Чтение онлайн

Девушка извлекла кинжал, торопливо счищая намёрзшую кровь с лезвия. Правильно, отметил Эгберт. Если не очистить меч, потом это может стоить жизни. Но что ж теперь-то делать? Неужто придётся подчиниться какой-то там соплячке, невесть чем приворожившей картирских наёмников?!

И всё-таки один раз она уже всех спасла - ударила там и тогда, где и когда требовалось. Наверное, она знает и как превратить разгром если не в победу, то уж точно в ничью, после которой не позорно заключить мир?

Над захваченным холмом разнёсся звонкий голос девушки.

– Эгберт, Виридэйн, Ромуальд, Аспарух!
– по одному выкликала вождей она. И - диво дивное!
– вожди выходили из толп своих людей, тем самым признавая её право командовать. Глядя на остальных, шагнул вперёд и Эгберт.

– Мы вырвались из окружения, но враг не разбит. Более того, может стать сильнее - если алки сумеют призвать под свои знамёна Сигиберта. А мы понесли потери. Если сейчас не добить врага - завтра они добьются своего. Поэтому слушайте внимательно. Ведите людей в долину и займёте южную сторону, ту, где нет валунов. Там стройтесь - и будьте готовы ударить нам навстречу. А мы придержим алков, пока вы все не пройдёте, и пойдём на северный склон. После чего окажутся между молотом и наковальней уже алки. И если каждый сделает всё, что должен, мы уничтожим врага полностью!

Спокойной, но несокрушимой уверенностью в победе повеяло от этих слов. Эвинна говорла, вроде бы, очевидные вещи - но простые слова окрыляли, как боевая труба, звали вперёд, на врага. "Она умеет говорить с воинами!" - удивлённо отметил Эгберт, да и остальные вожди. Действительно, ещё недавно перепуганное, нещадно избивавшееся людское стадо на глазах обретало организованность, рассасывалось по племенам, кланам и родам, предводители выкликали своих воинов, и те шли на знакомые голоса. Разноплемённая толпа превращалась в войско.

– А теперь идите в долину, занимайте её южный склон - и готовьтесь ударить врагу в бок.

– Погоди-ка, Артси!
– вдруг встрял Ромуальд. Как самый рассудительный, главный ивэ первым увидел слабое место плана.
– Из южной части долины нет выхода, там со всех сторон скалы! Мы снова окажемся в ловушке. А алки смогут пройти между скалами по северному склону, и выйдут как раз к лагерю. А там ведь всё наше добро, да и семьи картиров тоже...

– Не пройдут. Картиры займут северную часть долины. А мы с наёмниками закупорим горловину. Алкам будет некуда податься! И некому будет их спасти: хотя Сигиберт может поддержать их, но сегодня, мне кажется, воевать не настроен. Сегодня мы отомстим за Харгона!

Вот эти слова били в точку. Над холмом разнеслось эхо яростного крика. На Борэйне никто не считал, сколько лет прошло со дня гибели Харгона. Это была кровоточащая рана, несмытый позор, неотданный долг, с которым умерло не одно поколение. И совершить то, что не смогли многие поколения борэйнов - однозначно удостоиться вечной славы. Эвинна устало усмехалась, разглядывая озарённые мрачным огнём Магры лица. Как они тут, на Севере, наивны! Но и нет в них той гнили и грязи, которой провонял императорский дворец на другом конце мира. Здесь не плюнут в руку, протянутую ради дружбы, не всадят нож в спину тому, кто ещё недавно спас не их самих даже, а прежде всего их честь. У здешних вождей не принято играть своими воинами в поддавки, да и состоят в дружинах и ополчениях пусть дальние, но родственники. В каждом клане и племени каждый доводится каждому кем-то. Подставишь родичей - получишь десятки кровников.

Если она станет для них своей, за ней пойдут хоть на край земли. И уже не забудут, что алки пытались накинуть им на шею узду.

