Чтение онлайн

Так, никем незамеченная и неостановленная, ровно после обеда в назначенный день Оленька тихо выскользнула за дверь дома графа Р*** и направилась прямиком в конюшни. Она сама оседлала лошадь, забралась на нее и осторожно пришпорила, направляя в сторону дороги загород. Боязнь верховой езды все еще не отпускала девушку, но, вопреки всему, она пыталась себя перебороть. И хоть сердечко замирало при воспоминании о той своей неудачной скачке, радость от скорой встречи с Антоном переполняла ее и заставляла двигаться вперед.

Дороги во Владимирской губернии, не смотря на двухдневное отсутствие дождей, были полны луж и размытых ям. Добрая лошадка Полянской то и дело спотыкалась на ухабах и неаккуратно выложенных мостовых. Оля крепко вцепилась в вожжи, на каждой кочке вздрагивала и судорожно прижималась ногами к крупу лошади.

У выезда из города княжна увидела одинокого всадника, который с трудом удерживал игривого коня — тот рвался в путь и не понимал, почему хозяин так упорно заставляет его стоять на месте.

Молча доехали до опушки леса. Войковский с наслаждением следил за тем, как грациозно Полянская сидит в мужском седле. После того необыкновенного вечера, когда он понял, что никто не будет ему милее этой девушки, Оленька и вовсе казалась ему верхом изящества и красоты.

— Ольга Андреевна, я хочу, чтобы вы стали моей женой, — внезапно сказал Антон и сам испугался своей смелости.

Княжна резко затормозила, а Антон, не заметив этого, продолжал движение. Потом понял, что она осталась позади, остановил коня, развернулся к ней в пол оборота, но посмотреть в глаза не решался, хоть никогда до этого ему не приходилось слыть трусом. Когда же он нашел в себе силы взглянуть на нее, то увидел, как она улыбается.

— И что же, вы руки моей просить готовы? — спросила Оля, а сама поднесла ладошку к лицу и рассмеялась в нее. Страх конной езды отпустил, как будто его и не бывало.

— Готов, — уверенно ответил князь и добавил: — Но только если вы не против!

Оля снова взялась за поводья и слегка пришпорила лошадь. Та двинулась вперед нагоняя коня Войковского.

— Неужели вас мои обстоятельства не смущают? — заинтересовалась девушка, вмиг теряя улыбку с лица.

— Если вы меня любите… Вы меня любите? — вдруг испугался Антон и повернул к ней лицо.

— А почему вы решили, что я вам признаюсь, даже если это и так? — гордо вскинула головой княжна, и шелковый капор упал с ее головы. Непослушные черные волосы разметались по плечам.

— Но как же… — осекся Антон, — ведь если вы ко мне равнодушны, то зачем все это начинать?

— Какой же прозорливый вы, однако, человек, князь, — усмехнулась Оля, а потом справедливо заметила: — Ведь сами вы мне еще ни разу не признались. Вы — то меня любите?

И Полянская с несвойственной ей серьезностью посмотрела на Войковского.

— С первой минуты, — сразу признался Антон. — Не думал, что это возможно, но вы изменили меня.

Юноша сам был растерян и напуган этим своим честным признанием. Не думал он, что с этого начнется их разговор и переживал из-за своей горячности. Сам понимал, что поспешил с такими откровениями, но отступать было невмоготу. Говоря Оле о чувствах, он в первую очередь открывал их для себя, и теперь они нетерпеливо рвались наружу и жаждали быть услышанными.

— Отец не даст вам согласия, — тяжело вздохнула девушка и попыталась опустить себя с небес на землю.

— Но почему же? Чем я хуже вашего Николя? Я достойный жених!

— Об этом я и не спорю, — Полянская исподтишка посмотрела на Антона. — Как бы там ни было… Вы должны попробовать! Ради меня!

Князь сперва обрадовался этим словам, но после вспомнил, что она так и не ответила на его вопрос, и сразу сник.

