Чтение онлайн

Музыканты попробовали изобразить какое-то подобие менуэта, и Ирена уже кружилась среди друзей, уча их правильно делать па: шутка ли - завтра им придётся танцевать с придворными дамами и фрейлинами! Девушка так разгорячилась, что скинула свой плащ на полено, и вечерняя прохлада пришлась ей по нраву.

Всем, кто был на полянке, стало тепло и весело, даже Джек и Джон с удовольствием принимали участие в маленьком незапланированном празднике.

Принцесса опомнилась ближе к полуночи. Взяв с Парра Ортиса слово, что он не будет унывать, и спросив его полное испанское имя, со своей стороны девушка пообещала сделать всё возможное для беспрепятственного возвращения эмигрантов домой. В Виндзор она отправилась в сопровождении стражей первого звена. Впрочем, когда фигурка наследницы скрылась за дверями чёрной лестницы, мужчины и не подумали возвращаться - они безмолвными часовыми остались стоять под её балконом, мозоля глаза королевским гвардейцам, которые, разумеется, уже узнавали лесных друзей в лицо и по повадкам.

Робину, Раймонду и Джерому с трудом удалось уговорить командира вернуться в лагерь и выспаться - день у него выдался бурный, а времени отдохнуть совсем не было.

Оказавшись в постели, Ирена почувствовала, как тяжелеет голова, поэтому не прошло и двух минут, как наследная принцесса Англии окунулась в глубокий спасительный сон.

[1] Имеется в виду Тридцатилетняя война 1618 - 1648 гг.

[2] Речь идёт о несостоявшемся браке Ротсея, будущего короля Англии и Шотландии - Карла I.

[3] Имеется в виду Мария Кровавая, старшая дочь Генриха VIII, мужем которой был Филипп Испанский.

День пятый, 7 апреля

Ирена проспала завтрак. Мери и Эйда, прекрасно зная, что их госпожа поздно вернулась с прогулки, не стали её тревожить. Король и Дешторнак только руками развели, понимая, что принцесса переутомилась накануне вечером.

Камеристки поправляли огонь в камине, когда наследница проснулась, но ещё нежилась в постели, не подавая никаких признаков своего бодрствования. Девушки тихо переговаривались между собой, чтобы не разбудить госпожу, но от чуткого уха принцессы не скрылось ни одно слово.

– Как поживает твой капрал, Мери?

– Какой капрал?

– Тот, который тебе нравился и ухаживал за тобой с прошлой весны.

– Почему ты спрашиваешь?

– Не увиливай от ответа.

– Мне нечего отвечать - я не знаю, что с ним сейчас.

– Как это - не знаешь?
– замерла Эйда, остановив поленце на полпути к камину.

– После того, что он натворил, я и слышать о нём не желаю!
– надула пухлые губки Синеглазка.

– Он что, увлёкся кем-то? Изменил тебе?

– У нас ничего такого не было, чтобы он мог мне изменить, - быстро прошептала Мери и зыркнула на подругу синим колким взором, после чего поспешно добавила: - Но можно сказать, что изменил в другом смысле.

– Это в каком таком «другом»?
– бросив поленце в огонь, продолжала допрос с пристрастием строгая брюнетка.

– Он совершил поступок, после которого я поняла, что он вовсе не любит меня.

– Рассказывай, - отряхнув руки о передник и усевшись на коленки, приказала Эйда.

– Мне грозила беда. А он и пальцем не шевельнул, чтобы меня защитить!

– Серьёзное обвинение, - кивнула Эйда.
– А что это за беда? Может быть, она была не настолько велика, как ты себе вообразила?

– Ничего подобного!
– зашептала Мери, подавшись вперёд, и резко встала.
– Мне грозило неизвестно что, потому что меня сцапали гвардейцы и привели к маркизе!

Эйда тоже поднялась на ноги:

– Леди Линкольн?

Мери только утвердительно кивнула.

– Тогда ты права - ему нет прощения! От этой ведьмы можно ожидать чего угодно. Да простит меня Бог за такие слова!
– Эйда быстро перекрестилась на распятье в углу.
– Почему ты не рассказывала ничего? Когда это случилось?

– Давно, ещё в августе.

– И ты столько времени молчала?

– Она запугала меня, сказала, что миледи мне ничем не поможет, если она «позаботится» о моём будущем. Я и сейчас вся дрожу, что тебе рассказала...

– Так что хотела-то она от тебя?

– Я не знаю... Задавала какие-то вопросы про миледи, а потом выгнала. Потому что я ей ничего толком не сказала.

– Ты молодец. Не бойся, Мери, ничего с тобой не случится.

Синеглазка знала, что её верная подруга - надёжный человек и уж точно не проболтается никому о том, что происходит в стенах Виндзора.

Эйда обняла Мери, и они снова присели перед камином, поправляя поленца щипцами.

Только теперь Ирена решила дать камеристкам понять, что проснулась, и сладко потянулась в постели.

– Доброе утро, миледи!
– оставив огонь и подойдя к наследнице, ласково произнесла Эйда.

– Доброе, моя дорогая!
– отозвалась принцесса.

– Вы уже проснулись?
– склонилось над ней хорошенькое личико Мери.

– Кажется - да! Но я в этом ещё не уверена.

– Сейчас принесу Вам завтрак!
– отозвалась Мери и быстро выскользнула из спальни.

– Хорошо, - поднимаясь на кровати, улыбчиво ответила Ирена и обратилась к Эйде: - Который час?

– Половина одиннадцатого, миледи.

– О, Боже мой!
– воскликнула принцесса Англии.
– Ты не шутишь?!

– Конечно, не шучу, - улыбнулась уголками губ камеристка.

– Ооо...
– простонала Ирена и упала на подушки.
– Через полтора часа встреча, а я ещё в кровати!

Принцесса закрыла глаза и несколько секунд пролежала неподвижно. Но, решив вставать, она поспешно поднялась и с помощью Эйды облачилась в светло-зелёное платье с белыми рюшами, под стать весне.

К одиннадцати часам наследница была уже полностью готова к выходу. На дворе стоял тёплый солнечный день. Спустившись в парк, девушка прошлась по аллее, вдыхая полной грудью прозрачный весенний воздух и с удовольствием подставляя личико ветру. Она подошла к воротам Генриха VIII и встала чуть в сторонке, у дерева, устремив взгляд вдаль, меж стройными рядами Нижнего парка.

На губах Ирены играла лёгкая улыбка, а её щёки покрыл нежный весенний румянец. В мыслях вертелись незамысловатые строчки, словно сами собой складывающиеся в куплеты:

Стрелою я в Эшерский лес улетаю,

Ждут там друзья - это точно я знаю.

Дружба согреет, спасёт от дождя и ветров.

Пусть нереальною кажется людям,

Мы друг за друга горой вовек будем -

Дружба связала нас крепче железных оков!

Девушка стала покачивать головой в такт воображаемой музыке, придумывая на ходу продолжение:

В светлых лесах сердце девы осталось,

Билось оно там и так волновалось,

Что учащало привычный размеренный бег.

Я к стражам пришита незримою нитью,