Чтение онлайн

— На днях приедут еще двое желающих.

— Думаешь, кто-то из них питает слабость к старым полуразрушенным сараям и мечтает жить в маленьком, продуваемом сквозняками коттедже без соседей? — с сомнением спросила Шона.

Нейт пожал плечами:

— В начале года я три недели жил в хижине посреди гор, без соседей. Там даже электричества не было, но тогда я не придавал этому значения.

— Молли мне говорила. Ты ездил на Бали.

Он кивнул:

— Я читал, что балийцы проводят первые двадцать четыре часа нового года совсем не так, как мы празднуем Хогманай [3] . Первый день нового года они называют «ньепи» — «день тишины». Нельзя выходить из дома, слушать музыку и даже включать свет. Теле- и радиостанции приостанавливают работу, аэропорт закрывается, а в последние несколько лет даже отключают интернет. Так местные жители пытаются обмануть демонов и злых духов, чтобы те решили, будто остров безлюден, и прошли мимо. Попытка начать все с чистого листа без призраков прошлого.

— И как? Получилось? — спросила Шона.

— Что?

— Ну, новое начало без злых духов. Иначе зачем ты летал на Бали именно в это время?

Нейт молчал, и на мгновение Шона задумалась, не зашла ли она слишком далеко.

Наконец он ответил:

— Возможно, получилось бы. Но, к сожалению, я не изучил вопрос заранее. На Бали Новый год отмечают не тридцать первого декабря, как здесь, а в марте. — Нейт снова сделал паузу, прежде чем продолжить. — Но в хижине у меня было что-то вроде личного ньепи. И так каждый день. Тишина была волшебной. А после захода солнца наступала кромешная тьма. Я никогда не видел такого звездного неба, даже в пустыне.

— Звучит прекрасно, — сказала Шона.

— Так и было. — На губах друга заиграла улыбка, а его уставшие зеленые глаза заблестели, и на мгновение Шоне показалось, что она снова видит прежнего Нейта. Того Нейта, который много лет назад поклялся ей, что всегда будет рядом. И по которому она так скучала. Как бы Шона хотела сказать ему это, сжимая его руку, как в ту ночь, когда они давали клятву.

Но Нейт нарушил клятву, поэтому она отвела взгляд от его лица и сказала:

— Мне пора. Дай знать, если вдруг соберешься в деревню.

— Это вряд ли. — Нейт поднял с земли парку и надел ее.

Ну и ладно! Шона свистнула Бонни и, только когда отошла на приличное расстояние, решила оглянуться. Она не знала, ожидала ли увидеть, как Нейт стоит перед коттеджем «Бэйвью» и смотрит ей вслед, но его отсутствие все равно ее ранило. На секунду Шона остановилась и вместо старого коттеджа попыталась представить затесавшееся между холмами современное бунгало из стекла и металла. И бассейн вместо сарая Альфи. Не смогла.

Шона вытащила из кармана телефон. Не для того, чтобы сделать последний снимок, а чтобы открыть страницу конкурса по выпечке тортов. «Там, где живет любовь…» Внезапно тема перестала казаться такой уж банальной и такой уж невыполнимой. Потому что она вдруг поняла, где это место — и что ей непременно нужно его сохранить.

Нет, Шоне по-прежнему не хватало трех тысяч фунтов на покупку коттеджа. Но конкурс тортов состоится через шесть недель — первое место принесло бы ей две с половиной тысячи фунтов, и Сильви сказала, что платеж можно отсрочить. А если она не выиграет? Такое вполне возможно, да и шансы на победу были довольно малы.

Шона быстро отбросила эту мысль. Она подумает об этом, когда придет время. Сейчас важно спасти коттедж «Бэйвью» и сарай Альфи от сноса.

Шона открыла регистрационную форму и ввела свои данные.

