Чтение онлайн

— Усилие в семьдесят фунтов вправо, и твой позвоночник лопнет, — сказал Рой. — И ты ни черта не можешь поделать с этим, придурок. Если один из твоих парней достанет «пушку», ты станешь трупом.

Псих мог только стоять на коленях, его толстые руки бесполезно торчали в стороны.

— Они убьют твою женщину. Мне достаточно сказать им.

— Ты все равно собираешься убить нас обоих. По крайней мере, я получу удовольствие, прихватив тебя за компанию.

— Что это за дерьмо про фунты усилия?

Один из людей Психа вышел вперед.

— Это морпехи. Их тренируют так убирать часовых. Реальное дерьмо, босс, — тихо добавил он.

Псих поднял взгляд на своего бойца.

— Ты служил в морпехах, Джаз?

— Старший брат служил. Он мне рассказывал.

— Ты морпех? — спросил Псих у Роя.

— А это важно?

— Ты убиваешь меня, они убивают тебя и женщину. А если ты не убьешь меня, я убью вас обоих. Как тебе расклад?

Рой посмотрел на кучку людей Психа.

— А как насчет другого варианта?

— Чего?

— Настоящий мужской способ разрешать споры.

— Ножи? Ты ж не настолько тупой. Я нарежу твою белую жопу на ломтики.

— Я сказал, настоящий мужской.

— И что это значит?

— Баскетбол. Один на один. Вон там есть площадка и мяч.

Мейс обернулась посмотреть на одинокий обруч без сетки и лежащий под ним старенький мяч.

— Баскетбол! — взревел Псих. — Думаешь, раз я черный, то играю в мяч?

Рой опустил взгляд.

— Нет. Но на тебе шузы, которые парни из команды UNC надевают на игру. И они у тебя не для понтов. Потерты и поцарапаны по бокам и снизу. Такое бывает, когда играешь в мяч на асфальте. Я даже могу сказать по царапинам, что ты скорее форвард, чем центровой игрок.

— Так ты въезжаешь в баскет?

— Я фанат. Ну так что, договорились?

— Само собой, мужик, без проблем.

Рой усилил хватку.

— Не гони мне.

— Я не гоню, все по чесноку.

— И это хорошо, — сказал Мейс. — Потому что если ты скажешь, что сделаешь, а потом откажешься, то потеряешь уважение всей своей бригады. Ты не увидишь этого сегодня или завтра, но однажды такой день настанет. Их босс не станет играть с белым парнем в мяч? А вместо этого просто шлепнет его? Да, это нетрудно. Видишь, он уже тебя опередил. И ты можешь держаться и говорить спокойно, но это ты стоишь на коленях, а другой мужчина решает, жить тебе или умереть. Он может убить тебя прямо сейчас. Но он предлагает тебе уважение. Способ разобраться, как мужчина с мужчиной.

Уверенность Психа таяла по мере того, как он оглядывал свою бригаду. Никто не смотрел ему в глаза.

— Так что будет? — сказала Мейс.

— Играем до одиннадцати, очко за бросок, выигрыш при разнице в два, — прорычал Псих. — В смысле, я выигрываю при разнице в два. А теперь выпусти мою шею, и я надеру тебе задницу.

Рой медленно отпустил мужчину. Псих встал и тщательно отряхнул джинсы. Затем оглядел Роя с ног до головы.

— Ты хоть знаешь, как играть в мяч?

— Немного.

— «Немного» тут не прокатит.

— Можем бросить монету, кому начинать.

— Можешь начинать ты. Подержишь мяч в первый и последний раз за игру. А — и не забудь еще одно. Ты выигрываешь — вы оба уходите. Я выигрываю — вы покойники.

Псих забрал мяч у Роя, вбив ему плечо в живот и свалив на землю, потом заложил мяч в корзину из-под кольца, взяв первое очко. Вернулся к Рою, который медленно поднимался на ноги, и сильно ударил его по голени.

— Это было первое.

— Это был фол, — сказал Рой.

— На этой площадке фолов не бывает. Просто мужик против мужика.

— Твой мяч.

Рой участвовал в сотнях игр, на баскетбольных площадках колледжа и на улицах. У большинства парней был один излюбленный прием, у лучших — два, у самых лучших — три. Он дал Психу забрать мяч и забить, приняв удар локтем на бедро.

Это один прием, подумал Рой.

Псих взял еще очко, уже в другом стиле.

Это два приема.

Он взглянул на Мейс, которая с тревогой смотрела на него, быстро подмигнул ей, а потом ушел в защиту, низко присев и широко расставив руки и ноги.

Псих опять прошел и взял очко своим первым приемом. Точнее, он взял бы очко, если б Рой не отбил мяч с такой силой, что тот сбил противника с ног.

— Мой мяч, — сказал Кингман.

Он перехватил мяч и принялся стучать, проводя его между ног и даже не глядя вниз.

Псих начал опекать его, но Рой отступил и заложил двадцатифутовый.

— Первое, — сказал он.

Через минуту Рой провел данк с разворотом, а за ним — снова двадцатифутовый.

— Три — три.

Через пять минут, несмотря на все жесткие маневры Психа, он взял еще шесть. Его противник согнулся от острой боли в боку, а Рой даже не вспотел.

Безупречно исполнив смену ведущей руки — прием, вынудивший Психа отчаянно сдать назад и шлепнуться на задницу, — Рой обвел его и забросил мяч в корзину.

— Это десять, — объявил он. — Остался один.

Затем взял мяч и стал стучать им, глядя на пошатывающегося противника. Псих был унижен, вымотан и разозлен. Рой мог хотя бы позволить парню проиграть красиво.

«Да пошло оно».

Он повел мяч назад, остановился, прицелился и забросил с двадцати пяти. Мяч провалился в корзину, даже не коснувшись обруча.

— Одиннадцать. Ты проиграл. Мы уходим, — сказал он и пошел к Мейс.

Псих бросился вперед и выхватил у одного из своих людей пистолет. Тяжело дыша, он прицелился Рою в спину.

Тот обернулся.

— Какие-то проблемы?

Вытирая пот со лба, Псих сказал:

— Где ты выучился так играть в мяч?

— На площадках вроде этой.

— Ты врешь. Ты сказал, что немного знаешь, как играть.

— Все относительно. Возможно, ты не так хорош, как думаешь.

Псих взвел курок.

Мейс вырвалась из хватки двух мужчин, которые держали ее, и бросилась между Роем и пистолетом.

— Все здесь слышали, что ты установил правила. Он победил, мы уходим. Твои слова.

Псих оглядел свою бригаду, потом посмотрел на Мейс.

— Валите отсюда. Живо!

— Просто чтоб было ясно: мы не копы. Мы из соцслужбы. И приходили сюда, чтобы помочь Алише и ее сыну. Не надо ее трогать, она тут ни при чем.

Псих ничего не ответил и пошел прочь. Его бригада поспешила следом.