Чтение онлайн

— Простите, с кем имею честь?..

— Я старшая медсестра.

— Очень хорошо, тогда может вы мне объясните, кто позволил вашей медсестре взять в руки шприц!? И вообще, где вы ее выкопали? После этого укола я вряд ли смогу ходить ближайшие несколько недель! Вы только посмотрите, что она наделала! — Влад резко откинул одеяло, выставляя напоказ уже успевшую налиться чернотой шишку.

Женщина, не ожидавшая от больного подобных нападок несколько растерялась, но очень быстро пришла в себя. Подойдя к кровати, деловито осмотрела повреждение. Потрогала шишку пальцем, заставив Влада сморщиться от боли.

— Ну небольшой синяк, и что? — констатировала она. — Тоже мне, нежный какой нашелся! Поставили ему небольшой синяк, так он истерики тут закатывает! Вы же мужчина, умейте потерпеть!

— Знаете, что… — попытался Влад повозмущаться и дальше, резко одергивая одеяло, но его очень быстро перебили.

— Знаю! Очень хорошо знаю! — женщина выглядела твердой как скала и готовой на все, только что бы защитить своих подчиненных. — Вас вон сколько, больных, — она широко развела руками, показывая Владу необозримое количество пациентов, — а бюджет во-от какой, — она свела большой и указательный пальцы правой руки так, что между ними почти не осталось пространства, — махонький. А зарплата еще меньше. Где мне по-вашему профессионалов набраться? Дотаций нам не дают, бюджета не выделяют, а требуют, чтобы мы обслуживали по первому классу! Не нравиться, так не болейте! Понятно!?

— Понятно, — пробормотал Влад, чувствуя себя участником комедии абсурда. Он совершенно ничего не понял из того, что пытались до него донести, лишь еще больше уверился в том, что жизненно необходимо как можно скорее покинуть это гостеприимное заведение и Влад предпринял робкий шажок по этому пути, — тогда, может вы меня выпишите? — предложил он.

— Выписывают у нас только доктора, — назидательно проговорила старшая медсестра, — но так как ваш лечащий доктор уехал на пару дней по семейным обстоятельствам, то вами больше никто из врачей заниматься не будет, они все очень загружены…

— А мне что…

— Больной, прекратите истерику! Все назначения подробно написаны и будут выполняться до тех пор, пока не вернется доктор, я надеюсь, это тоже понятно?

— Понятно… — сокрушенно пробормотал Влад, все его надежды на спокойный и цивилизованный уход из лечебного заведения рухнули.

— Вот и хорошо, что понятно, — удовлетворенно подвела черту старшая медсестра, — так что будьте добры держать себя в руках, кем бы вы там себя не представляли! Хоть герцогом, хоть чернорабочим! У нас все равны! — на этой победительной ноте женщина выплыла из палаты оставив Влада в полнейшем недоумении — выходит они знают кто он и продолжают… Точно, комедия абсурда!..

По тому, какую приносили еду, Влад сумел определить время суток. Конечно, мутноватая жидкость с одиноко дрейфующим в ней кусочком капусты, ни по цвету, ни по вкусу ни на что не походила, кроме помоев, но при наличии огромной фантазии в ней можно было опознать суп, а суп подают только в обед. Кроме супа никаких блюд предложено не было и пришлось его съесть, а точнее выпить, в желудке отчаянно урчало. После обеда Влад лежал с закрытыми глазами сквозь дрему прислушиваясь к шагам в коридоре, выжидая вечера, когда большая часть персонала разойдется.

На ужин принесли картофельное пюре, отчего-то серого цвета и какое-то консервированное мясо. К этому изыску кухни Влад, не смотря на голод, притронуться не решился, его еще подворачивало от супа. Благополучно отправив еду туда, где ей самое место, то есть в стыдливо прикрытое тряпицей судно, отыскавшееся под кроватью герцог выждал еще некоторое время.

Зашла нянька и молча унесла пустую тарелку, через некоторое время заглянула медсестра с градусниками и таблетками, их Влад отправил вслед за ужином и вот, наконец все угомонилось. Под дверью исчезла полоска света, это выключили лампы в коридоре, оставив неяркий дежурный свет. Влад решительно откинул с себя одеяло и поднялся, остро сожалея об отсутствии такой элементарной вещи, как тапочки. Ну, ничего, он раздобудет себе что-нибудь из обуви, а нет, так нет. В конце концов, он большую часть своей жизни проходил босиком и ничего — не умер!