Пока Эвинна не знала, можно ли поднять кого-то, кроме картиров, на поход за море - но план уже вызревал в голове. Для неё самой эта битва - лишь первый шаг на пути домой. Надо сделать и остальные, сколько их ни есть. Даром, что ли, она вернулась из мира мёртвых?

Из первого ряда строя наёмников Эвинна спокойно наблюдала за приближающимися алками. Пушка заряжена - оказывается, ничего сложного, всё как у трофейных орудий в Тольфаре, заряжены и джезайлы. Надо продержаться совсем чуть-чуть, чтобы алки своевременно не поняли, что идут полным ходом в ловушку - и отходить вслед за втягивающимся в долину войском королевы...

– Цельсь!
– скомандовала она.
– Джезайлы - пли! Пушка - приготовиться!

Авенат не удержался, по-солдатски грубо выругался, видя, как холм затапливают картиры. Поверил этим северным свиньям - и потерял единственную стрелковую роту. "Картиры - не воины!" Ага, держи карман шире. Про отчаянных изгоев, которых картиры нанимают для охраны своих караванов, эти дураки, конечно, забыли. Два сапога пара - и королёк-мальчишка, максимум мышц, минимум мозгов, и его воевода, старый, помешанный на глупых обычаях пень.

А предводитель картиров уже вызывал неподдельное уважение. Удачно он ударил, что говорить. И, главное, как чётко рассчитал момент, и удачно провёл колонну! Ведь почти вплотную подобрались, выскочили из снежных заносов и скал, как Ирлифовы Тёмные, вот стрелки и не успели ничего сделать. Хорошо, если человек сорок изо всей сотни убежать успели, да и из тех многие бросили тяжёлые джезайлы. А уж пушка - и вовсе невосполнимая потеря. Да ещё разорвано кольцо окружения, железная петля, душившая северян.

Ну, ничего, твари, зло подумал ротный, стискивая рукоять меча. Похоже, ваш набольший от радости поехал крышей - ведёт прямо в западню, ведь Харайн клялся и божился, что из долины нет выхода. Ворваться внутрь следом, прижать многочисленное, но бестолковое воинство к скалам и перерезать, как свиней. Было бы заманчиво перекрыть горловину, захватить лагерь, а остальное предоставить голоду и холоду - но увы. Холод и на его бойцов действует не лучшим образом. Это бестолковое побоище пора кончать: нужно сохранить силы для замирения других племён.

Но первая атака на холм закончилась, не начавшись. Вожак картиров, кто бы он ни был, успел разобраться с новым для него оружием. Наступление нарвалось на недружный, но частый огонь. Рыцарям пришлось ещё хуже: их подпустили почти вплотную и угостили картечью из пушки, и тоже откатились, оставив почти десяток убитых на снегу. В ответ стреляли остатки стрелковой сотни - но свинцового ливня, который ещё недавно прореживал повстанцев, не было и в помине. Авенат с бессильной яростью смотрел, как пули вырывали из строя латников - даже впервые взяв оружие, неизвестные стреляли метко. И с пушкой они разобрались почти сразу. Хотя... Почему же неизвестные? Те самые картиры, которых Харайн, его воевода, а глядя на них, и сам Авенат поспешили списать со счетов. Оказывается, при толковом руководстве на многое способны и они. "Надо узнать, кто ими командует, - наметил на будущее Авенат.
– И убить, потому что, стоит ему возглавить всё войско... Как ни крути, алки и их союзники до сих пор уступали в числе противнику. О, вот оно! Союзнички! И пусть одни борэйны убивают других!

– Алкам - прекратить атаку!
– распорядился Авенат, и гонцы помчались к сотням. Может, и удалось бы, собрав все силы в кулак, сбить дикарей с высоты - но стоило бы это половины всех уцелевших бойцов, не меньше?
– И Харайна - ко мне!

Вскоре гонцы вернулись - но только трое. Четвёртый, из младших королевских дружинников, остался в строю дружины. Вместо него, сев на его коня, приехал сам король. Коней даже в королевской дружине имелось всего несколько, а ездить верхом умели совсем немногие. К счастью, королька в своё время научили.