Чтение онлайн

– Если паразиты отключили свои маяки, значит, они им уже не нужны. – подумал Данила. – Свою миссию они уже выполнили.

Он ещё не мог видеть людей на плато, но понимал, они там. Что случилось с экипажем, можно было только догадываться. Использовать радиотелескоп для сбора данных было опасно. Паразиты могли почувствовать его «взгляд», а производить посадку, будучи обнаруженным, было рискованно. Неизвестно, добрался ли противник до оружия крейсера.

– Пять тысяч пятьсот метров. – доложила бортовая компьютерная система, и истребитель остановился.

– В чём дело? – спросил пилот, отрываясь от созерцания обзорного экрана, на котором уже помимо научно-исследовательского крейсера были видны: два десантных бота, летающая тарелка, чёрные конуса и экипаж. Не смотря на высококачественную оптику истребителя и её большую разрешающую способность, люди казались размером меньше муравьёв. Есть ли у них на затылках наездники или нет, разглядеть было невозможно.

– Не знаю. – ответил «Макс». – Можешь называть это человеческим «шестым» чувством, но мне почему-то идти к планете не хочется. Мои сенсоры что-то чувствуют, но не могут определить природу этого явления. Если бы мы летели на большой скорости, то я вряд ли его определил. Чувство такое, что рядом контур неизвестного энергетического поля и до меня доноситься его эхо. Знаю только одно, точно такое же ощущение, чувство, даже не знаю, как это назвать, появилось, когда мы освобождали людей из пещеры. Неизвестная сила пыталась проникнуть в мою компьютерную систему. Благо, что мой корпус в состоянии справиться с любым видом излучения и отразить или погладить волны любой длины. Но эта планета окружена неизвестным мне полем и я не представляю, что может произойти, когда я в него войду.

– И не надо. – отозвался Данила. Он закрыл глаза и мысленно «слился» с бортовой компьютерной системой истребителя. Вроде всё было нормально. Густая серебристая паутина, мерцающая ртутным светом. В местах пересечения нитей: процессоры и блоки. Но «Макс» был прав. Неизвестно какими он руководствовался чувствами, или вернее информацией, которой его снабдили сенсоры, но если их сравнивать с человеческими, то это было предчувствие опасности.

– Ты прав. – сказал пилот, открывая глаза и «отсоединяясь» от бортовой компьютерной системы истребителя. – Не знаю, что или кто нас ждёт впереди, но ощущение такое, будто стоишь на краю глубокого ущелья. Ещё один шаг и ты полетишь вниз. Неприятное чувство. Не знаю, какими сенсорами тебя укомплектовал Иван, но стоит ему передать огромное спасибо.

– Это, скорее всего приобретенное качество. – сообщил «Макс». – И почерпнул я его у тебя. Общаясь с тобой на ментальном уровне, читая твои мысли, пользуясь твоими органами чувств, мне передалось нечто человеческое. Не знаю, что это. Раньше моя система не так как сейчас анализировала обстановку. Попадись на моём пути энергетическое поле, которое окружает эту планету, до встречи с тобой, я бы наверняка на неё не обратил бы никакого внимания. Так что тебе спасибо. В нашем с тобой случае, система «человек – машина» значительно усложнилась. Так что учёным, работающим в области системотехники, инженерной психологии и эргономики будет над, чем поработать, когда мы вернёмся на Землю, в чём я лично не сомневаюсь. Надеюсь, они поднимут на ноги и «Тринадцатого». Без этого носителя энциклопедических знаний и отчаянного болтуна мне как-то неуютно. А казалось ещё некоторое время назад, мне было всё равно, есть он или его нет.

Даниле показалось, что под его черепной коробкой прошелестел тяжкий вздох. Он оглянулся назад и посмотрел на кресло, в котором «расположился» «безжизненный» скафандр. В рубке повисла тишина. «Минуту молчания» прервал «Макс».

– Ты уже набросал план наших совместных действий? – осторожно спросил он.

– План очень прост. – ответил собеседник. – Беру оружие, высаживаюсь на планету и действую по обстановке.

– А мне ты, какую отводишь роль в этой операции? – поинтересовался «Макс».

– Если эхо неизвестного энергетического поля исчезнет, опускайся на планету. – ответил Данила. – Только будь осторожен. Если не исчезнет или от меня не будет никаких сигналов, то летишь на Землю и «докладываешь» обо всём, что здесь произошло. Ясно?

