Чтение онлайн

Война с Турцией длилась четыре долгих, напряженных года и закончилась только в позапрошлом году подписанием мира на условиях сложившегося положения — что Россия успела отвоевать из византийского наследства, то за ней остается на веки вечные.

Понятно, что османов такой договор категорически не устраивал, вот только продолжать вести изнурительную войну Блистательная прежде Порта больше не могла, понеся тяжкие поражения на суше и на море. Армия несколько раз разбита, флот целиком уничтожен, и восстановить его невозможно — все верфи сожжены. Торговля полностью захирела, выйти в море даже маленькая фелука не может, ее тут же захватывают алчные и безжалостные греческие каперы.

Сама Порта буквально наводнена десятками тысяч беженцев. Все ногайские орды захваченного русскими Крымского ханства, все турецкое население Балкан безжалостно выселено в Малую Азию, оплакивая свою горькую судьбу. Потерян Стамбул и все балканские земли, над Ак-Софией установлен православный крест. Русские взяли все крепости на восточном берегу Черного моря, установили над грузинскими властителями свою полную власть, взбунтовали понтийских греков и поддержали их воинской силой — возродив Трапезундское царство.

Во всех этих делах Алексей Орлов принимал деятельное участие — как главнокомандующий армией и флотом Византийской империей, что на две трети являлись чисто русскими. Также он являлся наместником императора, от имени которого имел полное право, как вести войну, так и заключать мир тогда, когда сочтет это нужным.

И это высокое доверие Иоанна Антоновича он оправдал полностью, приложив все силы для сокрушения могущественного государства турок, которое было полностью вытеснено из европейских территорий. Так что турецкий султан Абдул-Хамид при посредничестве французов сам пошел на переговоры с русским императором, который стал кесарем возрожденной империей ромеев, что сейчас именовалась византийской.

Воевать дальше у разоренной в конец Порты уже не было ни сил, ни возможностей, ни денег. А главное — желание биться с грозными русскими полностью утрачено, а ход войны принял для турок крайне непредсказуемый характер, грозящий распадом наследия сельджуков…

— Что с нашими союзниками в Египте и Палестине?

Вопрос императора заставил Алехана ухмыльнуться — война не закончена, раз Иоанн Антонович проявляет интерес к недавним «нашим арабским друзьям и товарищам» (как он написал ему в письме), что тоже внесли свою лепту в победе над османами

— Али-бей аль Кабир, как вы знаете, снова объявил себя султаном Египта, истребил янычар и изменивших ему мамелюков полностью. Однако сейчас он не так силен, как прежде, государь. Тогда Али-бей вторгся в Палестину, я с моря поддерживал его флотом по вашему повелению. Там к мамелюкам присоединился мятежный эмир Дагир аль Умар аз-Зейдани, овладевший Дамаском и Сайдой.

Алехан засопел, припоминая те горячие дни, когда он всячески торопил адмирала Спиридова к походу — поддержка египтян позволяла открыть новый фронт войны с Портой, что было очень важным делом. Особенно, когда он получил известие, что на следующий год может состояться новый «крестовый поход», организованный Священной Лигой, и нужно обзавестись надежным плацдармом для высадки десанта.

С последним проблем не было — за двести лет своего господства европейцы создали несколько уделов, последние из которых пали еще за полтора века до взятия турками Константинополя. Однако, христиан оставалось достаточно много, особенно на территории Ливана, на месте могущественного прежде графства Триполи. Да и близь Акры, что долгие годы являлась столицей Иерусалимского королевства, оставалось немало единоверцев и иудеев, причем жестокую резню им турки и арабы устраивали неоднократно, с пугающей периодичностью. Но местные жители, хотя и страдали от кровавого жертвоприношения, отказывались покидать родину или принимать ислам.

— Однако, как вы меня о том предупреждали, государь, командующий египетскими войсками Муххамад-бей изменил. Он восстал с армией против своего сюзерена и друга султана Али-бея, не желая воевать против единоверцев турок. Однако мятеж удалось подавить быстро. Большинство мамелюков не предали султана, своего владыку. К счастью, эмир Дагир тоже остался на нашей стороне, а я уже высадил десант в Ливане. Тамошние христиане примкнули к нам первыми в Акре.

Алехан остановился, он заново переживал те насыщенные событиями дни, когда все висело на волоске. Мамелюки с турками бились против мятежных арабов с мамелюками, причем последних теснили. Резня христиан была неизбежной, когда к песчаным палестинским берегам подошла русская эскадра — орудийные жерла, торчащие из пушечных портов, прикрыли высадку трехтысячного десанта.

— Дамаск Дагир потерял, Али-бей ушел с оставшимися войсками в Египет. И сейчас, как мне сообщают шпионы, там ведет шашни с англичанами, хотя пишет и мне, клянется в дружбе. Думаю, как только османы восстановят силы, они наши войска там могут прихлопнуть в первую очередь, государь. А потому их надо всемерно усиливать!

— Не вышло из нас «новых крестоносцев», князь. Священная Лига решила не посылать войска, а тут удержаться будет трудно, рассчитывая только на свои силы.

— Я бы не сказал так, государь, — Алехан отвечал осторожно. — Больше половины населения Ливана христиане, в Палестине наших единоверцев тоже хватает, не меньше четверти жителей. Эмир Дагир умен, и понимает, что только с нашей помощью может удержаться правителем всей Галлилии. А потому идет на уступки там, где ни один из магометанских правителей бы не пошел. Однако, не скрою — у меня у самого несколько раз появлялось желание вывезти оттуда наши войска…

— Поход мамелюков и палестинцев в Сирию полностью провалился, хотя они Латакию взяли, и немного не дошли до Антиохии, — с угрюмым лицом произнес Иоанн Антонович.

— Надо было мне не торопиться с объявлением «крестового похода» — арабы отказались воевать с единоверцами турками. Угроза вторжения христиан сильно испугала магометан. Это моя ошибка — лучше было бы затянуть междоусобицу в Порте. А потом нагрянуть сюда всеми нашими силами — хотя такая операция больше попахивает авантюрой.

— Государь, мы закрепились в Ливане, и удержимся. Сидон отлично укреплен, там надежный гарнизон. Это наш главный опорный пункт, в любой момент мы можем перевезти войска с Кипра для усиления. Пока господствуем на море, то Ливан удержим за собой обязательно. С востока прикрыты горами и пустыней, с запада море, на котором наша эскадра. Наступать турки могут только с севера, в лоб на построенные укрепления — против любых сил неприятельских выстоим.

Алехан говорил уверенно — он сам побывал в тех краях, говорил с христианами, что наперебой просились под русское покровительство. Да и право на эти земли, как часть византийского наследства, полное. Все же библейская земля — здесь зародилось христианство.

— С юга эмир Дагир подпирает. Этот хитрец, ваше императорское величество, нами просто загородился от османов. Он полностью контролирует все галлилейские земли, предоставив вам, государь, только порт Акры, но не пускает в свою столицу Яффу, куда постоянно прибывают паломники, желающие посетить святой город Иерусалим.

— Да, затея с Иудейским царством у меня не вышла!

— Выйдет, государь, всему свое время. У вас завсегда получается воплотить задуманное в жизнь. Несколько тысяч иудеев приплыло в Акру, за ними последуют другие их единоверцы. Да и христиане начнут приплывать в гораздо большем числе — и многие уже здесь остаются, чтобы с оружием в руках сражаться против магометан!