Чтение онлайн

– Значит так, подруга, рассказывай, что у вас было! В качестве компенсации! – Стешка потёрла щёку рукой.

– Ничего у нас не было.

– Хватит врать. Колись давай.

– Да вот так! Он доел ужин, собрался уходить. Говорит – всё понимаю, тебе надо подумать, поэтому, как минимум, до твоего ответа спим в разных кроватях. А я не хочу его отпускать обратно к б.яди Эльзе. Не знаю почему, но – не хочу. Поэтому говорю – подожди немного, пойдём хоть в комнате на дорожку посидим. Сели рядом на диван, я его спрашиваю – раз уж так вышло, что ты знаешь про мой детдом, расскажи хоть немного о себе. Он рассказал.

– И что у него там было?

– Хреново всё…

– Да ладно! Не похож он на страдальца.

– Он – нелюбимый ребёнок в семье. К тому времени, когда он родился, отношения матери с отцом уже были напряжённые. Они надеялись, что после рождения третьего ребёнка всё наладится, но не наладилось. Родители всё больше не сходились характерами; мать надеялась, что хоть младший сын будет её, а он, наоборот, встал на сторону отца. А потом и с отцом поругались, когда выяснилось, что отец – вор. Точнее, расхититель народной собственности. В общем, первое, что сделал Джо, когда обзавёлся паспортом и школьным аттестатом, – уехал из родного дома куда подальше.

Пока он это всё рассказывал, я подвинулась к нему поближе, и мы обнялись.

– И?!.

– И всё. Я сама в шоке. Никогда не думала, что так можно. До полуночи молча сидеть на диване, обнимая друг друга. С ним так хорошо молчать... Потом я прямо так и уснула. И он тоже. Наутро он оставил мне телефон – позвонить, если я захочу встретиться.

– Звякнешь?

– Не знаю... Стешка, у меня такого никогда не было.

– Даже с физиком?

– Тьфу на тебя. Там совсем другое. Физик... Его легко было полюбить, особенно в 14 лет. Такой умный, столько всего знает. Такой серьёзный. В школе на доске почёта висит. Просто красивый мужчина, в конце концов. Идеал, короче. А тут – я не знаю что. Ну вот как это так, Стешка: «Я живу у Эльзы, потому что удобно». Она не ревнует, потому что глупо ревновать, когда сама работаешь проституткой; она всё понимает; и вообще – ей уже 32 года, так что какие там серьёзные отношения с Джорджем моложе на 13 лет? Нет, ну вот как это?! Другой бы кто у меня давно уже с лестницы улетел.

– Погоди, погоди! Старше на 13 лет? 32 года? Ты хочешь сказать?..

– Стешка, я сама в а.уе, как его паспорт увидела. Он мне дал полистать. Джордж Маркович Лиандер, родился 22 июня 1961 года.

Я старше его на 4 года с лишним.

– Правда, что ли? Хрена се. А посмотришь…

– Вот и я про то же. Я чувствую себя рядом с ним маленькой и глупой девочкой. И вообще не понимаю, как произошло вот это всё.

– Слушай, Маш, а если это судьба?

– Да ну тебя! Скажешь тоже.

На следующий день в обеденный перерыв Мария выпросила разрешение позвонить с фабричного телефона, стоявшего на проходной. И, честно сказать, боялась набирать цифры, которые Джордж вывел на бумажке не особенно ровным почерком.

– Да? – на другом конце провода была женщина.

– Здравствуйте. Мне Джордж… Маркович оставил этот номер телефона для связи. С ним можно поговорить?

На другом конце повисла пауза.

– Алло, алло? Вы меня слышите?

– Слышу. Скажите, кто его спрашивает?

– Мария…

– Значит, вас зовут Мария?

– Да. А вы, простите, кто? Он дал мне этот номер для связи…– Можете называть меня Эльзой.

Да... Очередной повод обалдеть.

