Чтение онлайн

— Чем тебя приворожил этот паренёк? — рассмеялся Егор, средний из сыновей Главы Рода.

— Он после спарринга в Клину не выходил из инженерной лаборатории, все технологические карты «Атома» перелопатил, — с ревностью заметила Елена Афанасьевна, жена Владимира Артемьевича. — Даже во сне шептал «каков стервец, переиграл меня».

Все рассмеялись шутке, которую княгиня, скорее всего, придумала тут же. Владимир и в самом деле был одержим проектом «Атома», но поражение молодому княжичу воспринял со всей стойкостью, как подобает сильному человеку. И Лизе понравилось, что отец признал недочёты нового бронекостюма. «Перед своими я могу быть искренним, — сказал он дочери через несколько дней после приезда из Клина. — Мамонов меня переиграл в нескольких компонентах, не относящихся к технологическому преимуществу. Если он добавит их в свой бронекостюм, то „Бастион“ нас переплюнет».

Именно после этих слов Лиза задумала кинуть зерно раздора между Мстиславскими и Мамоновым. Увы, дерзость и нахрапистость вкупе с женскими чарами ничего не дали. Княжич Андрей оказался крепким орешком. Более того, Лиза подозревала о каком-то артефакте, способным отражать колдовское воздействие. Бабушка, выслушав её рассказ о неудаче, уверенно ответила, что у Мамонова есть амулет с очень сильной защитой. И эту защиту, скорее всего, ставил не колдун или маг высочайшего уровня, а какой-нибудь шаман. Образно говоря, взломать шифр, основанный на совершенно иных принципах кодировки, коими пользуются все «классические» чародеи, ведьмы и колдуны на планете Земля, практически невозможно.

Однако у Лизы после той встречи крепла уверенность, что понравилась Андрею. И если бы его сердце не было занято другими девушками, то кто знает, какой узор стала бы плести Макошь в их отношениях. Иногда в хорошенькой головке княжны Оболенской проскальзывала мысль, а не поторопились ли отец с дедом, решив объединиться с «Технобронёй»? Почему не сделали ставку на «Бастион»? В таком случае вырисовывался каркас такого мощного промышленного альянса, что даже европейские производители задрали бы лапки кверху. От Мстиславских шла бы поддержка на всех уровнях, от Мамоновых — ресурсы. Да и сами Оболенские могли много чего предложить своим союзникам.

Но — увы. История пошла по другому пути, а значит, нужно работать не покладая рук. Работать, а не подвенечное платье примерять!

— Ржевские изъявили желание приехать в Тверь, посмотреть на наше производство, оценить перспективы «Атома», — объявил Артемий Степанович. — Сам Ярослав с сыном и внуком. Так что, Лизонька, готовься к смотринам.

— Так они меня хотят посмотреть или завод? — неожиданно для себя съязвила Лиза.

— Одно другому не мешает, — дед мазнул по ней недовольным взглядом. Взбрыкивания внучки ему давно не нравились. Этак и выгоду от сделки потерять можно. — Вижу, ты не изменила своего отношения к предстоящему браку. Ты огорчаешь меня, Елизавета.

Елизавета… Значит, степень недовольства у деда усилилась.

— Дедуля, я уже обозначила свою позицию, — стараясь говорить мягко, без агрессии, девушка упрямо вздёрнула подбородок. — Мне нужно минимум два года…

— Для чего? — рыкнул Артемий Степанович. — Что два года свободы изменят в твоей жизни? А нам уже сейчас нужны технологические инвестиции, которые позволят усилить наше влияние на рынке экзоскелетов! Без структурных изменений в интеграторе, которые могут обеспечить только Ржевские, нам не удастся первыми предоставить императору качественно новый продукт! Через полгода будет поздно! «Бастион» начнёт свою деятельность, и на кого государь кинет благосклонный взгляд?

— В самом деле, дочка, — вздохнул Владимир Артемьевич, — не стоит так упорствовать. Свадьбу можно сыграть и через год, но нам сейчас важно закрепить договор с Ржевскими, чтобы те продавили разрешение на внедрение в интегратор кристалла-фокусария.

— Почему вы обсуждали вопрос с моим замужеством без меня? — Лиза положила столовые приборы рядом с тарелкой. — Неужели такая тайна? Или за княжичем Юрием тянется какая-то неприятная история, что было решено не афишировать предстоящую помолвку? Домострой давно закончился, папа! Я тоже имею право решать, какой будет моя личная жизнь, кто станет моим мужем!

— Ты представляешь Род Оболенских, Елизавета, — тяжело обронил дед, сдерживаясь, чтобы не грохнуть кулаком по столу. — Который держит Тверь в своих руках уже триста лет — как думаешь, за счёт чего?

За столом повисло молчание. Перебивать старейшину никто не посмел.

— За счёт грамотных решений и правильной стратегии в создании родственных связей с другими семьями. Если бы каждая сопля собственноручно решала, на ком жениться или за кого замуж выходить, Оболенские давно бы по миру пошли!

Кулак всё-таки опустился вниз, но даже слабого удара хватило, чтобы посуда подпрыгнула на месте.

— Сопля, значит? — глаза Лизы потемнели и набухли от влаги.

— Не принимай на свой счёт, внученька, — поспешила на помощь бабушка. — Я своего Артёмку только на смотринах первый раз увидела. А тоже брыкалась, возмущалась, почему не могу сама себе выбрать жениха. Как видишь, ничего страшного не произошло.

— Извини, Лизонька, я не хотел тебя обидеть, — проворчал Артемий Степанович, успокаиваясь. — Ты же неглупая девочка, всё прекрасно понимаешь. Для Оболенских свадьба — это инструмент для укрепления Рода.

— От этого Ржевские больше выиграют, чем мы, — неожиданно поддержала Елизавету Елена Афанасьевна.

— Поясни, — нахмурился Владимир Артемьевич.

— Ярослав никогда не пойдёт против Мстиславских, — ничуть не стушевавшись, ответила супруга. — А союз Оболенских и Ржевских замышляется как раз в пику императорскому клану. Пусть только в экономическом противостоянии, но тем не менее… это опасная игра. Получив доступ к нашим ресурсам через Юрия и Лизу, Ржевские могут диктовать нам правила на своих условиях. Производство интеграторов по-прежнему будет находиться в руках туляков, и где гарантия, что император однажды не придёт к ним и не «перебьёт» сделку, от которой мы можем многое потерять?

— Лена, слишком расплывчато, — поморщился Владимир Артемьевич. — Что нам может диктовать Ярослав? Как строить бронекостюмы? Какое вооружение на них ставить? Да, интегратор — очень специфичный продукт, с его помощью можно давить на покупателей, выбивать из них выгодные для себя контракты. Но мы сможем переварить Ржевских, не сомневайся. Рано или поздно все их активы окажутся в наших руках.

— Я — женщина, и моё слово не решает ровным счётом ничего, — улыбнулась Елена Афанасьевна. — Но союз с Мстиславскими дал бы нам доступ к ресурсам Ржевских без всякого напряжения.

— Союз через кого? — нахмурил брови Артемий Степанович, внимательно слушавший невестку. — Из старших детей у нас Лиза да Егоркин Иван. Остальные ещё… сопляки.

«Сопляки» благоразумно молчали на дальнем конце стола, не вмешиваясь в разговор взрослых.

— Одна из цесаревен, например, Василиса, могла бы стать партией для Ивана, — рассудила Елена Афанасьевна. — Хотя бы можно было попробовать.

— Спасибо, Лена, — улыбнулся Егор Артемьевич, польщённый тем, что невестка таким образом решила позаботиться о будущем его сына.