Вернись и полюби меня
Шрифт:
А потом в голове промелькнуло что-то, связанное с Мунго… Те слова миссис Снейп – о том, что студентов приучают решать проблемы самостоятельно…
Лили сосредоточилась, вспоминая, как мама сказала: “Ну да, уже совсем взрослые – одной шестнадцать, другой восемнадцать”, - а потом поцеловала Петунью в щеку, и мамины глаза затуманились, а свет елочной гирлянды венчал пышные волосы, как солнечная корона…
“Экспекто Патронум!” - изо всех сил подумала Лили, и ее лань стрелой метнулась к дальней стене, брызнула сквозь мутное марево – как бело-голубая искра, как падучая звезда – и помчалась к кабинету Макгонагалл.
Занавеска отъехала в сторону – уже полностью одетый, Северус стоял у душевой стойки, и его лицо было бледно как полотно, а глаза опять заблестели. Лили сглотнула, из глубин души поднималась мольба – только не убивай их, пожалуйста…
Она попыталась вложить в свой голос все негодование, на какое только была способна:
– Что, вы двое опять вздумали поидиотничать? Отвяжитесь от нас и катитесь в жопу!
– Эванс!
– пулей проскочив полосу тумана, Джеймс затормозил в нескольких шагах от своей цели. Его лицо… хотя оно, строго говоря, ничего не выражало, поскольку большую его часть скрывали запотевшие очки. Он пальцем протер изнутри линзу и добавил: - Мы пришли к тебе на помощь – да что это за пар, просто ужас какой-то!..
– Спасти меня от пара? Спасибо, но с ним я и сама как-нибудь справлюсь.
– Нет!
– Джеймс протер вторую линзу.
– От… а где Снейп? Мне казалось, он только что был тут…
Моргнув, она бросила взгляд на душевую стойку. Никого – вот же черт…
И Сириуса тоже нигде не видно…
– Джеймс, - произнесла она – сердце трепыхалось в груди, - черт возьми, да с чего ты взял, что меня надо спасать от Северуса? Это же я привела его в ванную старост!
– А что ему тут понадобилось?
– продолжал упорствовать Джеймс.
– Он же отродясь не мылся, и…
– Предполагалось, что на этом месте я не выдержу и на тебя нападу?
– послышался голос Северуса; он словно доносился сразу со всех сторон, и у Лили внутри все сжалось.
– План, достойный пятилетнего ребенка – от которого ты, впрочем, недалеко ушел…
– Смейся сколько хочешь, Снейп!
– парировал Джеймс, всем своим видом излучая непоколебимую решимость.
– Мы все равно тебя выведем на чистую воду! Мы знаем, что тут творится!
– Если твоя способность к познанию, Поттер, пробудится от вечного сна, моему ликованию не будет конца.
Из кармана у Джеймса выпорхнул лист пергамента и метнулся вправо – для Лили это было “влево”, – как будто кто-то призвал его Манящими чарами. Джеймс крутанулся на месте, пальнул в ту сторону алым лучом – в глазах заплясали яркие пятна… И вдруг откуда-то справа – с той стороны, куда он повернулся спиной, – прилетел Ступефай и угодил ему прямо между лопаток… он рухнул как подкошенный и выронил волшебную палочку – та зацокала, покатившись по кафелю. Лили шагнула вперед, чтобы проверить, нет ли у него переломов, и слева в тумане багровой молнией полыхнуло заклятье, чуть не угодило в голову, но она увернулась, поскользнулась на мокром полу, наобум защитилась Протего – слишком поздно, в клубах пара сверкнула вспышка, как от фотоаппарата, а потом глухой удар – непонятно в какой стороне…
…и на этом все вдруг закончилось.
– Северус?..
– робко позвала она, переворачивая Джеймса на спину – кажется, все в порядке, если не считать треснувших очков; пульс был ровный и уверенный. А где тогда Сириус?..
И Северус – он ведь так и не откликнулся. Она подняла глаза, глянула налево, направо… и чуть не подпрыгнула на месте: бесшумно, как туман, он соткался из клубов пара, и на лице его застыло выражение холодной брезгливости.
А по щеке текла кровь – из пореза на лбу, чуть ниже волос. Ахнув, Лили вскочила на ноги – и едва не упала снова, поскользнувшись на мокром кафеле.
– Ты ранен!
– воскликнула она.
– Раны головы всегда кажутся опаснее, чем есть на самом деле. Ты разве не знала?
Выудив из кармана носовой платок, она осторожно промокнула кровь.
– Порез нужно продезинфицировать. Похоже, тебе все-таки придется наведаться к мадам Помфри.
Он казался раздосадованным.
– Сам себе мудошлеп – недооценил Блэка.
Она каждой своей клеточкой чувствовала, что там, на полу, лежит Джеймс – неподвижно, будто ворох тряпья… А Северус – на фоне его бледной кожи глянцево-алая струйка крови смотрелась особенно пугающе…
– Мне показалось, это было Акцио. В смысле, то, что ты проделал с картой.
– Такого впечатления я и добивался, - небрежно отвечал он.
– На самом деле я использовал отбрасывающие чары.
Лили с силой скомкала платок – лань, она чуть не забыла о лани! – и выпалила:
– О нет! Я же отправила к Макгонагалл свой патронус! На случай, если они…
– Тогда мне лучше уйти, - произнес Северус и развернулся к двери… даже не оглянулся, и ни малейшего тепла в голосе…
Стоп. Сейчас не время лить сопли. Но он вел себя так, словно совсем ее возненавидел – с того самого момента, как снял то проклятие…
Эй, я кому сказала – сейчас не время лить сопли!.. Лили подхватила с пола свою сумку, кинулась подбирать разбросанную одежду…
– Ты иди, - тяжело дыша, сказала она.
– Это я все испортила – мне и исправлять… Возьму вину на себя, и все обойдется…
– Думаешь, что сумеешь заморочить ей голову?
– скривив рот, возразил Северус.
– Да ведь из тебя лгунья хуже не придумаешь!
Она залилась румянцем.
– Зато она скорее примет мою сторону, чем…
Со стуком открылась картина. А потом раздался голос Макгонагалл, и у Лили замерло сердце.
– Да что же тут… Эванеско!
Пар моментально исчез – словно его осушило знойное пустынное солнце. Лили даже восхитилась, но вместе с тем не могла не пожелать, чтобы профессор владела этими чарами чуточку хуже. Поскольку место происшествия теперь предстало перед Макгонагалл во всей красе: застегивающая блузку Лили, Северус с его раной на голове и Джеймс с Сириусом, которые валялись на полу в забытье.
– Что?
– вытаращилась на них Макгонагалл.
– Мисс Эванс, мистер Снейп – это еще что такое?
– Я сейчас все объясню, - брякнула Лили, и Северус рядом тяжело вздохнул.
– Да уж, мисс Эванс! Извольте объясниться! И начните с того факта, что все студенты сейчас должны быть на занятиях, а не устраивать баталии в ванной старост – где, кстати, трем из четырех присутствующих находиться вообще не положено!..
Она глядела на них еще не совсем сурово, но и на доброжелательность это тоже не тянуло. Лили отчаянно нуждалась в какой-нибудь убедительной лжи, чтобы объяснить весь этот бардак, но винтики в голове упорно не желали крутиться – зато в кои-то веки проснулся инстинкт самосохранения и умудрился подсунуть единственно возможное решение.