Вики огляделась с довольной улыбкой. Маленькую галерею было не узнать. Три недели назад Эл, предыдущий владелец, дал ей ключи, и она тут же затеяла ремонт. Вики не только заменила окна, но и расширила их. Прежде обшарпанные и ржаво-красные, стены теперь сияли ослепительной белизной. Вместо ковра появился паркет пепельного оттенка, как в загородных домах, а вместо неоновых трубок на потолке — длинные ряды точечных светильников. Работа не составила большого труда: мастерам потребовалось чуть больше двух недель, но комнаты совершенно преобразились, стали гораздо светлее и уютнее. Вики не терпелось заполнить белые стены картинами. Их пока было немного. От Эла она унаследовала несколько пейзажей и этюдов с видами Суинтона-он-Си. Не сказать, что они ей особенно нравились, просто она знала, что туристы с удовольствием раскупят их в предпраздничной эйфории, пусть даже немногие из картин украсят стены их домов. Еще Вики купила у него все рисунки Э. Смита. Один из рисунков, ее любимый, стоял возле стены прямо перед ней. Как и все работы Э. Смита, своей наивностью и яркими броскими цветами он напоминал детский рисунок. Вики уже знала, что этот человек на самом деле был иллюстратором детских книг, а Э. Смит — всего лишь псевдоним. И он не собирался его раскрывать. И даже не хотел с ней связываться! Вся переписка между ними проходила через агентство. Вики была бы рада поговорить с ним лично!

Несмотря на яркие краски, во всех мотивах было что-то тоскливое и меланхоличное: танцующая женщина с четырьмя птицами над головой, мальчик, сидящий в кресле с книгой посреди пышного сада, пожилая пара, держащаяся за руки среди цветов… Свой любимый рисунок Вики забрала бы домой и повесила бы на стену в их с Грэмом спальне — Грэму он нравился так же сильно, как и ей. На нем были изображены две девочки, сидящие ночью на пляже и смотрящие в звездное небо.

Вики как раз ждала свою подругу Энн. Та владела винтажным магазинчиком по соседству, и во время обеденного перерыва они собирались перекусить в «Крафте». Лиам готовил невероятно вкусно.

В галерею как раз вошла Энн. На ней было шикарное пальто цвета верблюжьей шерсти — несомненно, дизайнерское, — свободные джинсы и широкополая шляпа. В руках она держала мобильный телефон.

— Боюсь, придется отменить наш обед, — грустно сказала Энн. — Только что звонил Колин. — Ее бывший муж работал врачом в Суинтоне. — Он считает, что лучше отвезти Айлу в больницу. На выходных она упала с велосипеда. Раз боль не проходит, ей нужно сделать рентген.

— Как жаль! — Вики с нетерпением ждала обеда с Энн. — Но мы ведь перенесем на другой раз?

— Конечно. — На худом лице Энн появилась улыбка. — Подвезти тебя до деревни? — Старая молочная ферма, где, помимо множества других магазинов, располагались галерея Вики и винтажный магазин Энн, находилась недалеко от Суинтона.

Вики покачала головой. Она любила гулять и использовала для этого любую возможность, особенно после переезда в Суинтон в начале года. Море прямо у порога, простирающиеся перед ним маршевые луга, впечатляющий пейзаж Хребта Ужасной Руки с пятью зубчатыми вершинами, живописно припорошенными белым, и пологие холмы за ним… Все это было просто волшебно! В свой первый визит в Суинтон Вики влюбилась не только в Грэма, но и в природу. Покойная жена Грэма, Патриция, которая была родом не отсюда, всегда описывала этот край как миниатюрную версию Шотландии, ведь здесь собралось все, что определяло эту страну: леса, холмы, высокогорья, море…

Свернув на Мэйн-роуд, Вики увидела фургон Шоны, припаркованный перед милым цветочным магазинчиком «Цветы от Крисси». Сестра Грэма, стоявшая рядом с фургоном, не заметила ее, поскольку была поглощена телефонным разговором. И, судя по ее каменному выражению лица, разговор был не из приятных. Закончив его, Шона сунула телефон обратно в сумочку. Мгновение она стояла, понурив голову, а затем со всей силы пнула переднее колесо своего фургона. И не один раз, а целых четыре! После Шона закрыла лицо руками.

Вики замешкалась. Хоть в последнее время Шона и относилась к ней гораздо теплее, чем в прошлом году, но такими близкими подругами, как с Энн, они не стали. К тому же Шона все еще была слишком закрытой. «Есть ли у нее вообще друзья?» — подумала Вики. Если она и видела сестру Грэма в компании, то только с Лиамом, и то изредка: большую часть времени та работала в кафе, выгуливала лабрадоршу Бонни или просто сидела дома. Вики еще секунду поколебалась, затем взяла себя в руки и подошла к ней.