Выглянул в темный, словно вымерший, после дневной суеты коридор. Покрутил головой стараясь определить в какую сторону двинуться. Сегодня он чувствовал себя гораздо лучше и поэтому достаточно быстро сумел сориентироваться. Вон та дверь, над которой горит тусклая лампочка скорее всего и есть выход. Только бы она не оказалась запертой на замок! Стараясь не шлепать босыми ногами Влад двинулся в сторону намеченной двери.

Дойти оставалось совсем немного, когда раздался звонок, заставивший Влада вздрогнуть и вжаться в стену. Где-то в глубине коридора послышался недовольно бурчащий приближающийся голос. И Влад, сам не осознавая того, что делает, вломился в ближайшую дверь. Это оказалась каморка забитая швабрами и метелками, и окном, в которое с трудом проникал свет больничных фонарей, слабо освещая помещение, но самое главное, в ней нашлась пара халатов. Влад выбрал себе самый большой и натянул поверх больничного одеяния. Подойдя к окну, потер пыльное стекло и выглянул наружу. Окно заменяло пожарный выход, было достаточно большое и выводило на гулкую железную лестницу. Возвращаться в коридор, где его в любой момент могли обнаружить и вернуть в палату, предварительно вколов какую-нибудь гадость, Влад не желал.

Он подергал ручку, впрочем не надеясь на легкую победу, но его ожидания не оправдались — окно достаточно легко открылось. В пыльную каморку пахнуло ночной прохладой, а вместе с ней ворвался шум и запахи большого города. Обычно не очень приятное сочетание выхлопных газов, расположившейся где-то неподалеку забегаловки и еще чего-то неопределимого сегодня показалось самым сладким из ароматов. Вот так и пахнет свобода! Влад усмехнулся про себя и покачал головой. Однако на лирику уже не осталось времени. В каморку в любой момент может кто-нибудь заглянуть. Выбрался на сваренную из металлических прутьев лестничную площадку и как можно тщательнее закрыл за собой окно. Щелчок и рама захлопнулась. Все, назад дороги нет…

Выскользнув из палаты в полутемный коридор я мельком огляделась. Вроде никого. К лифтам идти впрочем, чревато — очень уж близко пост. Ну, ладно, как-нибудь.

Я заскользила вдоль стены радуясь позднему времени и вследствие чего дежурному освещению — одна лампочка на входе в отделение, другая на выходе и третья где-то посередине. Никто не должен видеть сбежавшую пациентку, шум поднимется, а это нам не упало.

До вожделенного выхода оставалось десяток шагов не больше… Твою мать! Дверь сестринской распахнулась, времени на раздумья не оставалось. Быстро огляделась выискивая щель, куда можно забиться. Ничего подходящего. До ближайшей двери пять шагов — не успеваю! Прямо за спиной квадрат метр на метр связывающий железным рукавом больничный отсек с прачкой, куда таким нехитрым лифтом отправляют грязное белье. Недолго думая, вдавила кнопку рядом с окном, створки, прикрывающие рукав разошлись и ухватившись за верхний край я, вперед ногами, скользнула в рукав, моля всех богов, чтоб внизу, по халатности своей, не успели убрать короб с бельем. Лястнуться со всего маху ногами об пол ощущения не из приятных, хоть и высота не большая всего-то с метр. Но ножки-то мои, не казенные и их жалко.

Прогрохотав по пологому рукаву около уровня, набрав при этом немалую скорость, я въехала ногами в тюки белья. Белье смягчило падение, однако ощущения были далеки от райских, но ноги не ушибла и на том благодарствуйте.

Выбравшись из ящика, огляделась. Никого. Прачка будто вымерла. Ну, что ж, мне это только на руку. Сделав независимое лицо, направилась к выходу с таким видом, будто по прачке станции каждый день разгуливают непонятные личности в грязных комбинезонах без знаков отличия. Встреченный у выхода рабочий проводил меня удивленным взглядом, но остановить не решился. Благополучно выбравшись в коридор, побежала.