Чтение онлайн

— Галеасах, — зачем-то поправил Алексис. Негромко.

Колкий взгляд хмурой старухи говорит ясно: не знаешь, что делать, — хоть не умничай.

А резвая толпа еще пуще волнуется. Активно шумит. Им будто и не жарко. А с Проклятых Галеасов — крики, громкий плач, да еще и уже угрозы. Обещают вернуться «потом, когда умрем». Кажется, опять кто-то «пробовать» плыть собрался.

— А сам Черный Монах к герцогу прийти не может? — прищурившись, уточнила Юсти.

— Не ходит он давно. Уже лет пять как. Ноги отнялись от старости.

И «знание» не спасло.

И принести Черного, очевидно, тоже нельзя. Или некому. Или всем слишком жарко. Или заняты. А в колдовство не верят.

Разве что очень взрослый и мудрый герцог прикажет. Прямо сейчас. Проверит личный авторитет.

Шумная толпа почти дружно примолкла. Тоже — почти. Ждет. Только легкий ровный гул идет по разномастным рядам. Как от камешка — по ровной глади воды…

И наглый козел задрал голову в первых рядах. Даже набок склонил. Он тут точно главный. Не зеленый же герцог, в самом деле.

У козла хоть рога есть. Длинные, острые.

И, может, ему и ответ известен лучше всех «Знающих», только сказать не может. Люди же не понимают по-козлиному…

— Идем, — принял решение Алексис.

В конце концов, он и впрямь — настоящий герцог. И наместник в своих владениях. А суверенный император Мидантии старше его не больше, чем на пять лет. И ничего, справляется.

Да и передышка нужна хоть на четверть часа. Выйти из этого многоголосого, орущего, суетящегося кошмара и хоть что-то сообразить.

И под крышей Черного Монаха — ветхой или нет — в любом случае не так жарко. Хоть сверху не печет.

2

Брести пришлось еще с добрую милю. Если не дольше. Через небольшой с виду лесок. Алексис пару раз едва не садился прямо на заваленную ломаными сучьями землю. Остановило лишь, что жена и старуха шли без остановки. И не замедляя шаг.

А нормальные кони через этот странный бурелом еще бы и не пробились. Откуда тут вообще столько бурь? Точно — логово лесного колдуна. Любая легенда позавидует.

Приземистая хижина… домом это точно не назовешь. Покосилась ветхая дверь, распахнуто гнилое окно. Давно не крашеное.

Густая трава у самого порога — выше пояса. И на провалившемся крыльце — уже почти по колено. Только что на кривую крышу пока нагло не влезла, но всё еще впереди.

Тем более, узкий хилый козырек над еле живой дверью — уже вовсю зарастает.

Зато сама плохо крытая старой сухой травой крыша — на месте. И в незаметные щели легко проскользнет вездесущий дождь, но его сейчас нет. А вот для палящих солнечных лучей ветхая кровля встала несокрушимой, спасительной преградой.

— Мы пришли, Мудрый, — почтительно склонилась у грязного порога старуха. Уж насколько смогла.

Полутьма. Чистое изнутри окно раскрыто — впускает далекий ветер с побережья. А вот яркий свет с улицы — нет. Длинная штора мешает. Темная, плотная. Колышется, но не отходит.

У Мудрого больные глаза?

А морской бриз здесь даже освежает. Внутри небольшой хижины — сыро и прохладно.

— Вижу. Пришли, — проскрипело с узкой лавки в самом темном углу. — Девка и два младенца.

— Да, я привела герцога.

Приволокла. А ведь еще тащиться обратно.

Черный Монах что, знал эту бабку еще маленькой? И сам тогда уже был дряхл?

— Сядьте, — без малейшего почтения проскрежетал старец. — Знаю уже, что там…

Еще бы. Небось, уже половина резвого народу сюда сбегала. Включая ярых ненавистников колдуна. И разочаровались еще больше.

Потому так и бесятся. На не оправдавшего надежд загадочного Черного Монаха. На Проклятые Галеасы и их невезучих пассажиров вкупе с мертвой командой никто не злится.

Зато Алексис сейчас наконец-то передохнет. Куда бы уже облегченно присесть? Вон тот кривой то ли стул, то ли пень — не провалится? Их тут как раз три — на всех.

— Право Причала им дать никто не в силах, — разочаровал и новых гостей еле живой Мудрый. — Берег от них заклят еще в незапамятные времена мудрыми куда сильнее меня. Вся линия побережья на сотни миль. Да и нельзя Проклятым Корсарам такое доверять. Потом повадятся сюда плавать, когда захотят. Да еще и высаживаться.

— Так ничего не сделать? — не выдержал Алексис.

Тащились сюда — зря?!

Прохладная рука Юсти предостерегающе сжала его локоть. Зато присесть не помешала.

Стулопень — отрадно прохладный. Даже пара острых, колючих сучков — змеи с ними.

Алексис потянул жену на соседнее «сиденье».

Герцогиня слегка дернула плечом и осталась стоять. Старуха — тоже. И даже одобрительно кивнула.

Кажется, Алексис опять угодил впросак. Как обычно.

Ну, не спросил разрешения. Ну, не у себя дома. Но он здесь — герцог или как? Наместник императора и дальше по списку?

И грозный Евгений Милосердный спросит если что — не с Мудрого. И не со старой «девки».

— Сделать, — хрипло каркнул менее Мудрый, чем его предки. — Отнесите меня на берег. Право Причала не дам. И пытаться не стану. Но вот наша лодка сможет ближе подойти. Если туда жену младенца посадить.

Алексис сначала не понял. Но упрямая старуха уставилась дикими глазами. Уже не на него.

А Юстиниана зло усмехнулась. «Девке».

А что? Не один тут «черный» ведьмак у вас. Есть еще и посвященные змеиные Жрицы. Пусть и завязавшие с прошлым.

— Но не вплотную. Ярдов на десять сумеем.

— Так по воде не сдвинуться, — рискнула даже осторожно перебить престарелая «девка».

— Не надо по воде. По живому воздуху можно. Он Мертвым не подчиняется. Особенно с женой младенца на борту. Весла возьмите подлиннее. И перекиньте из лодки в лодку. И — по живому дереву…

Всё у вас тут «живое», поняли.

3

Лодку выбрали самую крепкую, большую и вместительную.

А в разгар долгожданного переселения народов прибыл немалый отряд обученных, вооруженных солдат в кирасах. Не императорских из столицы — те и впрямь далековато. И даже не штатный гарнизон из ближайшего… и сейчас не вспомнить, откуда. Город там, крепостица или просто мелкое селение — рыбаков или козопасов?