Виктория – значит Победа. Серебряной горы хозяйка
Шрифт:
— Что ж, удачи, Викторьенн, — медленно произнёс граф. — Полагаю, детали этих самых поставок вы обсудите с Фабианом позже, а пока — идёмте в кабинет и извольте показать, какие воздействия вы использовали во время вашего безумного предприятия.
И я пошла, потому что — всё правильно, так и надо. И ещё Шарло позвала тоже — пускай тоже рассказывает.
Шарло, судя по всему, оказался героем первого этажа. Там его накормили и напоили, и был он благостен и счастлив.
— Ну что, я ж не знал, что ко мне маги подойдут, вот и не прикрылся, чего силу-то зря тратить, — вещал он. — Вот они и подошли, да как схватят за ухо! Двое солдат и офицер при них. И повели во дворец. А там ещё один офицер — тот, что потом пришёл, и его высочество велел ему найти де ла Порта — сказал посадить меня в подвал, ибо нечего. И если бы не госпожа Викторьенн, я там бы и остался.
— Вот и береги госпожу Викторьенн, — строго сказал ему господин граф.
И дальше мы снова занимались разными случаями ментальной магии, и я даже не скажу, кому удавалось больше — мне или Шарло.
А вечером ещё и принесли приглашение на следующий день — на музыкальный вечер к господину королевскому наместнику. Вообще приглашения нам с Терезой приносили исправно, и я никогда не упускала случай напомнить о себе здешнему сообществу и поддержать знакомства. И тут тоже написала в ответ — благодарю вас, непременно будем. Сбросила на Терезу вопрос подготовки платьев и всего прочего, и упала спать.
А утром насела на господина Фабиана.
— Понимаете, госпожа Викторьенн, господин Гаспар был скрытен, и до конца не доверял никому. Я так думаю, ему посчастливилось где-то быть представленным его высочеству, и он попытался предложить ему что-то из того, что имел. Но поставки короне — это всегда выгодно, за них всегда грызня, поэтому, думаю, он и молчал, даже мне ни словом не обмолвился. Вероятно, был устный договор о том, что господин Гаспар встретится с его высочеством здесь, в Массилии, и поставит всё, что надо.
— А его убили по дороге не из-за этих ли дел? Вдруг ещё кто-то тоже захотел заработать на поставках короне? Кто там больше всего хотел купить наши виноградники?
— Вам о том лучше знать, вам же предлагали.
— Была пара предложений, ни одно мне не понравилось, — усмехнулась я.
Например, блохастый барон де Сен-Сов. Только ещё не хватало, если он сам такой, он и в производстве антисанитарию разведёт. А если господин Гаспар был принципиально против блох, то, наверное, у него и на винодельне порядок.
— Будьте осторожней, госпожа Викторьенн. Если господина Гаспара убили из-за этого дела, то вы тоже в опасности.
— Я была в опасности ещё до того момента, как поговорила с принцем. Кто-то же прислал ко мне домой убийцу. Поэтому… буду везде ходить с Шарло, господин граф недурственно его натаскивает и говорит, что парень справляется.
— Вот и славно, пускай отрабатывает всё, что вы для него уже сделали, — проворчал господин Фабиан. — А что до поставок, то мы можем предложить вино, свежие овощи, вяленое мясо, муку. Нужно только знать, сколько нужно.
— Его высочество обещал прислать своего представителя.
В дверь поскреблись, и осторожно спросили снаружи:
— Госпожа Викторьенн, тут к вам человек пришёл, пускать?
— Кто ж вас докладывать-то учил, — вздохнула я, открыв дверь.
— Ну так он же не представился, сказал — вы его ожидаете, а Берта говорит — не просто так, а маг! — сообщил Длинный Тибо, был ещё Короткий.
— Отчего не спросили, кто таков и по какому вопросу? — нахмурилась я.
Нужен мне секретарь, ой, нужен!
— Госпожа, я от генерала Монтадора.
Тибо был бесцеремонно отодвинут, и передо мной оказался вчерашний сподвижник принца. Высок, круглолиц, черноглаз, глаза так и впились в меня. Как его зовут-то? Полковник…
— Полковник Жак Трюшон к вашим услугам, госпожа де ла Шуэтт. Генерал велел нам с вами договориться о поставках.
— Что ж, раз генерал велел, будем договариваться, прошу, — я с улыбкой пригласила его пройти в кабинет. — С господином Фабианом вы вчера уже встречались, он был правой рукой моего супруга и осведомлён обо всех его делах. Расскажите, что именно вам нужно и в каких количествах.
— Эм-м-м… мне нужно, — сверкнул улыбкой Трюшон. — Впрочем, мне дали с собой некоторые записи.
Он достал из поясной сумки — отличная, кстати, сумка, кожаная, с тиснёным рисунком — свёрнутый в нескольких местах лист, развернул его на столе и тщательно разгладил.
— Позвольте? — господин Фабиан придвинул лист к себе, пробежал глазами.
— И что там? — мне-то тоже интересно, между прочим!
— Смотрите, госпожа Викторьенн. Как я и говорил — вино, мука, мясо. Сделаем, да.
— Господин полковник, какие у нас сроки? Как скоро вы собираетесь отправляться? — спрашиваю, нужно же знать.
— Так вот чёрт его знает. Даже если мы нашли провиант в достаточном количестве, это ещё полдела, потому что с нами должен был отправиться граф де Мармон, а его никак не отпускает его величество.
— Простите, я совсем не разбираюсь в придворной жизни. Чем знаменит граф де Мармон?
— Это один из лучших дипломатов его величества, — раздалось от дверей.
Проходной двор, а не кабинет, честное слово. Впрочем, я была рада видеть господина графа.
— О, рад вас видеть, граф, — наш гость явно обрадовался.
— Здравствуйте, полковник. Как здоровье его высочества?
— Да что с ним сделается? То есть, всё хорошо. Будет, когда несравненная госпожа де ла Шуэтт и ещё некоторые люди помогут нам с припасами, а король отпустит наконец Мармона.
— Новый договор с султаном османов? — поинтересовался граф.
— Всё-то вы знаете, — усмехнулся полковник.
Но граф только пожал плечами.
— Господа, — строго сказала я, — давайте так. — Я скажу чтобы нам подали арро и что-нибудь к нему на перекус, и мы дообсудим дела. Потом пообедаем… а дальше будет видно.
— А дальше, Викторьенн, у вас занятия, — тут же отреагировал граф.
— Конечно. Это важно, ничуть не важнее, чем поставки для армии. Скажите, господин полковник, что вы вообще знаете о договоре моего покойного супруга с его высочеством?
— Я знаю, что он был, — пожал тот плечами. — Анри говорил, что часть потребностей в провианте закроет де ла Шуэтт, а часть ещё кто-то из здешних.
— А потом мы отправились сюда из столицы, и господина Гаспара убили, — я не сводила с полковника глаз.