Чтение онлайн

«Проще…»

Хм… а вот тут даже спорить не стану. Уж Клим-твердянский в этом плане калач тёртый. Не то, что я — пять лет инвалид-колясочник…

— Эй, мужик! — отвлёк меня от невесёлых мыслей грубый, но при этом отчётливо ироничный голос.

— А? — оглянулся я, наткнувшись взглядом на рожу того самого чёрного урука — единственного в своём роде.

Ну, по крайней мере, здесь, в кафе «Орда». Я, кстати сказать, раньше никого из их рода-племени не встречал, только сейчас вот сподобился. И сразу же задался вопросом: с чего это уруки чёрные, если вот этот конкретный — скорее землистого цвета? Впрочем, пофиг. Главное, что агрессии не проявляет. Потому что в случае чего даже при моих нынешних возможностях с таким противником справиться будет не очень-то и просто. Ведь так, Клим?

«Ага…»

— Погладить-то можно? Ну, киску твою?

— Ась?! — машинально скользнул я взглядом по Милке — от декольте и вниз, уже внутренне закипая, однако вовремя сообразил, в чём дело: — А! Если без фанатизма, то можно. И претензии по поводу неплановых покусов и внезапных оцарапов не принимаются!

— Ладно! — клыкасто ухмыльнулся урук-хай. — А угостить?

— Да мы как бы и сами закажем…

— Да не тебя, балбес! Животинку!

— Без алкоголя! — выдвинул я категорическое условие.

— Мяу!!! — возмутилась Изька из-под чужого стола.

— И без кофе! — ужесточил я требования.

— Мя…

— И без сладкого!

— М-м-м-м…

— Замётано, мужик! — подмигнул мне урук. — Кис-кис-кис! Иди сюда, дядя Костоломчик даст тебе вкусняшку!

— Так о чём мы там говорили? — вновь сосредоточился я на собеседнице.

Вернее, на её хмуром лице, потому что в любом другом случае взор мой невольно спускался куда-то в район её же бюста.

— Кажется, я поняла, про какую дань ты говорил, — невпопад отозвалась Милли, в свою очередь прикипев взглядом к Изольде.

Которая, между прочим, уже с удобством расположилась у урука на коленках и благосклонно принимала его незамысловатую ласку в виде осторожного поглаживания здоровенной когтистой лапищей вдоль хребта.

— Да, Изольдочка у меня такая! — загордился я питомицей.

— Абсолютный гнездовой паразит… мы перед ней беззащитны… — продолжила пребывать в прострации сестра поручика Купфера.

— Это ты просто редко её видишь, — хмыкнул я. — Иначе бы давно иммунитет выработался.

— А? Что? — встрепенулась Милли.

— Добрый вечер, говорю! — ухмыльнулся я. — Ты, вроде, поговорить о чём-то хотела? Или сперва заказ сделаем? Я угощаю!

— Давай! — обрадовалась девушка. — Я просто умираю с голоду! На официальных приёмах разве поешь нормально?! Официант!

— Чего изволите-с? — мгновенно материализовался возле нашего столика хлыщеватого вида малый человеческого роду-племени.

Такой, знаете, типовой представитель славной когорты половых, как их изображали в произведениях дореволюционной России из моего старого мира — даже рубашечка белая при нём. И усики! Тончайшие, щёгольские! Ну и полотенце через правую руку.

— Стандартный комплект! — не стала мудрствовать лукаво Милли.

— Два! — продемонстрировал я официанту соответствующее количество пальцев.

— Сей секунд! — с готовностью кивнул половой. — Сударыне — один комплексный перекус, сударю — два!

— Не-не-не! — замотал я головой. — В сумме два! Я столько не сож… в смысле, не скушаю!

— Ой ли! — лукаво улыбнулась Милли, но переубеждать меня не стала.

— Два стандартных комплекта! Сей секунд!

— Ну так о чём ты со мной хотела…

— Ну Клим! Ну давай дождёмся! Тут быстро делают, — заверила меня девица с самым невинным видом.

И даже не возмутилась, когда я вновь уставился ей в декольте.

— Ладно, — тяжко вздохнул я.

Ну хочется ей меня помариновать немножко, ну и кто я такой, чтобы ей в этом благородном деле препятствовать? Тем более что я и не в накладе — вон какой вид открывается! Смотри — не хочу! Но я хочу, и ещё как!

— Извольте-с, — и впрямь очень скоро вернулся половой.

Да не один, а в компании подноса, с которого и принялся переставлять на наш столик тарелища, тарелки, тарелочки и соусницы.

— Ого! — впечатлился я.

— Это ты ещё их кофе не пробовал! — подзадорила меня Милли, и безо всякого смущения вгрызлась в здоровенную шаурму, каковую сграбастала с тарелищи совершенно простецки, прямо руками.

— Не обляпай… а, ладно! — смирился я с неизбежным, и отдал должное уже своей порции.

Некоторое время за нашим столиком царила идиллия, изредка нарушаемая лишь нескромным чавканьем (моим, но это я не со зла и вообще случайно), а потом, когда шаурма закончилась (очень, на мой взгляд, быстро) и официант принёс кофе — на сей раз в нормальных чашках! — я всё же решил вернуть общение в конструктивное русло:

— Что ж, в третий раз спрашиваю вас, Амелия Лукулловна: и о чём же вы со мной хотели поговорить? Уж всяко не о матримониальных планах, полагаю?

— Чего?! — чуть не подавилась та кофе.

— Матримониальные — это…

— Да я в курсе, Вырубаев! Мне другое не ясно: с хрена ли вообще?! Я что, повод какой-то дала?!

— Не, ну а чё?! — обиделся я. — Чем я не партия? Молод, красив, маг…

— Пустоцвет!

— … материально обеспечен, жильё имеется, даже живность — вон, кошка! Ну и попаданец ещё до кучи! Где другого такого взять?! Доразбрасываешься!

— А, так вот в чём дело! — дошло, наконец, до девушки. — А я-то всё голову ломаю: а что это Клим Вырубаев, один из лучших спецназовцев Корсаковской жандармской команды, забыл в полицейской учебке сервитута?! А у тебя тут адаптация, оказывается! Но тогда ты… не Клим, верно?

— Нет, не верно, — помотал я головой. — Клим. Только не Вырубаев, а Вырыпаев. Ну и по батюшке Потапович, а не Палыч, как здешний. Ну и так по мелочи много ещё чего похожего. Ну как, заинтриговал вас несчастный попаданец, Амелия Лукулловна?

— Дополнительно?

— Ага.

— Не-а, ничуть! Просто часть интриги снял, не более того.

— А ты, получается, под меня рыла? В смысле, копала? Тьфу! Сведения обо мне собирала, да? Раз насчёт Клима-твердянского в курсе, что он топ-спецназер? У братца выспрашивала?

— У него выспросишь! — смешно сморщилась Милли, отчего стала ещё симпатичней. — С каждым годом всё скрытнее и скрытнее! Ну а невыносимым он с рождения был.

— Ну да, типаж у него такой. Приходится соответствовать.