– Ясно. – чётко ответил «Макс» - Судя по мыслям в твоей голове, ты решил высадиться на планету упакованным в Управляемый Гравитационный Коллапс, но без скафандра это практически невозможно, а в нём опасно. К тому же при прохождении неизвестного нам поля, тебя могут засечь. К точке твоего приземления сбежится противник и не позволит произвести разведку и оценить обстановку. Предлагаю отвлекающий манёвр. Я разгоняюсь, выстреливаю тобой, отключаюсь, чтобы никто не мог проникнуть в мою бортовую систему и по касательной, прохожу сферу действия энергетического поля, окутывающего планету. Если наши выкладки насчёт возможностей сканирования пространства противником верны, то он больше внимания обратит на меня, так как я более энергоёмкий и займётся наблюдением за мной. Тобой он, возможно, пренебрежёт, пока, на некоторое время. Годиться мой план.

Пилот задумался. Предложение друга и соратника ему понравилось, но рисковать истребителем не хотелось. Должен кто-то в случае неудачи сообщить «Совету Земли» обо всём, что удалось выяснить о противнике. Пусть примет меры. Пилот не утаивал свои мысли, поэтому «Макс» без труда прочитал их и сказал:

– Не сомневайся, я тебя не подведу. Совершу отвлекающий манёвр, отойду от планеты на пять тысяч километров и «затаюсь». Если «почувствую» опасность, моментально ретируюсь в фотосферу одной из ближайших звёзд, и буду ждать земные сутки. По истечению коих, выйду из звёздной системы и свяжусь с Землёй.

Данила поднялся из кресла, подчиняясь его команде, в стене рубки появился проход в арсенал истребителя. Разрушительное по своей силе с зализанными хищными формами оружие, стреляющее гравитационными зарядами, притягивало взгляд, но его использование в предстоящей операции не представлялось возможным. На планете были люди, к тому же высокую энергетическую насыщенность автоматов могли почувствовать паразиты.

– Возьми парализующее. – предложил «Макс». – Вызывает у человека утрату способности к произвольным движениям вследствие органических и функциональных поражений нервной системы. Максимальный заряд уложит спать любого примата часов на двенадцать. Если мы правильно разобрались с возможностями паразитов, то они не смогут управлять телом, скованное параличом.

Пилот согласился с его доводами, и одна из ячеек выдвинулась из стены. В ней лежали: комбинезоны различных раскрасок, широкий ремень с магнитными застёжками, способными хорошо удерживать на себе оружие. Данила быстро переоделся, закрепил на поясе четыре небольших пистолета и направился к шлюзовой камере. Оттуда ему предстояло стартовать к планете упакованным в гравитон. Он остановился у люка и вслух сказал:

– Если бы у тебя была рука «Макс», я бы её крепко пожал. Если бы у тебя были плечи, то обнял бы.

– Спасибо. – прошелестело у него в голове. В ментальном голосе искусственного интеллекта прозвучали нотки растроганного человека. Командир шагнул в шлюзовую камеру. Истребитель начал разгон, чтобы на огромной скорости пронзить неизвестный вид энергетического поля, окутавшего планету.

– Даю отчёт. – вербальный голос «Макса» звучал торжественно и чётко. – Десять, девять, …, три, два, раз, ноль. До скорой встречи.

Ничего существенного не произошло. Клонические судороги мышц, характеризуемые очень быстрым сокращением и расслаблением; померкший на мгновение свет. Шлюзовая камера исчезла. Вместо маленького овального помещения, где пахло пластиком и металлом, взору открылся безрадостный пейзаж планеты. Мелкосопочник, жухлая трава, серые невысокие скалы. Данила огляделся. Он еще, будучи в рубке истребителя, с высоты пяти тысячи метров детально изучил местность, на которой ему предстояло, но не очень хотелось, проводить боевые действия. «Макс» с помощью Управляемого Гравитационного Коллапса переправил его в небольшой лог, окружённый невысокими отвесными скалами. Прямо перед ним, на расстоянии полукилометра, находилась возвышенная равнина – горное плато, ограниченное чётко выраженными уступами. Там, где предстояло действовать, находились: чёрные конуса, летающая тарелка, десантные боты, научно-исследовательский крейсер землян, его экипаж и «паразиты». Плана как такового не было, приходиться ориентироваться на местности и по обстановке. Лог и плато соединял глубокий узкий распадок, позволяющий незамеченным подобраться к врагу и его пленникам. Отвлекающий манёвр истребителя давал надежду на то, что высадку человека паразиты не заметили. Данила быстрым шагом направился в сторону плато, стараясь держаться в тени скал. Комбинезон цвета «хаки» позволял надеяться, что визуально его трудно будет обнаружить, но одно обстоятельство заставляло быть осторожным. Противник не имел глаз, ушей, органов обоняния и в тоже время всё видел, слышал, чувствовал на довольно большом расстоянии. К тому же он наверняка взял на вооружение органы чувств людей, его мощное оружие и специальную подготовку десантников. Дно распадка резко поползло вверх и закончилось узкой расщелиной. До плато оставалось пройти, вернее, проползти, несколько десятков метров. Данила, тщательно выбирая место для рук и ног, начал восхождение. Тело с трудом проникло в узкую щель между скалами, но благодаря малому расстоянию имелись дополнительные точки опоры. Он взбирался до тех пор, пока не открылся обзор на плато. Теперь можно было оценить обстановку. Крейсер находился от него примерно на расстоянии километра, в центре горной равнины Он произвёл посадку рядом с двумя десантными ботами. Летающая тарелка и «чёрные конуса» расположились недалеко от расщелины, в которой скрывался Данила. До них было около трёхсот метров. Десантники, вооружённые автоматами, оцепили живым кольцом научно-исследовательский крейсер. Они, запрокинув головы, внимательно вглядывались в небо. Ещё два охранника стояли в точно таких же позах у одного из десантных ботов. У Данилы ёкнуло сердце. Ему ощутил, что Даша где-то рядом.