— Так вы меня любите? — еще раз попытал свое счастье Антон и увидел, как сверкнули темные Олины глаза.

Девушка рассмеялась от души, а потом спохватилась и отвела от него смущенный взгляд. Ей было так хорошо, так счастливо, что хотелось поделиться с ним сразу всеми своими надеждами, но что-то сдерживало ее и в то же время пугало. Ей вдруг показалось, скажи она о своей любви, все испарится, исчезнет. И солнечный день, и лес, и город, и сам Антон. Всерьез озабоченная этим, она решила промолчать. Оля надеялась, что он итак все поймет. Слова ей казались лишними, способными только помешать всему.

— Просите папеньку!

Оля упорно продолжала сопротивляться желанию открыться ему, и чтобы лишить себя времени, которое могло все испортить, она развернула лошадь обратно к городу и легким галопом поскакала домой.

— Вы мне так и не признались! Как я могу быть уверен? — крикнул ей вслед Антон.

— У меня есть время подождать, пока вы станете поувереннее! — рассмеялась Ольга в ответ.

Девушка рассчитывала, что в этот же вечер Войковский приедет к ним и попросит встречи с отцом. Она прискакала домой окрыленная, на вопросы отца, где пропадала, отмалчивалась и только сверкала глазами полными счастья. К ужину она принарядилась, припудрилась на манер городских барышень, подрумянила щеки, и то и дело покусывала губы, что бы они казались алыми и пухлыми. Андрей Александрович, заметив изменения в дочери, не на шутку испугался. Он и понятия не имел, что могло случиться такого, что она вдруг стала другой. Душа его была неспокойна и подозрения одно другого хуже терзали сердце.

Сели за стол, горничная налила мужчинам наливки, разложила по тарелкам жаркое. Все еще гостившие у графа Р*** Машенькины сестры трещали без умолку, но Ольга отвечала невпопад и все поглядывала на входную дверь. Полянский, который следил за ней во все глаза, еще больше уверился в том, что все неспроста. Посреди ужина посыльный принес записку. Олег Денисович развернул ее, пробежался по письму взглядом и оповестил присутствующих:

— Князь Войковский снова прибыл в город. Обещается на днях заглянуть.

Граф весело подмигнул Машеньке, и она зарделась и опустила голову. Андрей Александрович нахмурился пуще прежнего и посмотрел на дочь. Та заерзала на стуле, мучаясь вопросом, но не смея задать его. Потом, в силу своего характера, не выдержала и уточнила:

— Вы уверены, что там написано «на днях»? Может, вы не так поняли, и он планирует посетить вас сегодня вечером?

Все взоры обратились к ней. Ее неподдельный интерес к этому обстоятельству был не понятен семейству графа. Полянский же наоборот вполне себе уяснил причину ее столь разительной перемены и уверился, что его подозрения о том, где, а точнее с кем она проводила день, были верны. Сей факт не только не радовал его, но и испугал безмерно.

Олег Денисович хоть и удивился, но на вопрос ответил:

— Нет же, именно на днях. Там так и написано, — и он зачитал строки: — «Как только появится возможность, загляну к вам и полагаю, что будет это на днях». Сложно здесь что-либо перепутать.

— Пожалуй, вы правы. Не перепутать, — еле слышно промолвила Оленька и опустила голову.

Настроение, с которым она собиралась к ужину, пропало совершенно. И хоть она пыталась убедить себя, что Антон вовсе не обещался прибыть именно сегодня, заставить себя и дальше выглядеть счастливой, девушка никак не могла. Есть совершенно расхотелось, да и слушать пустые разговоры стало невмоготу, но выйти из-за стола и уйти к себе, поправ все рамки приличия, Ольга не могла. Поэтому пришлось делать вид, что ничего не поменялось и ковырять вилкой в тарелке, словно продолжает с аппетитом лакомиться яствами с графского стола.