Чтение онлайн

— Да вы там умерли, что ли? — донёсся голос Соловья.

— Сейчас! — крикнул Акела, спрыгивая с лежанки.

— Штаны одень, — подсказала Милёна, собирая волосы, — стой, я юбку одену. Всё, открывай.

— Чем вы тут так долго занимались? — входя, поинтересовался Васька.

— Милый, ты не поверишь, — томным голосом отозвался Акела, возведя очи горе.

— Понятно, — засмеялся гость, — покормили бы хоть с дороги, что ли.

— Садись. Вон пироги, самовар ещё горячий, — распорядилась хозяйка.

— И рассказывай, — добавил Акела и спохватился, — а где Дорин? Он же должен был с тобой прилететь.

— Нет, — с набитым ртом помотал головой Соловей, — я его довёз до Закатных гор и там возле одной пещеры высадил. Он сказал, — пока со своими переговорит, а тут и вы на подлёте. Опасается он, что собратья его заупрямятся.

— Не зря опасается, — озабоченно потёр подбородок Акела, — работа важная, обдерут как липку.

— Борисыч, нас они не обдерут, у нас же нет ни хрена.

— Да ладно, это я так, бурчу. Успели мы со Ставром потолковать. Полетели.

— Акела, имей совесть. Ты тут отдохнул на полную катушку, а я…

— Понял, Викторыч, прости подлеца. Я один сгоняю, у меня уже неплохо получается.

…И снова мелькала земля за краями ковра-самолёта. Всё-таки немного заплутал. Что-то никак не попадается ориентир — та белая кварцевая скала. Курс держал точно, как сказано, мимо пролететь никак не мог. Странно, даже очень.

Однако, темнеет уже, ночевать придётся в лесу. Выбрать подходящую полянку, Акела приземлил ковёр-самолёт. Через полчаса он уже сидел, жуя пирог с луком с яйцами, на которые Савельевна была большой мастерицей, и задумчиво глядя в пламя костра. Сознание размазывалось, расплывалось…

«Думы мои тёмныя, думы потаённыя…». Он очнулся, когда из в освещённый круг кто-то вступил. Вздрогнув, Акела поднял глаза, перед ним стояла Лесная Дева. Дружески кивнув, она присела по другую сторону костра.

— Здравствуй, витязь. Ты же хотел меня видеть?

— Хотел. Очень рад, что ты пришла.

Фея издала короткий очаровательный смешок.

— Рад как Лесной Деве или просто как женщине?

Акела улыбнулся.

— Зубками играешь, красавица? Я Славке не соперник.

— А что так?

— А не фига?

Не знала Фея этого универсального русского ответа на любой трудный вопрос. Задумалась на секунду, а потом рассмеялась и махнула рукой.

— Не бери в голову. Так, испытать захотелось, женщина я или нет?

— Поболе многих, — серьёзно ответил Акела, — не баба, а именно женщина.

Улыбка вновь осветила её лицо. Такая реакция на комплимент лишний раз доказывала, что женщины в ней гораздо больше, чем даже полагала она сама.

— Много дел?

— Не то слово.

— Могу чем-нибудь помочь?

— Ты и так помогаешь, чем можешь, и побольше, чем некоторые.

— Что с Кужилой будете делать?

Акела, прямо глядя мне в глаза, провёл ребром ладони по горлу. Дева вздохнула.

— Совсем люди ожестосердели, как от природы-матушки стали дальше.

— Я лучше пожалею кнезинку, которую они украли и силком взять хотели, — жёстко сказал Акела.

— Да я не о вас, — грустно отозвалась Фея, — я вообще.

— Времена меняются. Если что услышишь о «синих», а, главное, о кызбеках, что они к нашим границам подходят, не сочти за труд, сообщи.

— Это само собой. Не знаю уж, чем вы их там встречать надумали, но не нравится мне это. Всё, что с огнём связано, для леса не в радость.

— Прости уж, но нет другого выхода. Постараемся нагадить поменьше.

— Ладно уж. Нельзя, видать, всё сберечь и ничего не потерять. Ложись спать спокойно, белая скала недалеко. Только… Неохота мне на ночь глядя куда-то идти. Приютишь?

— Куда ж деваться? Но у меня только шалаш.

— Чем плох шалаш? Там места как раз на двоих.

…Когда Акела открыл глаза, Фея уже сидела у костра, глядя на поседевшие угли. Между деревьями ещё висел предрассветный сумрак. Крутанувшись влево-вправо, чтобы разогнать кровь, он вылез из шалаша. Оглядевшись, он замер в изумлении. Совсем недалеко из леса тянулась вверх белая кварцевая скала. Подойдя вплотную, Лесная Дева поцеловала его в щёку и, шутливо растрепав рукой волосы, танцующей походкой пошла к лесу.

— Ну, змея, — восхищённо засмеялся Акела.

— Женщина, — со смехом поправила его Фея, скрываясь за деревьями.

Акела постоял, глядя ей вслед, хмыкнул и стал собирать ковёр в мешок. Гонять его из-за пятисот метров не имело никакого смысла. Едва он вошёл под своды пещеры, из-за угла вышел встревоженный Дорин.

— Ты куда провалился? Со вчерашнего дня тебя жду! Что опять стряслось?

— Да всё в порядке, — успокоил он гнома, — так, разные непредвиденные случайности. А откуда ты знаешь, что я вчера вылетел?

— Откуда, откуда… — проворчал он, — Соловей с голубком весть прислал. Серьёзное что-нибудь? Все живы?

— Да живы, живы. В темноте просто с дороги немного сбился. Что Король ваш решил?

— Он тебя уже ждёт. Пойдём. по дороге расскажу.

Путь по подземным галереям занял не более десяти минут. За это время Дорин очень сжато изложил ситуацию. Впрочем, ситуация была в этом мире отнюдь не нова. Сентенцию «за всё нужно платить» придумали совсем не вчера. Король со своими присными принимал гостя за столом в трапезной. Радушным жестом он указал Акеле на свободное место рядом с собой.

— Не будем сегодня чиниться, — приветливо обратился он к гостю, — особенно если речь пойдёт о делах, так сказать, взаимовыгодных.

— Очень рад, что Ваше Величество избрал именно такой подход.

— Я буду очень признателен высокому гостю, если он начнёт с оглашения своих полномочий.

Ну, конечно, «Ordnunq ist ordnung, [42] — усмехнулся про себя Акела.

— Охотно, Ваше Величество. Я направлен к Вам послом от Великого Кнеза Руссии Волода с разрешением представлять его во всех переговорах, кроме, разве что, существования самой Руссии.

Король перевёл взгляд на Дорина.

— Подтверждаю полностью, Ваше Величество. Полномочия посла оглашены верно.

Король, важно кивнув головой, предложил продолжать.

— Нашему государству угрожает опасность нападения от войска столь же многочисленного, сколь и воинственного. Оно способно просто наводнить Русь, как саранча.

— Вообще-то, — задумчиво сказал Король, — нам, подземным жителям, не столь уж важно — кто именно живёт наверху.

«Угу, — подумал Витязь, — а кто-то при первом знакомстве утверждал совсем другое. Ну, ладно».