– Его сейчас нет. Но когда вернётся – я ему передам, что вы звонили. Вы хотите назначить ему встречу?

Мария продолжала ошарашенно молчать. А трубка усмехнулась.

– Слушайте, Маша, я прекрасно поняла, кто вы такая, ещё неделю назад. Джо, правда, даже вашего имени не назвал, но я не настолько глупа, чтобы не понять, кто у него завёлся. И что однажды это всё равно должно было произойти, раньше или позже. Говорите, чего вы хотите, я ему всё передам в точности.

– Если ему не трудно – пускай он заглянет вечером на днях...

Передадите?

– Так и передам.

– Спасибо. Эльза, поймите правильно. Я…

– Я уже всё поняла. И не дам ему повода для скандала. Пускай решает всё сам. Чёрт бы вас побрал.

Эльза бросила трубку.

Сидевший в проходной охранник изо всех сил старался не расхохотаться – он, как и Эльза, тоже уже всё понял.

– Спасибо… – Мария подвинула к нему телефонный аппарат. Ей было ужасно стыдно. А охранник – седой дядька лет под 60 – улыбался ей.

– Маш, ну, ты чего? Нешто я не человек – не пойму? Дело житейское. Удачи тебе. Может, и ты наконец своё счастье найдёшь.

– Вы думаете?

– Конечно! Давно пора!

…Джордж встретил её у ворот фабрики тем же вечером.

– Можно считать, что сегодня – это на днях?

– Она... Она тебе передала?

– «Звонила твоя прекрасная незнакомка. Представилась Марией. Сказала, чтобы ты заглянул на днях». Всё так?

Мария кивнула.

– Куда пойдём?

– Сначала – на колхозный рынок.

Эта мысль пришла в голову внезапно. В школе она была отличницей по домоводству. И вообще-то очень хорошо готовила. Пусть не думает, что у неё бывают только макарошки и водка. Сегодня она сделает свой лучший ужин. А для этого нужны хорошие продукты – свои, домашние, с колхозного рынка. Будем надеяться, хватит денег в кошельке.

– Мари, не надо мне доказывать то, что я и так уже понял! – Джордж слегка обнял её. – Я знаю, что ты самостоятельная и сильная. Поэтому перестань изображать героиню социалистического труда.

Он решительно отобрал у неё довольно тяжёлую сумку с продуктами и сунул ей в карман куртки три червонца – примерно столько, сколько Мария истратила на содержимое сумки. Сегодня она действительно выбирала всё лучшее. Девушка хотела возразить, но вспомнила случай со стольником и промолчала.

– Тебе понравилось?

Их ужин едва уместился на маленьком столе в кухоньке.

– Пока что это лучший ужин в моей жизни! – одобрил гость. После чего посмотрел на неё.

Похоже, он опять всё понял. Сейчас Мария должна будет дать какой-то ответ на главный вопрос. Но боится. Важное решение. Не бойся, говори.

Девушка вышла из кухни, прошла в дальнюю комнату, через минуту вернулась. В руках у неё были две сильно помятые купюры – стольник Джорджа и четвертак.

– Джо, я должна тебе рассказать. Надеюсь, тогда ты поймёшь меня правильно. Знаешь, что это?

Она положила на стол четвертную.

– Билет Государственного банка Северного Союза Социалистических Республик в двадцать пять марок. Или, проще говоря, четвертак.

– Я храню эту деньгу уже восемь лет. Помнишь, я тебе рассказывала про своего первого, учителя физики? Когда он понял, что совершил ошибку, связавшись со мной – он попытался расстаться поприличнее. А вышло наоборот. Понимаешь, он меня воспринимал как маленькую детдомовку, которую шоколадками не накормили. Поэтому он дал мне четвертак одной бумажкой и сказал – купи себе в утешение ящик леденцов. Типа, пошутил. А я... В каком-то подвале я рыдала от унижения. Я его полюбила, а он… как так можно?!