить выделку шкурок пушных зверей и изготовление (дубление и проч.) овчин и других видов кожи.

Домашние промыслы стали основой развития ремесла, продукция которого поступала на местный рынок и даже отчасти выходила за его пределы. Конечно, Весь, у которой отсутствовали города, развивала деревенское ремесло, отличавшееся от городского не только меньшей степенью разделения труда, но и некоторой грубоватостью изделий. В наиболее важную отрасль местного ремесленного производства выделилась металлургия, которая достигла сравнительно высокого уровня. При раскопках курганов найдено много металлических предметов, материалом для изготовления которых служили железо, сталь, медь и ее сплавы (бронза и биллон), в небольшом количестве серебро, на некоторых изделиях заметны также следы позолоты. Ассортимент изделий ремесленников-металлургов достаточно разнообразен. Здесь — орудия производства, предметы домашнего обихода, оружие, украшения.