Чтение онлайн

Конь охотно разделил мнение хозяина. Дневной отдых в конюшне не прибавил ему прыти, шел он по-прежнему тяжело, под стать мыслям всадника.

Мысли же всадника одолевали не самые приятные. Утренняя жизнерадостность утонула в нескольких бокалах эля. И пусть миакоранское варево крепостью не отличалось, но Эрик чувствовал себя далеко не самым трезвым. Эль высвободил сдерживаемые мысли, сумерки заслонили мир и выпустили наружу образы, которых он бежал. Видения на грани пророчеств вставали перед его глазами, и напрасно вытирал он рукавом влагу с ресниц. Раз за разом из тумана над тропой вставал перед ним бревенчатый дом на высоких утесах Иссет-фиорда, манил приоткрытой дверью. Но сколько бы он ни вглядывался, не открывалась дверь.

И не мог он вспомнить лица Эрви, представить его себе даже и сотканным из клочьев тумана, теней по краям тропы и едва светящегося неба на закате. Напрасно только глаза напрягал. Чудилось ему, что слышит он ее голос, чувствует прикосновения рук к плечам - и только. С трудом сдерживался, чтобы не обернуться.

Задумавшись, он не заметил, как тропинка вышла на сухое место, и выступившие из темноты факелы застали его врасплох. Сначала ему показалось, что огни горят на городских стенах, однако то был лишь холм, и несколько огоньков, растянувшись в линию, спускались прямо на него. Прежде, чем Эрик успел сообразить, что происходит, его заметили, и бежать было поздно.

Мизерный шанс, что всадники с факелами окажутся арденами или эйториями, быстро исчез, едва он услышал резкие гортанные выкрики. Эрик знал, как звучит кассорийская речь. Рука потянулась к плечу, нащупывая рукоять меча.

Меча не было. Невероятно, но Эрик, похоже, забыл его в трактире. Он и не думал, что способен расстаться с клинком - ардены даже во сне оставляли свои мечи не дальше, чем на расстояние вытянутой руки.

Утешая себя мыслью, что клинок вряд ли помог бы ему хоть чем-то, Эрик придержал жеребца. Тот даже осел немного на задние ноги, но сразу же выровнялся.

Факелов было четыре, всадников - вдвое больше. Окружив его, они выкрикивали что-то на своем языке, которого Эрик не знал. Среди кассорийцев же не нашелся ни один, владеющий Старшей речью, и предводитель патруля жестами объяснил пленнику, чтобы он спешился.

Спрыгнув на землю, Эрик передал поводья одному из северян. Его обыскали, нашли нож и забрали его. Кто-то начал отвязывать от седла веревку, чтобы связать ему руки. Кто-то вскрикнул...

Чья-то лошадь заржала и взвилась на дыбы, сбрасывая седока. Эрик, метнувшись в тень, успел увидеть, как кольчуга на груди предводителя разошлась аккуратной прорезью, и брызнула из этой прорези темная кровь. Отбежав за пределы освещенного факелами участка, он упал в траву, прячась от кассорийцев, хотя уже понимал, что завоевателям было сильно не до него. Их кто-то убивал, причем Эрик не успел заметить, кто, и не смог понять, как.

Удаляющийся топот копыт заставил его поднять голову. Один из факелов тлел в мокрой траве, остальные двигались прочь, вверх по склону холма. Возле его жеребца стояли две живых лошади, да одна лежала мертвой, с перерезанным горлом. В схватке кассорийцы потеряли и троих воинов, включая командира.

Подняв факел, Эрик оглянулся в поисках своих неожиданных спасителей, но вокруг не было ни души. Пожав плечами, он перевернул один из трупов, ожидая увидеть стрелу. Однако раны, от которых умер кассориец, определенно нанес арденский полуторный меч. Эрик еще раз огляделся - нет, никого не видать. Странно, почему он не заметил своих сородичей. Очень странно.

