Чтение онлайн

— А чем он занимался в Саванне? — спросил Ларедо.

— Не знаю точно, — сказал Уоллис. — Нужно проверить. Поездка туда занимает около трех часов. Собирался отправиться завтра.

— А могли его занятия там привести к гибели здесь? — спросил Ларедо.

— Только не то, что мне известно. Вскрытие назначено на завтра. Агент Пайн хотела на нем присутствовать. — Он посмотрел на Блюм. — Ее планы не изменились? Из того, что я сделал официальный запрос на помощь Бюро, еще не следует, что я не рассчитываю на ее дальнейшее участие. — Он бросил взгляд на Ларедо. — Если, конечно, вы не против?

В ответ Ларедо коротко кивнул, но Блюм решила, что его кивок нельзя считать ни согласием, ни категорическим отказом.

— Я полагаю, она намерена продолжать участвовать в расследовании, — сказала Блюм.

— Ну что ж, тогда мы можем закончить, — сказал Уоллис, вставая. — Мне пора домой. Боюсь, жена скоро забудет, как меня зовут и как я выгляжу.

Он кивнул им обоим и ушел.

Блюм тут же полностью сосредоточилась на Ларедо.

— Вы хотите поговорить об этом, агент Ларедо? — спросила она.

Он немного подумал, а потом посмотрел ей в глаза.

— Я не совсем понимаю, что вы имеете в виду под словом «это», миз Блюм?

Она откинулась на спинку стула.

— Как долго вы работаете в ФБР?

— Шестнадцать лет. Начал практически сразу после окончания колледжа.

— Молодец. А я в Бюро почти сорок лет.

Его глаза слегка округлились, когда он услышал слова Блюм.

— В администрации, вы хотите сказать?

Она вздохнула.

— Я рассчитывала получить от вас более здравую реакцию.

— И что вы имеете в виду? — спросил он, и в его голосе появилась враждебность.

— За годы работы в Бюро я лично подготовила почти четыреста агентов.

Ларедо начал было улыбаться, но по выражению лица Блюм понял, что она не шутит.

— В Бюро около одиннадцати тысяч специальных агентов мужчин и примерно две тысячи семьсот спецагентов-женщин, то есть соотношение более чем четыре к одному в пользу мужчин. А среди специалистов-координаторов, или в администрации, как вы изволили выразиться, на девять тысяч пятьсот мужчин приходится более тринадцати тысяч женщин.

— Мне неизвестны точные цифры, но я благодарю вас за информацию.

— Соотношение агентов не становится более благоприятным для женщин.

— Агентом быть трудно. Я не утверждаю, что женщины на это неспособны. Ваш босс тому доказательство. Но если женщина хочет иметь детей и семью, возникают проблемы. Бюро не приветствует подобные вещи.

— Быть может, им следует пересмотреть свой подход, ведь сейчас они лишают значительное число квалифицированных женщин настоящей работы.

— Уж не знаю, что вам ответить, я всего лишь рядовой в окопах.

— Я достаточно долго работаю с агентом Пайн. Она великолепный специалист.

— У меня нет в этом ни малейших сомнений.

— Я навела о вас справки, агент Ларедо.

Он распрямил плечи и заметно помрачнел.

— Прошу прощения?

— После того как я рассталась с агентом Пайн и прежде чем вернулась сюда, мне удалось поговорить с подругой. Из администрации. А она побеседовала еще кое с кем. И я очень быстро получила право на запрос о вас. Быстро для тех, кто работает в администрации.

Казалось, в светло-зеленых глазах танцуют электрические заряды.

— Я не уверен, что мне это нравится, — заявил Ларедо. — И сомневаюсь, что у вас есть право заниматься такими вещами. — Теперь он даже не пытался скрыть гнев.

— Вам еще не доводилось делать запрос на других членов Бюро? — осведомилась Блюм.

Ларедо собрался что-то ответить, но передумал и просто промолчал.

— Вы будете рады узнать, что на мой пришел положительный результат. Вы на хорошем счету. В вашем досье нет никаких проблемных моментов, — продолжала Блюм.

— Я бы мог и сам вам сказать, если бы вы спросили.

— А вы бы мне ответили?

— Едва ли. Я бы посчитал, что вас это совершенно не касается. Значок, который я ношу, уже сам по себе свидетельствует о моих достоинствах.

— Мне нравится иметь подтверждение.

— А теперь вы говорите как агент, а не администратор.

— Вас удивит, когда вы узнаете, как много умений агента администратор вроде меня приобретает за годы работы в Бюро. Но я не уверена, что это действует в обе стороны, — спокойно сказала Блюм.

Густые брови Ларедо полезли вверх.

— Что вы хотите сказать?

— Вам известны процедурные методы быстрого получения необходимого оборудования?

— Ну…

— Или как созвать удаленную конференцию с более чем пятью участниками, часть из которых находится за пределами США?

— Я…

— Или отрегулировать проблемы с суточными за работу во время праздников? Или какая часть вспомогательного персонала наиболее важна, если вы хотите организовать поиск в приоритетных базах засекреченных данных? Или как решается простой вопрос о том, какой департамент отвечает за поставки кофе?

— Я полагаю, что для решения подобных проблем и существует вспомогательный персонал.

— Вот именно. Мы команда. И вместе мы делаем большую и трудную работу, максимально используя наши общие возможности.

— Куда вы ведете?

— К моему исходному вопросу. Вы не хотите рассказать мне о себе и агенте Пайн? Именно это я имела в виду ранее — впрочем, вы меня прекрасно поняли.

— Я не думаю, что тут есть о чем рассказывать.

Блюм разочарованно откинулась на спинку стула.

— Я уже упоминала, что проводила неофициальные тренировки агентов, чтобы обучить их распознавать, когда люди начинают напускать туман? — спросила она.

— Вы хотите сказать «лгать»? Да, агенты проходят очень качественную подготовку в данном вопросе.

— Повторение пройденного еще никому не мешало.

— Хорошо, — со вздохом сказал Ларедо. — Так объясните мне. Вы думаете, я лгу?

— Вы смотрите вниз и вправо и скрещиваете руки на груди, когда отвечаете: «Я не думаю, что тут есть о чем рассказывать». Классическая попытка спрятаться в коконе или уйти от ответа. Кроме того, я вырастила шестерых детей. Вы бросаете на меня сердитые и дерзкие взгляды, какими отвечал мой девятилетний сын, когда делал что-то нехорошее, но отказывался это признать. Вы все еще хотите продолжать закрываться и повторять, что тут «нечего рассказывать»?