Чтение онлайн

— Потому что думал, что так правильно. А оказалось, что нет. Потому что не хотел чувствовать, не хотел страдать из-за любви. Но оказался не прав, ведь всё равно я полюбил тебя.

Мышка смахивает слёзы, закрывая глаза.

— Я это понял, ведь чуть не потерял тебя, хрипло произнёс я, вдыхая аромат её волос, ведя носом по её шее.

— Скажи, что не хочешь быть со мной. Я дам тебе шанс уйти. Скажи одно только нет, и я отступлю. Я замолчал, выжидая, вслушиваясь в её дыхание, чувствуя, как отчаянно мне нужен её ответ.

— Отступишь, даже если любишь меня? Отступишь вновь, вновь оставишь— спросила она, и в её голосе прозвучала нотка сомнения. Я усмехнулся, закрывая глаза, сжимая её сильнее в своих руках.

— Любовь — это не только страсть, но и свобода, прошептал я.

— Если твоё нет действительно нет, я отступлю. Но я знаю, что ты чувствуешь. Я вижу это в твоих глазах. Ты не хочешь уходить.

Прорычал я, сжимая её сильнее. Хотя сам не понимаю, правда ли теперь смогу отпустить, ведь осознаю, что хочу быть с ней. Теперь, когда она снова в моих руках, когда я чувствую её тепло, эта мысль кажется немыслимой.

— В ту ночь, ты принадлежала мне, потому что любила? — спросил я, видя, как её щёки заливаются краской. Она опустила глаза, уткнувшись мне в грудь, словно пытаясь спрятаться от моих слов, от моих мыслей, которые, казалось, были громче её собственного сердца.

Спустя время, она подняла свои заплаканные глаза на меня. В них читалось столько боли, столько непризнанных чувств, что у меня перехватило дыхание.

— Любила, прошептала она, и этот единственный звук, казалось, разрушил все стены, которые я воздвиг между нами. Я сглотнул, наклоняясь к ней.

Наши лбы соприкоснулись.

— Ты и дальше скрывала бы нашего сына, мышка задрожала сильнее, отчаянно качая головой.

— Я не могла иначе! — её голос прозвучал резко, защитно.

— Я думала, что ты ничего не чувствуешь ко мне, раз решил всё за нас двоих. Поэтому и скрыла. Зачем тебе ребёнок от ведьмы? — она резко развернулась, оставляя меня в одиночестве стоять, пока мышонок одиноко стояла, обнимая себя за плечи.

— Ребёнок от любимой женщины, поправил я, подходя к ней, чувствуя, как внутри меня всё разрывается.

— Я бы принял его. Я бы оставил тебя сразу же, я уже был готов изменить своё решение. Но было поздно.

Мышонок сглотнула, и я не мог наглядеться на неё, на её тонкие плечи, на то, как она дрожит.

— Почему ты оставила ребёнка? — спросил я, хотя знал ответ. Это было глупо, но я должен был услышать это именно от неё.

— Это ребёнок от любимого мужчины, прошептала она, её голос был полон нежности и тоски.

— Я хотела, чтобы твоя частичка была со мной. Поэтому и оставила.

Я сглотнул, шумно выдохнув. Её слова эхом отдавались в моей голове, переплетаясь с болью, с сожалением, с той безумной, всепоглощающей любовью, которая теперь захлестнула меня с новой силой.

— Скучала по мне? — прошептал я, делая шаг к ней. Она инстинктивно отступила назад, пока не столкнулась со стеной. Её глаза расширились, в них читался страх, смешанный с надеждой, и я вижу, как её тело напряглось в ожидании. Она была как загнанный зверек, но я не собирался отступать. Не сейчас.

Я наклонился к ней, чувствуя, как моё тело напряглось от желания, от этой пьянящей близости. Я понимаю, что не отпущу. Просто не смогу. Она будет моей. Это решение было высечено в камне, в самой глубине моей души.

— А ты? Ты скучал по мне? — её голос прозвучал тихо, но в нём была дрожь, которую я так любил.

— Были ли у тебя другие женщины? Ты обещал, она замолчала, и в её глазах мелькнула тень сомнения.

Я усмехнулся, прижимаясь к ней вплотную, чувствуя, как её тело дрогнуло от моего прикосновения.

— Скучал, прохрипел я, и это слово, казалось, было лишь бледной тенью того, что я на самом деле чувствовал.

— Места себе не находил. Думал о тебе каждый миг. Как одна маленькая ведьма смогла изменить такого жестокого волка, как я? Как смогла сделать своим, без всякой связи, без всяких обещаний? Как смогла удержать меня своими глазами, своей улыбкой?

Мой голос становился всё тише, всё более интимным.

— Каждый миг был посвящён тебе. Каждая мысль о тебе. Я не жил, я просто тосковал. Порывался забрать, но держался. А когда увидел тебя вновь, я понял, что ничего не ушло. Что я хочу тебя ещё сильнее. Ты подарила мне сына.

Слезы катились по её щекам, наши лбы соприкоснулись. В этот момент мир вокруг нас исчез, оставив только нас двоих, две души, наконец-то нашедшие друг друга.

— Никого у меня не было и не могло быть, прошептал я, голос был надломлен, но в нём звучала такая искренность, что моё сердце сжалось.

— Твой я, слышишь? Полностью твой. Бери, делай со мной что хочешь. Я уже не уйду. Не отпущу тебя. Оставлю себе.

Она снова закрыла лицо руками, но теперь это были слезы облегчения. — Ты говорил, что у меня есть выбор, прозвучало в её голосе, когда она взглянула на меня, её глаза сияли сквозь пелену слез.

Я оскалился, и это была не угроза, а скорее утверждение моей власти, моего права. Мои руки скользнули по её телу, ощущая каждую линию, каждый изгиб, и мышка задрожала под моими пальцами.

— Выбирай, приказал я, мой голос был низким и бархатным, но в нем звучала сталь. Она сглотнула, и я почувствовал, как её сердце бешено.

— Что, если я откажусь? — её вопрос был почти неслышным, но я услышал его.

Я зарычал, буквально припечатывая её к своей груди, так, что она почувствовала биение моего сердца, сливающееся с её собственным.

Я молчу, лишь с выжиданием смотрю на неё, на то, как её глаза горят диким, неистовым огнём — смесью обиды, страха и безумной, всепоглощающей любви.

Я чувствую, как её пальцы судорожно впиваются в мои плечи, цепляясь за саму возможность прикосновения.

Молчу, потому что каждое слово застревало в горле, каждый вдох отдавался болью. Я дал ей выбор, дал, но принять его, принять её уход, моё сердце было не в силах. Внутри всё сжималось, предчувствуя пустоту, но гордость, и страх, не давали мне просить её остаться.