Меч, который прогнал завоевателей, Эрик вытащил из последнего из павших врагов. Взялся рукой за рукоять, вздрогнул, как от удара, поднес к мечу факел и присел на землю, чтобы не упасть.

Многого на свете, как ему казалось, не бывает. Но утром этот меч чистил треску, а совсем недавно, получается, им убили троих кассорийских всадников. И Эрик мог поклясться хоть чем угодно, что его собственная рука меч в этой схватке не сжимала. Не так уж много он выпил.

Ночная тишина была ему ответом на все вопросы. Даже стук копыт кассорийских лошадей стих в отдалении. Никто в белом платье не стоял в тени скалы, чтобы подтвердить свою причастность к происшедшему. И не было рядом Эрви, способной заглянуть в будущее и увидеть там объяснение волшебному спасению Эрика.

А он-то думал, что свою долю чудес в горах вычерпал без остатка.

Лагерь кассорийцев, попавшийся ему на пути, Эрик все же обогнул стороной - во второй раз чудо могло и не случиться. Добрался без приключений до восточных городских ворот, заранее окликнул стражу, чтобы не стать мишенью для стрел своих же соотечественников. Выяснил, что до утра его никто в город пускать не собирается, привязал жеребца к коновязи, расстелил под нависающими машикулями плащ и уснул. Ему приснилось, что Эрви прижалась к его спине и обняла рукой.

Аэлевит выглядела не просто плохо - кошмарно. Глаза запали, на лице маской затвердела усталость, заплетенные в тугую косу волосы поблекли и напоминали прошлогоднюю солому. Прежде она следила за осанкой, но плечи женщины, встретившей Эрика в зале собраний ратуши, не расправлялись. Один ясный взгляд остался от былой прорицательницы, но был этот взгляд жестким и злым. На все это преображение у герцогини арденов ушло два дня.

– Что ты здесь делаешь, Эрик?
– бросила она вместо приветствия.
– Разве я не сказала тебе оставаться на Последнем рубеже?

– Нет, моя госпожа, - он предпочел сразу перейти на официальное обращение, чем набивать шишки, пытаясь выяснить, что с ней произошло.
– не сказала.

– Тогда почему ты здесь?!

Эрик придал своему лицу непонимающее выражение. Давненько ему не приходилось так изощряться, не привык Эрик быть слугой своим сородичам. С миакрингами ему было проще, достаточно было вида загадочного и глубокомысленного.

До Аэлевит наконец дошли слова Эрика. Она отвернулась, испепеляя взглядом витраж в окне.

– Ну и что ты еще от меня хочешь?

Услышав за спиной шаги, он обернулся и увидел двух эйториев в латах. Оба были ему смутно знакомы - возможно, встречал их раньше в Скейре. Старшие Запада стояли аккурат за пределами слышимости, ожидая, пока Аэлевит закончит разговор.

– Хочу сказать, моя госпожа, что приказ ваш выполнен в точности.

– Знаю, Эрик, - она обернулась к нему, но тут же опустила глаза, изучая пол под его ногами.
– Ступай, я очень занята.

Пожав плечами, Эрик развернулся и вышел вон из ратуши. Не то чтобы он ожидал от Аэлевит благодарности, но столь жесткий прием его удивил. И ведь непонятно, с чего вдруг такая перемена. Не бывает, чтобы человека так срубило расставанье с близким. Неважно, насколько близким - не навсегда же они распрощались, в самом деле.

Впрочем, чего только на свете не бывает.

Идти Эрику в Скейре было особо некуда. Накормят его в любой харчевне, а ночевать он может и на скамейке в парке - все равно. Тут он вспомнил о лечебнице и уверенно свернул на перекрестке в сторону западной части города. И дело ему будет, и новости заодно узнает.

Если лекарь и удивился его появлению, то вида не подал ничем. Он как раз обедал, и Эрик, приняв его приглашение, присоединился к трапезе. На обед у лекаря была бобовая похлебка и треска.