Чтение онлайн

– Вот она, Джим - Ваша свобода! Небо, звёзды, дороги и леса - это всё теперь Ваше по праву! Вам разрешено остаться в стране, равно как и покинуть её на правах эмигранта. Делайте, что посчитаете нужным.

Мужчина ничего не мог ей сказать. Он, как зачарованный, смотрел на английскую наследницу и любовался её тонкими, почти ещё детскими, чертами.

Ирена, так и не дождавшись ответа, отпустила руку испанца и села в экипаж. Колёса отстучали секунды по деревянному мосту через канал... Недолго думая, Джим нагнал карету и запрыгнул на запятки, словно лакей.

Он не мог видеть, что на губах наследницы, смотрящей на мелькающие за окном дома Лондона, сияет блаженная улыбка. Выполнив своё обещание - спасти жизни двух атаманов, Ирена почувствовала, как сердце успокоилось.

Тяжёлая королевская карета преодолела расстояние между государственной тюрьмой и дворцом лишь за два часа. Ирена уже успела вздремнуть, поэтому выпорхнула из неё с новыми силами. Прохладный ночной воздух приятно освежил лицо. Девушка решила пройтись по саду. Её окна были темны - Эйда ожидала свою госпожу в полудрёме, не зажигая свечей. Эвелины во дворце уже не было, и спешить в покои совсем не хотелось.

Мысли переполняли голову английской принцессы. Она думала о том, как Джек победоносно вернётся в Испанию, потом её память возвращалась к грустным глазам Райта...

Отогнав наваждение, девушка вспомнила о Питере и Бобби, ещё раз убеждая себя, что поступила правильно, временно выслав из страны Мери. Но память вновь вернула её к образу любимого мужчины. Тогда Ирена переключилась на Кеннеди, мысленно желая ему доброго пути, но навязчивый образ Красного Джона снова встал перед её глазами.

Принцесса вздохнула. Избавиться от преследовавшего её чувства оказалось непросто, особенно теперь, когда она точно знала - её безопасности ничто не угрожает.

Позади раздался неясный шорох. Наследница оглянулась - среди кустов мелькнула тёмная фигура, и уже через секунду на лунную дорожку вышел Токкинс.

– Джим?
– пришло время удивиться принцессе.
– Я думала, Вы остались в Лондоне.

– Вы сами сказали, что я свободен, миледи, и могу передвигаться, куда захочу.

– Но попасть в Виндзор ночью?
– приподняла брови Ирена.
– Как Вам удалось?

– Мне помог многолетний опыт, - улыбнулся Преподобный.
– Я должен был увидеть Вас снова.

– Зачем же?
– улыбнулась девушка.

– Когда Вы дарили мне свободу, я стоял, словно истукан, и не нашёл слов, чтобы отблагодарить. Поэтому должен исправить свою ошибку.

Токкинс подошёл ближе к принцессе и опустился на колени со словами:

– Но это не всё. Я не смогу жить спокойно, осознавая, сколько глупых ошибок совершил. Поэтому я прошу у Вашего Высочества прощения за всё то, что случилось с Вами из-за меня.

Ирена покачала головой:

– Вы не виноваты в моей безалаберности, Джим. Я по доброй воле обряжалась в мещанское платье и гуляла без охраны по Лондону, за что и получила хороший урок. Поэтому я не могу сердиться на Вас. Тем более после всего того, что Вы сделали для Кеннеди.

– О, Ваше Высочество...
– едва успел произнести Джим, как Ирена мгновенно приложила пальчик к его губам.

– Никогда не называйте меня так. Слышите? Я не люблю своего титула и не желаю его слышать от близких мне людей. А ведь мы с Вами теперь не чужие, правда? Мы связаны такой прочной нитью, которую никто уже не в силах разорвать.

– О, миледи...
– восторженно зашептал Джим.
– Элисса Английская, милая Ирена, очаровательная Дочь Англии... У Вас столько имён, что я теряюсь, какое мне нравится больше, но я безмерно рад, что в Вашем сердце нет обиды на меня. Вы - Фея. Фея моей души.

– Я давно простила Вам всё, Джим. Равно как и себе. Именно Вы открыли мне путь к стражам, именно благодаря Вам я встретила Кеннеди. Так должно было случиться, и хорошо, что мне удалось спасти Ваши жизни. Я буду рада обрести в Вашем лице друга.

– Друга?
– изумился испанец.
– Я не ослышался?

– Да, именно. Иначе зачем мне Ваше оправдание, зачем была нужна наша дуэль на берегу?

– Вы невероятная девушка, - прошептал Токкинс.
– Даже не знаю, за что мне такая награда.

– Наша встреча изменила мою жизнь. Наш ночной разговор - отношение к тебе, - мягко произнесла Ирена, перейдя на более интимный, дружественный тон.

– Я просто счастлив. Неужели это правда?
– покачал головой Преподобный, с трудом подавляя в себе желание обнять принцессу за колени.

Вместо ответа Ирена наклонилась к бывшему разбойнику и слегка коснулась розовых губ Джима Токкинса лёгким сестринским поцелуем. Мужчина почувствовал, что через это прикосновение их души соединились, словно скрепились печатью.

– Поднимись, Джим...
– прошептала принцесса, усмирив лёгкое волнение в груди.

Слишком ответственным был момент, слишком тонкой грань между прошлым и будущим. Но испанский изгнанник верно понял душу английской наследницы: с этой секунды возврата к прошлому быть не могло.

Встав на ноги и глядя в озёра прекрасных глаз Ирены, Токкинс едва слышно прошептал:

– Я прощён... Прощён! О, Небо...

На лице девушки заиграла улыбка - она вспомнила про прилипшее к разбойнику прозвище «Преподобный», и подумала, что он его вполне оправдывает.

Джим медленно пятился по дорожке, не в силах оторваться от созерцания лица девушки, ставшей для него откровением, и повторяя, как молитву, одно лишь слово «Прощён...» Мягко улыбнувшись на прощанье английской принцессе, испанец исчез в кустах.

Ирена вздохнула и отправилась в спальню через чёрный ход, чтобы не тревожить стражу.

А Преподобный шёл по дорожкам Виндзорского парка, даже не задумываясь, куда он, собственно, шагает. Его переполняли шквал навалившихся эмоций и пьянящее ощущение свободы. Свободы не только физической, но и душевной. Испанец понимал: если красавица леди Линкольн похитила его сердце, то душа его отныне принадлежит только Ирене, Дочери Англии. Так он решил сам.

[1] Блаунты носили титул баронов Маунтжой. Последний барон Маунтжой женился на Пенелопе Рич после смерти её законного мужа. Но брак и дети, рождённые до брака, не были признаны. Титул упразднили в 1606 году. Пенелопа - дочь Летиции Ноллис, родственницы королевы Елизаветы I. Таким образом, её дети - незаконнорожденные родственники Тюдоров. Джордж Блаунт - один из детей Пенелопы Рич от последнего барона Маунтжоя.