– Неужели «Совет Земли» позволил ей лететь в составе экспедиции? – подумал он. В душе закипела злость на неизвестного чинушу, сотворившего такое деяние. Надо было успокоиться. Его чувства и желание быть рядом с любимой могли сыграть с ним злую шутку. Молодой человек расслабился, несколько раз глубоко вздохнул и вновь принялся осматривать равнину. Запрокинутые вверх головы десантников говорили о том, что «Максу» манёвр удался. Он отвлёк противника на себя, но неизвестно, чем закончился его вояж. Оставалось надеяться на лучшее. От размышлений Данилу отвлек Генри Буш. Да, это был старший инспектор «Совета Земли», собственной персоной. Он появился из недр крейсера и в сопровождении четырёх дюжих, чернокожих десантников направился в сторону летающей тарелки, некогда похищенной Мартином Харрисоном. Если брать во внимания сведения о возможностях паразитов, то они, скорее всего, заставили думать людей в нужном им направлении и могли догадаться, кто и зачем нарушил границы энергетического купола окутывающего планету. Необходимо было предпринимать хоть какие-нибудь действия. Данила выбрался из расщелины и по-пластунски стал пробираться в сторону чёрных маяков, стараясь придерживаться впадин почвы и прикрываться естественными выступами плато. Он хорошо помнил, что ближе, чем на двести пятьдесят метров к паразитам нельзя было приближаться. Несмотря на тщательную маскировку, они могли обнаружить его, даже не используя органы зрения - глаза, осёдланных ими людей. План действий рождался по мере приближения к летающей тарелке. Необходимо было захватить пока единственный космический аппарат, освоенный противником. Судя по тому, что крейсер и десантные боты находились ещё на этой неуютной планете с разряженной атмосферой, у паразитов возникли какие-то проблемы с их бортовой компьютерной системой или системой управления. Нельзя было терять времени. Данила, не смотря на то, что передвигался ползком, первым оказался возле летающей тарелки. Ему надо было торопиться, расстояние между ним Генри Бушем и четырьмя десантниками сократилось до трёхсот метров. Он по-пластунски обогнул разлагающиеся трупы дриопитеков и вполз открытый люк шлюзовой камеры. Анализируя поведение противника и его возможности можно было догадаться, что материалы, из которых состоит оболочка космических аппаратов землян, скорее всего, плохо пропускают длину волны, на которой паразиты чувствуют живое существо. Стоило воспользоваться этим недостатком биологических особенностей организма «черепашек» или достоинством сложных композитных материалов, из которых состояла броня летающей тарелки. Рубка казалась какой-то безжизненной. Обычно, когда Данила находился рядом с искусственным интеллектом или внутри машины, оборудованной бортовой компьютерной системой он «чувствовал» их. Сейчас же летающая тарелка представлялась мёртвым существом, ни сердцебиения, ни дыхания, ни пульса. Пустая рубка, потухшие обзорные экраны, густой полумрак. Молодой человек снял с пояса два парализующих пистолета, расслабился и, прижавшись к стенке, стал ждать неприятеля. По его расчётам Генри Буш и его телохранители должны были вот-вот появиться. План был прост – усыпить людей, лишить паразитов возможности быстро передвигаться и пользоваться оружием. Исход операции зависел от того, каким образом поведёт себя противник. Было необходимо, чтобы все пять человек появились в рубке летающей тарелки. Уже стало ясно, что паразиты усиливали свои сигналы, которые способны взять под контроль любой мозг, как живой, так и искусственный, с помощью чёрных конусов. Неизвестно, выдержит ли его Данила, не смотря на свои неординарные возможности, когда на его голову обрушиться вся мощь маяков Мартина Харрисона.